Жена на замену - Кейтлин Крюс

– Ты не хочешь. – Бекка пожала плечами. Ей было очень тяжело произнести это. – По-моему, ты хочешь Лариссу. Чем больше я становлюсь похожей на нее, тем чаще ты на меня смотришь. Тем сильнее жаждешь ее. – Она даже сумела выдавить улыбку. – Это логично. Она твоя невеста, и ты ее потерял. Было бы странно, если бы ты ничего такого не чувствовал.

– Ты ее не знаешь, – усмехнулся Тео. – Ты рассуждаешь о фантазиях, чувствах, об играх. У нас с Лариссой были совсем другие отношения.

– Почему ты решил на ней жениться? – спросила Бекка и едва заметно покачала головой. Почему она все время воображает, что он не такой, каким хочет казаться? – Это было объединение активов? Сделка?

Поверить в такое было нетрудно. Ведь и она стала участницей, так сказать, операции из мира бизнеса. Ее дядя легко мог проделать нечто подобное, но Тео… Зачем ему жениться на ком-то против воли?

Он сунул руки в карманы. Впервые за все время, что они были знакомы, волосы его были взъерошены. От одного взгляда на Тео у Бекки перехватило дыхание.

– Как только я начал работать в «Уитни медиа», стало ясно, что мне суждено подняться по служебной лестнице. Я не делал тайны из того, что хочу дослужиться до самых высоких должностей, и вскоре меня заметил Брэдфорд. Но он считает, что компания должна принадлежать его семье.

– Значит, Ларисса была всего лишь разменной монетой…

Бекка постаралась, чтобы в ее голосе не прозвучало разочарование. Как она ухитрилась убедить себя в том, что такой человек способен влюбиться? Что он не похож на ее дядю? Как она могла забыть об обстоятельствах, в силу которых здесь оказалась?

Ведь это тот самый человек, который недавно приказал ей покружиться, чтобы ему было удобнее рассмотреть ее.

– Ты снова ошибаешься, – вздохнул Тео. – Ларисса никогда не была разменной монетой. Я был разменной монетой – для нее.

– Я не случайно попал в «Уитни медиа». – Он, словно издалека, слышал свой голос. – Я боролся за право работать там, и каждый шаг давался мне с трудом.

– Значит, ты не поднимался по спинам угнетенных тружеников? – усмехнулась Бекка. – А я думала, что именно так начинают все богачи.

– Я понимаю, почему ты злишься. Но детство у меня было еще хуже, чем у тебя.

– Сравним? – предложила она. – Посмотрим, кто больше пострадал? – Бекка язвительно оглядела комнату. – По-моему, очевидно, что один из нас преуспел куда больше.

– Это не соревнование, – тихо заметил Тео. – Но, если бы мы соревновались, я выиграл бы.

Он вспомнил невыносимую жару, вспомнил, как его семья ночи напролет тряслась от страха, а в ночной Флориде насилие расцветало пышным цветом.

– Я была уверена, ты такой, как они. – Она пожала плечами. – Частная школа, летние каникулы на курорте, рубашки для игры в поло и золотистый ретривер. – В глазах ее затаилась боль.

Чем-то Бекка была на него похожа. И Тео это было приятно. Но он предпочитал не обращать на это внимания.

– Не совсем. Мой отец умер внезапно, мама осталась одна в Майами. У нас ничего и никого не было. Ни надежды. Ни денег. Совсем ничего.

Он вспомнил своего старшего брата Луиса, которого пристрелили на улице, как собаку, из-за какой-то ерунды. Вспомнил лицо матери. Она прошептала, сжимая ему плечи: «Только не ты, Тео. Ты не погибнешь здесь. Ты выберешься». Ему тогда только что исполнилось одиннадцать лет.

И он выбрался.

– Я впервые увидел семейство Уитни много лет назад, когда был ребенком, – сказал он и отвел взгляд. – Брэдфорд с женой и маленькой дочкой приехали в Майами. Лариссе еще и десяти не было. Я парковал машины, и мне показалось, что они похожи на кинозвезд, а их жизнь – на сказку. А девочка напоминала принцессу. Я мечтал жить так, как они. И только через много лет я узнал, кто они такие.

– Мне трудно представить, что Брэдфорды могут показаться кому-то самим совершенством, – вмешалась в его воспоминания Бекка.

Ему сразу стало легче.

– Это все потому, что ты склонна видеть агрессию в таких людях, – ответил Тео. Много лет назад уверенность Брэдфордов в себе потрясла парнишку. Перевернула весь его мир. – Но я ничего подобного раньше не видел. Для меня это стало откровением.

Он едва ли смог бы описать Бекке свою жизнь в детстве. Как он медленно и с огромным трудом выбирался из этой ямы. Ведь она не достигла тех высот, каких достиг он, и никогда не падала так низко.

– Я приехал в Нью-Йорк сразу, как закончил бизнес-школу, – тихо продолжал Тео, пропустив самые трудные годы. Годы, когда он делал невозможное, потому что выбора у него не было. Но все его усилия были напрасными. Он не смог спасти мать от рака и не смог защитить брата в Майами. – И Ларисса была повсюду.

– Что она делала?

– Да просто была самой собой. – Он повернулся и посмотрел на Бекку. На лицо, которое уже много лет присутствовало в его снах и в его жизни. – О ней каждый день писали газеты. Ее постоянно фотографировали. Она была одной из самых узнаваемых женщин в Нью-Йорке. – Тео пожал плечами. – Мечта.

– Какая мечта? – спросила Бекка как-то чересчур вежливо.

– Наверное, она была воплощением всего, о чем я мечтал, – признался Тео после секундной паузы.

А потом невесело рассмеялся. Он слишком долго хотел Лариссу и слишком мало получил взамен.

Но он давно смирился с этим. Ведь мы любим конкретного человека и должны принимать его условия. К тому же Тео был слишком занят работой, и у него не было времени жаловаться.

Но все было бы по-другому после их свадьбы. Он в этом не сомневался.

Несмотря на все, что случилось потом, Тео не мог выбросить из головы первые образы Лариссы, которые словно отпечатались у него в мозгу. Вот она смеется на фотографии в глянцевом журнале. Такая беззаботная, легкая, такая красивая… Само совершенство. Тео тогда решил, что красавица с блестящей родословной станет глазурью на торте славы, в который он намерен был превратить свою жизнь. Тео собирался построить собственную империю, а женщина вроде Лариссы, как маяк, будет сообщать всему миру, что ему это удалось. Что у него, Тео Гарсиа, человека, выбравшегося из грязи, теперь есть власть.

– То есть избалованная дебютантка – это предел твоих мечтаний? – спокойно и холодно поинтересовалась Бекка. – Наверное, ты не виноват. Все мужчины склонны бросаться на женщин скорее безвкусных, чем интересных.

– Это что, зависть? – Тео вгляделся в лицо, похожее и в то же время не похожее на лицо его невесты. По правде говоря, чем больше он смотрел на Бекку, тем меньше видел в ней Лариссу. Особенно когда замечал вспышки темперамента, которые она старалась скрыть. – Думаешь, тебя не выбрали бы?

– Выбрали для чего? Чтобы я стала собственностью мужчины и всем было бы наплевать на то, какая я на самом деле? Или для того, чтобы быть пешкой в чьей-то игре? Удовлетворить жажду власти какого-нибудь самца? Спасибо, не надо. Я бы отказалась.