Красная роза для Френсис - Сара М. Андерсон

– Что?! Нет! – Он так резко дернулся, что едва не перевернул бокал. – Не то чтобы в этом есть что-то нехорошее. Но я не гей.

– Жаль. Я могла бы согласиться на брак без любви и секса только с геем. Печально. Не верю, что вы выполните ту часть сделки, где речь идет об отсутствии секса.

– А я и не утверждал, что мы не можем заниматься сексом.

Учитывая то, как она прижималась губами к его щеке, держала его руку, он совсем не против секса с ней.

– Просто это не обязательное условие.

Она уставилась на него с нескрываемым любопытством:

– Позвольте уточнить. Вот как я понимаю это предложение: вы хотели бы, чтобы я вышла за вас и придала вес имени Бомонтов к вашему разрушению «Бомонт бруэри».

– Реконструкции. Не разрушению.

Она проигнорировала его.

– Брак сроком на один год, без всяких иных условий?

– Именно.

– Приведите мне хотя бы одну причину, почему я не должна ударить вас в руку столовым ножом.

Он поежился:

– Собственно говоря, я ожидал, что это вы приведете мне хотя бы одну вескую причину.

Она молча смотрела на него.

– Я читал, что ваша галерея цифрового искусства недавно разорилась, – мягко напомнил он.

Этан вполне способен сочувствовать, когда хорошо продуманный проект идет ко дну.

Френсис положила руку на нож. Ее глаза, прекрасные светлые глаза, балансирующие на границе голубого и зеленого, впились в него.

– Если я могу помочь чем-то в качестве инвестора, это может стать частью нашего соглашения. И венчурным капиталом, а вовсе не попыткой вас купить.

Она убрала руку от ножа и положила на колени. Этан принял жест за знак того, что нажал на нужную кнопку.

– Я не стану выписывать вам персональный чек, но в качестве ангела-инвестора уверен, что мы сможем договориться к общему удовлетворению.

– Интересное употребление слова «ангел», – заметила она спокойно. Никакого кокетства, никакого обольщения, которые использовала в качестве оружия.

Наконец-то он разговаривал с настоящей Френсис Бомонт. Ничего искусственного, никаких подтекстов. Только прекрасная умная женщина, которой он сделал предложение.

Этан напомнил себе, что все это ради работы, ради необходимости получить контроль над «Бомонт бруэри», а Френсис Бомонт – кратчайшая прямая линия между тем, где он находился сегодня, и тем, где должен находиться. Это не имеет ничего общего с реальной женщиной.

– Вы часто это проделываете? Предлагаете брак женщинам, связанным с предприятиями, которые разоряете?

– Собственно говоря, впервые.

Она взяла нож. Он невольно напрягся. Уголок губ, похожих на розовый бутон, дернулся в улыбке, прежде чем она принялась пилить хвост омара.

– В самом деле? Полагаю, я должна быть польщена.

Он принялся за стейк, который совсем остыл, но такова цена переговоров.

– Я никогда не остаюсь в городе дольше, чем на год, обычно всего на несколько месяцев. Иногда знакомлюсь с женщиной и с удовольствием провожу с ней время, обедаю, осматриваю достопримечательности.

– Занимаетесь сексом?

Снова пытается вывести его из себя. И должно быть, это работает.

– Да, когда мы оба согласны. Но это краткосрочные, ни к чему не обязывающие отношения по соглашению между сторонами.

– Всего лишь способ убить время?

– Должно быть, прозвучит резко, но да. Если согласитесь на мое предложение, мы могли бы обедать, как сегодня, может, ходить в театр. Чем еще вы развлекаетесь в Денвере?

– Денвер уже давно не захолустный городишко, знаете ли. Здесь есть театры, бывают гала-концерты, вернисажи, играет футбольная команда. Может, вы об этом слышали? Можете попробовать посетить все это.

Этан распрямил плечи. Он не особенно тщеславен, но держит себя в форме и солгал бы, утверждая, что не польщен ее вниманием.

– Буду иметь в виду.

Они ели молча. Он решил, что эта партия останется за ней. Она не ткнула его ножом, не выплеснула вино в лицо. Этан оценивал шансы уговорить ее согласиться как пятьдесят на пятьдесят.

А если не согласится, значит, срочно нужен новый план.

Омар был съеден едва наполовину, когда Френсис отложила вилку.

– Я никогда раньше не отвечала на столь неожиданные предложения.

– А сколько вы получали?

– Я им потеряла счет. Но это быстрая свадьба, чуть не тайком, год брака без секса, невосполнимые различия, не оспариваемый развод в обмен на инвестиции в собственность или проект по моему выбору?

– Очевидно.

Она сделала большой глоток вина.

– Я хочу пять миллионов.

– Простите?

– Моя подруга хочет открыть новую художественную галерею и зовет меня в партнеры и совладельцы. У нее уже готов бизнес-план и выбрано место. Остается найти капитал, – Френсис ткнула в него длинным ногтем. – А вы предлагаете вложить в меня деньги, верно?

Вот она его и поймала.

– Совершенно верно. По рукам?

Он протянул руку и стал ждать.

Должно быть, она полностью спятила.

Разглядывая руку Этана, Френсис была в полной уверенности, что пересекла границу между отчаянием и безумием, если хоть на миг задумалась над его предложением.

Неужели она действительно согласится стать женой живого воплощения падения семьи в обмен на гарантию безопасной работы после того, как он уедет? Но пять миллионов – слишком большая сумма. Они с Бекки смогут открыть роскошную галерею с выставками и вечеринками, чтобы угощать богатых клиентов.

На этот раз все будет по-другому. В конце концов, это бизнес-план Бекки. Но эта мысль будоражила. План вполне может сработать. В отличие от великих начинаний Френсис.

Она так нуждалась в том, чтобы что-то получилось как следует. Хотя бы раз в жизни. При пятимиллионном вложении они сумеют поставить дело, и Френсис выедет из особняка Бомонтов. Даже если будет жить в квартире над галереей, – это собственное жилье. Она снова станет Френсис Бомонт. Будет чувствовать себя взрослой. Способной управлять собственной жизнью.

А для этого всего лишь нужно отдать контроль над своей жизнью в руки другого человека. Просто отдать. Этану.

Она чувствовала себя так, словно вот-вот потеряет сознание. Но отказывалась проявить хоть малейшие признаки паники. Даже не задыхалась. Не хваталась за голову. Казалась спокойной и безмятежной, хотя внутри бушевала паника. Но в душу никто не может заглянуть.

– Итак? – настаивал Этан.

Тон для этого был слишком осторожным. Как и сам он. Все это благородно: разговоры об отсутствии секса и эмоций. Но это не меняло сути дела. Этан Логан – классный мужчина. Недаром заставляет ее дрожать и трястись от жара, которого она так давно не испытывала.