Кино и немцы! - Екатерина Вильмонт

– Ну вот, мы сегодня идем в цирк! – возвестилаМайя.

– А в Кремль?

– Успеем и в Кремль, не волнуйся. Ты в цирке былакогда-нибудь?

– Была, с бабушкой в Екатеринбурге.

– А балет видала?

– Только по телевизору, папа говорит, это скукота!

Много твой папа понимает, подумала Майя, но вслух сказала:

– Нет, балет – это очень красиво!

И тут опять зазвонил телефон.

– Это точно папа!

И Василиса схватила трубку.

– Слушаю! Папа? Ой, извините, сейчас. Это тебя. –Лицо у нее стало грустное.

– Алло!

– Майка, откуда у тебя взялся ребенок? – смеяласьИнна. – Я подумала, ты уже вернулась… Ну как съездила? Как тетушка? «Вседевушкой, Минервой?» – процитировала она «Горе от ума».

– Она в больнице, я не ездила… – ляпнулаМайя. – Она не хочет.

– Что ж ты не позвонила, не пришла встречать? И что стеткой?

– У нее… печень… Она очень раздражена.

– Тетушка или печень?

– Обе!

– А ребенок откуда?

– Ой, Инка, тут такое творится! Василиса, иди одевайся!

Майя поведала подруге историю появления в ее доме Василисы.

– Обалдеть! Кино и немцы! – отреагировала Инна.

– Инка, что за выражение? – засмеялась Майя.

– Понимаешь, Федька привел девицу, которая на всезакатывала глаза и восклицала: «Кино и немцы!» Вот я и заразилась.

Борис Андрианович ждал внизу, стоя у своей «Нивы».

– О, девушки, привет!

– Добрый день, – улыбнулась Майя.

– Здрасте! – сделала книксен Василиса.

– Прошу садиться.

– А вы кто, Майин папа?

– Да ты что! – испуганно воскликнула Майя.

– Я таким старцем выгляжу? – усмехнулся БорисАндрианович.

Но Майя почувствовала, что ему это было неприятно.

– Василиса от смущения сболтнула глупость, –решила поправить дело Майя. – А мы в какой цирк едем, в старый?

– Да, на Цветном бульваре.

– Сто лет не была в цирке, с раннего детства…

– А я с раннего детства моего сына. Не так уж Василисадалека от истины. Вот, благодаря ей мы и вспомним, каково это – ходить в цирк!

– Я не хожу в цирк, потому что не могу смотреть надрессированных зверей, мне их жалко.

– Почему? – спросила сзади Василиса.

– Ну, они же не для цирка родились на свет…

– Ты думаешь, их там мучают?

– Я не знаю, но мне так кажется…

– Сегодня во втором отделении как раз дрессированныехищники, тигры и пантеры, – сообщил Борис Андрианович.

– Ой, – ужаснулась Майя, понимая, что ейпредстоит.

Но тут они подъехали к цирку.

– Так, дамы, предупреждаю – после цирка мы все идем вресторан, там Василису ждет сюрприз!

– Здорово! Я хочу мороженого!

– А тебе можно мороженое? – засомневалась Майя,которой в детстве довольно долго запрещали его есть.

– Можно! Очень даже можно!

Мороженое было куплено. А еще Василиса сфотографировалась сживым тигренком. Восторг был полный. Майя ей даже позавидовала.

– Васюта, а он приятный на ощупь? – спросила она.

– Как папин вишневый свитер.

Но тут прозвенел звонок.

Когда они уселись на свои места в шестом ряду, Майя закрылаглаза и принюхалась. В цирке со времен ее детства многое изменилось, но запахостался прежний. Василиса сидела между ней и Борисом Андриановичем.

Вдруг сзади кто-то тронул его за плечо. Он оглянулся.Немолодая женщина в шапке из рыси.

– Боря, что ты тут делаешь?

– Лида, привет! Вот так встреча! Ты с кем тут?

– Я-то с внучкой, а вот с кем ты?

Рядом с ней сидела девочка лет шести и беспрерывно вертелаголовой во все стороны.

– А ко мне родственники приехали изЕкатеринбурга… – слегка смутился он.

Василиса вдруг подмигнула Майе.

А Майя покраснела. Черт знает что, подумала она. Просто кинои немцы! Хорошо, что Василиса сидит между нами. Я вовсе не хочу, чтобы у этогомилого человека были из-за нас неприятности. Тетка в рысьей шапке была оченьпохожа на тех, кто с упоением сообщает гадости о неверных супругах иподписывает анонимки «Доброжелатель». Стоп, о какой неверности речь? Кто комуневерен? Мы просто повели в цирк девочку, случайно попавшую в сложноеположение, не более того. В сценарии такая тетка не предусмотрена, да и вообщекак бы все не вернулось к первоначальному варианту с Василисиным папой… У негоужасно сексуальный голос, да и вообще он, наверное, симпатяга, весельчак… Врун,болтун и хохотун… Еще молодой, красивый и отчаянно одинокий… У него есть толькоВасилиса… И ему с ней трудно… А она… умница, сразу все поняла про тетку врысьей шапке и так весело мне подмигнула… Он и впрямь староват для меня, и ктому же у него есть жена, взрослый сын. Ну его в самом деле! А новый годначался многообещающе! У меня появился выбор! Да, тетушка что-то зажилась, пораокончательно пришить старушку! Майя вдруг развеселилась. И с наслаждениемпредалась искусству цирка. Даже второе отделение с дрессированными хищникамивопреки ожиданию доставило ей удовольствие. Звери были так красивы и грациозны,и дрессировщик работал непринужденно, словно был с тиграми и пантерами надружеской ноге. Майя, сама себе поражаясь, самозабвенно хлопала вместе совсеми.

– Я вижу, вы получили удовольствие, – тихо сказалБорис Андрианович. – И вам это к лицу.

Майя посмотрела ему в глаза и смешалась. Кино и немцы!

– Дядя Боря, а какой сюрприз в ресторане будет? –полюбопытствовала Василиса.

– Увидишь! – загадочно ответил Борис Андрианович.

Они приехали в большой и явно дорогой ресторан, где еще вдверях услышали детский гомон. В глубине ресторана стены были увешаны пестрымишариками, украшены еловыми гирляндами, а вокруг елки Снегурочка водила хороводс ребятишками примерно Василисиного возраста.

– Борис Андрианович! – поспешила к ним молодаяженщина. – С Новым годом! Рада вас видеть! А это и есть Василиса? Добропожаловать на праздник! А это Майя? Будем знакомы! Рита!

– Очень приятно! – пробормотала сбитая с толкуМайя.

Между тем Рита помогла Василисе раздеться, сунула ее курткув руки гардеробщику и увела к детям.