Танец лунного света - Кэтрин Манн

— Надо просто выбрать нужное время для посадки и запастись терпением. — Он вытер руки о робу. — Если хотите, я мог бы как-нибудь зайти и посмотреть, что можно сделать.

— Спасибо, это было бы очень мило с вашей стороны. — Сара сделала шаг назад. — Я пойду поищу бабушку. Хорошего дня. — Она повернулась к роскошной входной двери особняка.

— Миссис Доббс, — окликнул ее мистер Родригез.

Сара оглянулась: садовник внимательно смотрел на нее.

— Да, сэр?

— Держите. — Он протянул ей очаровательный нежно-оранжевый цветок гибискуса.

— Спасибо.

Запах цветка напомнил ей об ужине с Рейфом у нее в саду.

И о том, как Рейф поцеловал ее.

Поднимаясь по ступенькам крыльца, Сара постаралась забыть об этом и настроиться на поиск. Бабушка Кет сразу чувствовала, если что-то было не так, и стоит ей понять, насколько Рейф выбил ее из колеи, Саре гарантирован допрос с пристрастием. Сара улыбнулась дворецкому, проведшему ее к библиотеке и удалившемуся в гостиную. Дом производил неизгладимое впечатление, но Саре казался холодным и слишком совершенным. Ее сланцы шлепали по мраморному полу; стены были увешаны картинами, о которых говорили, что мистер Уорт объехал весь мир, чтобы собрать их. Из библиотеки доносились голоса; дверь была лишь чуть-чуть приоткрыта, но высокие потолки коридора усиливали звук.

— Рональд, — говорила бабушка Кет, — ты должен поговорить с Рейфом, рассказать ему всю правду и разрядить напряжение между вами, пока еще не слишком поздно.

Сара остановилась как вкопанная. Она ненавидела подслушивать, но, услышав имя Рейфа, не смогла заставить себя уйти или распахнуть дверь и прервать их разговор. Что конкретно Уорт должен был сказать Рейфу?

— Ты права, Кетлин, — устало ответил Рональд Уорт, — но я не могу набраться смелости.

Сара прижалась спиной к перилам лестницы за вазой на постаменте.

— Что ж, — сказала ее бабушка, — он уже пять месяцев в городе, друг мой. Я думаю, пора прекращать ждать, что решимость и подходящий момент придут, и просто поговорить.

— Правда отразится не только на нем, я должен придумать, как сказать остальным.

— Они тоже имеют право знать.

Звук шагов наверху испугал Сару. Она подняла голову: служанка спускалась по лестнице, смахивая пыль с картинных рам. Сара вышла из-за вазы и постучала в дверь библиотеки. От ее легкого прикосновения дверь открылась. Ее бабушка и Рональд Уорт стояли у шкафа; он тер переносицу. Сара откашлялась, входя.

— Здравствуйте.

Они отшатнулись друг от друга. Бабушка Кет прижала к груди сумочку, Уорт убрал руку от лица, не переставая хмуриться.

— Бабушка, ты готова? Нам надо успеть в клуб, решить, как расставлять столы.

— Конечно, дорогая. — Кетлин поспешила к внучке, цокая каблуками.

— Мистер Уорт, — сказала Сара, напряженно кивая; ей было очень неуютно в присутствии этого человека. Может, в этом виновато отношение Рейфа к нему, смешанное с ее сочувствием Уорту, потерявшему жену и дело всей его жизни? — Надеюсь, у вас все хорошо?

— Меня принудили отойти от дел, — фыркнул он. — Мне ничего не остается, кроме как хорошо проводить время.

Кетлин покачала головой:

— Ты должен научиться жить не только работой и уделять больше времени детям. — Она взяла Сару под руку. — За семьей надо бережно ухаживать.

Сара поморщилась от боли, вспоминая о том, как мечтала о внуках, которых подарит бабушке. Она достойно держалась все три года, но в такие моменты боль и отчаяние прорывались наружу, бередя раны. Пора было сделать что-то, снова взяться за свою жизнь. Даже если ей опять причинят боль, все самое страшное с ней уже случилось. Готова ли она снова завести отношения? Готова ли она завести отношения с Рейфом?