Ненастоящий поцелуй - Мария Чепурина

Месячный юбилей первого поцелуя Вера встретила водиночестве: за два дня до этого Михаил отправился на слет историческихреконструкторов. Вернуться он обещал лишь через неделю.

- А как же наш праздник? - разочарованно спросила девушка.

- Солнце, извини. Ты же ведь понимаешь: там мои друзья, моеувлечение, вся моя жизнь… Собираются раз в год. Отметим потом два месяца,хорошо?

Слет проходил за городом. Очень далеко, судя по тому, чтодаже мобильные там не брали: не дождавшись звонка от любимого, Вера позвониласама и наткнулась на записанную фразу - «Телефон абонента выключен илинаходится вне зоны действия сети». Оставалось только считать дни, мечтать овстрече, да пытаться отвлечься, без конца повторяя свой танец.

Наконец настал день конкурса.

Начало мероприятия было заявлено на три часа, но явившуюсяполтретьего Веру заругали за опоздание: прийти, оказывается, следовало к часу,а теперь регистрация участников уже закончилась. Впрочем, взять на соревнованияее все-таки согласились: упитанная женщина с обесцвеченной шевелюрой записалафамилию, имя и дату рождения, а потом неприятно усмехнулась, спросив, гдезанималась Созонова, и услышав в ответ, что в районном Дворце спорта.

- Гримерная на третьем этаже, шестая комната, - сказала регистраторша,приняв от Веры положенный вступительный взнос.

Та взвалила на спину тюк со своим костюмом и потащилась полестнице - уже не такая радостная, как с утра, но пока что надеющаяся налучшее. Увидев, что представляет собой «гримерная», она заметно сникла.

Это был огромный, снабженный окнами во всю стену, а потомунасквозь прожаренный беспощадным солнцем зал для хореографии, в которомтолклось около сотни женщин, девушек, девчонок и старух. Немногочисленныестулья, поставленные для удобства переодевания, естественно, уже все былизаняты; станок и обшарпанное пианино тоже успели завалить сумками и одеждой.Вера с трудом отыскала свободный участок более-менее чистого пола. Едва онаприготовилась снять платье, как в «гримерной» появился мужик. Судя по тому, чтоон громко ругался и уверял обесцвеченную регистраторшу, что «все летит к чертямсобачьим», это был кто-то из организаторов. Дождавшись ухода ненужного зрителя,Вера предприняла вторую попытку раздеться, но в эту же секунду в зал зашлисразу два парня, да еще и с телекамерой. По всей вероятности, они бралиинтервью у загорелой обладательницы гладких черных волос до пояса иснежно-белого костюма, восхитительно блестящего золотом и серебром. Убратьсявон они, кажется, планировали не скоро. Значит, надо было отбросить смущение,внушить себе, что парни смотрят совершенно в другую сторону, набраться смелостии…

…А стоило ли переодеваться?

Вокруг Веры летали феи, облаченные в квадратные километрышифона и органзы, сияющие миллиардами пайеток, украшенные пудами страз,неотличимых от настоящих камней, и обвитые таким количеством бисерной навески,что, сложенные в одну линию, блестящие нити могли бы, наверное, обогнуть земнойшар. И главное - в каждом костюме, расшитом неповторимым узором, чувствоваласьрука мастера, своя уникальная авторская задумка. Вера, уныло нацепившая свойполиэстрово-денежный ширпотреб, показалась себе Золушкой, доехавшей до балатолько в первом часу ночи.

Накрасилась она, как обычно, за десять минут. И сразу жезаскучала.

Разнаряженные конкурсантки, проведшие в «гримерной» уже двачаса, без конца находили, что еще подкрасить, подмазать, подрисовать,подлепить, подколоть, и пихались у длинного зеркала. Высокую, статную, пышнуюдевицу с черными кудрями и маленькими усиками над губой уже полчасаприхорашивала бегающая кругами мать: танцовщица в красном парчовом костюме, снастоящими огромными рубинами в ушах и блестками по всему телу, кажется, ужебыла верхом совершества, но все находила, как еще улучшить свой внешний вид.Стройная красавица в бирюзовом платье с большими искусственными камнями изабавным вырезом на животике слушала плеер и выделывала под никому не слышнуюмузыку такие номера, что больно было смотреть: то кружилась с бешенойскоростью, вращая руками в особом ритме, а то со всей силы бухалась на пол, непрекращая при этом улыбаться. Жизнерадостная пышка с густыми рыжими кудрями, ккоторым так шел фисташковый туалет с воланами и трехэтажным поясом, вертела,словно фокусница, золотую тросточку и пускала по животу такие волны, словно онсостоял не из двух, как у Вериного тренера, а из десяти частей. Худощавая дамаза сорок в облегающем леопардовом костюме делала круг то одной грудью, тодругой - так что украшавшие каждую из чашек расшитого золотом бюстгалтеракисточки смешно вертелись: этот приемчик только неподготовленному зрителю могпоказаться легким. Совсем добило Веру зрелище того, как одна из танцовщиц -шикарные, как из рекламы шампуня, волосы, макияж а-ля Клеопатра, золотой костюми бесконечная уверенность в себе - развернула огромные крылья из блестящегошелка. Созонова уставилась на нее, как сумасшедшая. На секунду взгляды девушеквстретились. «Золотая» свернула свой летательный аксессуар и подошла к Вере.

- Привет, - сказала незнакомка. - А ты, наверное, здесьпервый раз?

- Типа того, - пролепетала обладательница желто-монеточногобезобразия.

- То-то я и вижу, - заявила «золотая». - Очень грудь у тебямаленькая. Ваты не набила? Очень плохо. Как без ваты-то? Сходи в медчасть,возьми там хоть немножко.

Вера покраснела.

…Соревнования начались с опозданием на полчаса. К этомувремени Созонова уже успела устать, измучиться ожиданием, вспотеть в жаркомзале, размазать макияж и захотеть домой. Но не тут-то было. Оказалось, чтосначала будет соревнование профессионалов, потом - коллективов, затем - дам засорок, после этого - взрослых и только за ними выпустят группу подростков, ккоторой была причислена Вера. Надо было еще ждать. Ждать как минимум часа три.Ждать - и больше ничего не делать.

Повторив свой танец бесконечное число раз и добившись того,что он ей опротивел, Вера оглянулась в поисках подходящей компании: должна же вэтом скопище блестящих красавиц быть хоть одна скромная начинающая девчонкавроде нее? Взгляд зацепился за худую сутулую личность в ситцевых (явно самодельных)шароварах, монеточном поясе, лифчике от купальника и штопаных шерстяных носках.

- Что-то скучно, - заметила Вера, подойдя к девушке.

- Здесь вечно так, - сказала та. - Пока дождешься, танцеватьсовсем расхочешь.

- Так ты здесь не впервые?

- Второй раз.

- И как успехи? Побеждала?