Подсадная невеста - Элен Бронтэ

О миссис Грэхем я могу сказать еще меньше, чем о ее супруге. Она напоминает твою матушку, не удивлюсь, если они возобновят прежнее знакомство с большим энтузиазмом с обеих сторон. Боюсь, она не столь деятельна, как ее муж, скорее даже, ленива. Миссис Грэхем поздно поднимается с постели, как я понимаю, она почти никогда не выходит к завтраку и тратит чрезвычайно много времени на свой туалет.

Экономка редко когда советуется со своей хозяйкой, что подать к обеду, и весь домашний уклад этого семейства опирается на ее опыт и добросовестность. К счастью, она показалась мне честной и работящей женщиной, да и вся прочая прислуга Грэхемов не вызывает нареканий.

Пожалуй, самое время сказать немного и о себе, так как бумага заканчивается, и я должна идти пить чай с миссис Бойл и мисс Алисией. Мне нравится жить здесь, но я скучаю по тебе, и только мысли о том, что ты, возможно, будешь страдать под крышей этого дома, отравляют мою радость оттого, что я нашла наконец для себя вполне подходящее место.

Меня поселили в бывшей комнате миссис Бойл, на втором этаже в правом крыле дома. Стены оклеены бледно-желтыми обоями с изображением маленьких букетиков незабудок, в сочетании с голубым покрывалом на кровати смотрится это очень мило. Комната мисс Алисии находится напротив моей, рядом расположена и классная, что, как мне кажется, очень удобно. Если в доме гости, мы можем заниматься наверху, и никто и ничто не помешает нашим занятиям, кроме желания мисс Алисии быть именно там, где ей находиться не следует.

О самом доме и саде я напишу в следующем письме, как только получу твой ответ, и ты сообщишь мне, что именно ты помнишь о поместье Грэхемов.

Бессчетное количество раз обнимаю и целую тебя, дорогая Мередит. Ответь мне, я хоть немного развеяла твою печаль? По-моему, все складывается намного лучше, чем мы опасались. Я не могу не согласиться с тобой в главном – лучше бы твоей помолвки и вовсе не случилось, но, кто знает, возможно, вы с мистером Стивеном полюбите друг друга и будете очень, очень счастливы.

Теперь же я должна проститься с тобой, но при первой же возможности напишу опять, в перьях и бумаге, к моей большой радости, меня не ограничивают. Любящая тебя Джессика».

Мередит отложила письмо, потом снова взяла его и перечитала, медленно, стараясь представить себе все, что описывала Джесси, – дом мистера Грэхема, его самого, его жену и дочь. И, наконец, его сына.

– Похоже, Стивен вырос именно таким, каким и должен был, – пробормотала Мередит. – Избалованным и непостоянным в своих желаниях. Джесси, скорее всего, преуменьшает и сглаживает неприятные черты его характера, чтобы еще пуще не расстроить меня. И правда, удивительно, как это он согласился жениться на мне, если готов спорить с родителями по самому пустячному поводу!

Однако надежды Джессики осуществились – Мередит и в самом деле немного ободрилась. Грэхемы не были злыми, жестокими или порочными людьми, и у молодой миссис Грэхем имелись все шансы войти в их семью желанной дочерью. Если б только ей удалось хоть немного полюбить мужа! Мередит сомневалась, что обретет подлинное счастье в супружестве, но вполне может найти его в детях, если господь смилостивится и пошлет ей их. Только на это она и уповала отныне, но все же настроение ее улучшилось.

С этой же почтой и миссис Бартон получила письмо от миссис Грэхем. Как и предполагала Джессика, миссис Грэхем поспешила восстановить былые связи между их семьями. О прежних обидах, вызванных нежеланием мистера Бартона уступить Грэхемам земли, некогда им принадлежавшие, не говорилось ни слова. Миссис Грэхем поленилась написать длинное письмо, но в нескольких словах выразила одобрение внешности и характера мисс Лоусон и сообщила, что с нетерпением ожидает визита своих будущих родственников. Миссис Бартон была вполне удовлетворена и ответила гораздо более пространно.

Сама Мередит довольно долго просидела над письмом к подруге, задавая новые вопросы и описывая свое нынешнее состояние так, чтобы Джессика убедилась в том, что ее послание принесло пользу ее бедной подруге.

Следующее письмо от мисс Лоусон пришло лишь спустя десять дней после первого. Гардероб мисс Бартон был подготовлен для визита в семью жениха, миссис Бартон и Аннет не упустили ни одной мелочи, и Мередит оставили в покое. Сейчас она уже едва ли не сожалела о необходимости каждый день отправляться за покупками или к модистке. Привычные занятия не отвлекали ее от приближающегося с каждым днем путешествия. На лето большинство знакомых Грэхемов разъехалось, и миссис Бартон проводила дни в доме своего сына, с Хелен, а Мередит оставалась наедине со своими размышлениями. Она радовалась хотя бы тому, что положение Хелен не позволяет ей и Джозефу тоже поехать к Грэхемам, у нее бы не хватило сил терпеть еще и их присутствие и вмешательство в ее взаимоотношения с будущим супругом и его родственниками.

Еще в конце мая Мередит надеялась, что первый летний месяц семья проведет в своем собственном поместье, но ее отец решил иначе. Мистер Бартон рассудил, что нет необходимости тратиться на переезд, открывать дом и устраивать неизбежные приемы, если всего через месяц им предстоит уезжать к Грэхемам. Сам он отправился в поместье на несколько дней, разобраться с накопившимися делами и поговорить с управляющим и поверенным о тех землях, что он дает за Мередит.

Девушка была рада, что отец уехал, его чопорный вид навевал на нее тоску, а подозрительный взгляд заставлял чувствовать себя виноватой неизвестно в чем. Очевидно, что бы мистер Бартон ни говорил своей жене, в глубине души он был не вполне уверен в том, что Мередит смирилась с предстоящим замужеством, и опасался с ее стороны какой-нибудь дерзкой выходки, способной помешать его планам.

Дни проходили в безделье, Мередит не находила в себе сил даже навещать дома бедняков, хотя обычно относилась к этой добровольной обязанности с большим усердием, тем более что ее отец не одобрял благотворительность и выделял на это сущие гроши. Нынче мисс Бартон сама нуждалась в утешении и сомневалась, что найдет необходимые слова, чтобы ободрить несчастных.

Письмо мисс Лоусон она восприняла едва ли не так же, как обвиняемый, увидевший в руках судьи свой приговор и еще не знающий, оправдательный или смертельный будет вердикт. За две недели Джессика уже должна была вполне разобраться во всем, что происходило в доме Грэхемов, начиная от интриг прислуги и заканчивая предпочтениями мистера Стивена в еде и в музыке, и Мередит так поспешно развернула письмо, что едва его не порвала.

В первых строчках Джессика просила прощения за то, что не может отвечать чаще, ее подопечная прониклась к ней искренней симпатией и жаждет проводить как можно больше времени со своей гувернанткой, а миссис Грэхем нередко просит мисс Лоусон почитать ей перед обедом. Джессика не единожды уже начинала писать Мередит, едва только получила послание подруги, но всякий раз ее отвлекал кто-нибудь из Грэхемов, и, к своему смущению, она обнаружила, что прошла уже целая неделя, а письмо не продвинулось дальше приветствия. Посему Джессика решительно отклонила предложение миссис Грэхем поехать на чай к одной из ее приятельниц и осталась дома, чтобы в тишине написать Мередит, в то время как миссис Грэхем и мисс Алисия отправились в гости.