Всего лишь полностью раздавлен - Софи Гонзалес

Вторник, 21:23

Олли? Куда ты ушел?

Вторник, 21:37

Ты еще здесь?

Вторник, 21:51

Ты на нас обиделся?

Вторник, 21:56

Пожалуйста, ответь. Прости. Ответь, Олли.

Вторник, 22:24

Это Джульетт? У меня не сохранен твой номер. Я не обиделся. Прости, я уехал домой. Кажется, я отравился.

Прочитано во вторник, 22:25

Хоть мы с Джульетт и отправили друг другу несколько сообщений ночью во вторник, я все равно не был до конца убежден, что между мной и девушками все в порядке, пока не пришел в нашу аудиторию в среду. Вовремя, должен я добавить. Даже рано. Не успел я сесть за парту, как они тотчас меня окружили. Любой бы подумал, что я британский красавчик, певец и актер, Гарри Стайлс.

Первой заговорила Джульетт.

– Олли-оп! Я думала, ты не придешь. Из-за того отравления.

Ее саркастичный тон почти показывал, что она сомневалась в достоверности моей отмазки.

– Отравление было несерьезное. Часа на два.

Джульетт и Нив кивнули так, словно это легко можно понять. Лара посмотрела на меня, как кошка, следящая за мухой.

– Ладненько, – сказала Джульетт, снова залезая на мою парту. – Во-первых, по поводу Уилла… можешь не сомневаться, что мы будем держать все в секрете. Он в курсе, что мы никому не расскажем.

Я взвесил, стоит ли настаивать, что они ничего не понимают в ситуации с Уиллом. Проблема в том, что я не очень помнил, сколько изначально им рассказал, и, если честно, сейчас уже поздно давать задний ход. Поэтому я кивнул и огляделся: хотелось убедиться, что никто нас не услышал.

– И есть кое-что еще, – встряла Нив. – Мы узнали, почему он исчез из «Инстаграма».

– Вы с ним говорили? – спросил я, одновременно ужаснувшись и заинтересовавшись.

Девушки явно обиделись.

– Я тебя умоляю. Ты не хитрее кувалды, – усмехнулась Лара.

– У нас есть свои способы, – добавила Джульетт.

– Лара знакома с его другом – Мэттом, – объяснила Нив. – А Мэтт сказал, что у Уилла конфисковали телефон, потому что он заявился домой в четыре утра, причем в тот день, когда его семья должна была уезжать. Мы подумали, что, скорее всего, как раз с того момента ты ничего от него не слышал, верно?

– Да…

А по мне заметно, что я думал о голом Уилле? Потому что я совершенно точно думал о голом Уилле. И ничего не мог поделать. Вечер вернул мне воспоминания. И я чертовски хорошо знал, почему той ночью он вернулся домой чуть ли не на рассвете.

– Он якобы купался голышом с девчонками, живущими у озера, – фыркнула Лара. – Вы с Уиллом много времени проводили с теми девушками?

Повторяю, я чертовски хорошо знал, чем он занимался той ночью, и с девицами он, конечно же, не был. Если Лара пыталась меня расстроить, то у нее не получилось. Значит, такую легенду он сочинил? Наверное, я не должен удивляться. Он ведь не мог сообщить, что на самом деле случилось. Но мне все равно стало больно. Нахмурившись, я скрестил руки.

– Ой, прости… ты не знал? – спросила Лара с притворным беспокойством.

Я изобразил на лице улыбку и снова поднял взгляд.

– Все хорошо. А как ты провела ночь? Я видел тебя с девушкой, до того как слинял с вечеринки.

Я поступил мелочно, но, слушайте, это же не было тайной. Она целовалась, пока почти тридцать старшеклассников наблюдали за ней и за той девчонкой, словно сидели в кинотеатре и жевали попкорн в первом ряду.

Нив прыснула со смеху, а Джульетт улыбнулась, подталкивая локтем Лару.

– Ты случаем опять в стельку не напилась, мисс Лара?

Лара смотрела мне в глаза. Я легко мог прочесть выражение ее лица: «Вызов принят». Упс.

– Мо-о-о-о-же-е-т бы-ы-ы-ы-ть, – протянула Лара.

– Она иногда целует девушек, когда напивается, – заметила Нив. – Дело вот в чем. Парень, который ей нравится, прямо тащится от этого, но она никак не признается, кто он такой.

– Ставлю на то, что это – Мэтт, – объявила Джульетт.

Лара засмеялась.

– Плебеи, я вас умоляю! И я не целую девушек, я имею в виду во множественном числе. Только Рене. У нас взаимовыгодные отношения.

Джульетт покачала головой.

– Ага, я надеюсь, что ты хотя бы ей раскрыла, какого парня ты пытаешься впечатлить. Будет неловко, если у вас одна и та же цель, тебе не кажется?

– Не задавайте мне вопросы, и не услышите ложь, – ответила Лара, глядя на меня, когда мисс Харстенвильд дала всем знак, что надо рассаживаться.

Я поднял брови, и Лара вроде бы стала немного напуганной. Она молча отвернулась, и у меня появилось ощущение, что я знал, чего она пыталась добиться поцелуями с Рене.

У нее тоже был секрет.

Вероятно, теперь это – наш общий секрет.

К моему облегчению, я до сих пор не столкнулся с Уиллом. Я понимал, что это все равно неизбежно случится, но я пока не был готов к встрече. Мне хватало поисков аудиторий во время перерывов. А классы, я должен добавить, были, если так можно выразиться, заметно Без-Уиллскими. Наши расписания еще ни разу не пересекались, а у меня оставались только английский и музыка.

На английском Уилл не появился, а урок должен был начаться с минуты на минуту. И черта с два он окажется на музыке. Он даже не знал разницу между фортепиано и синтезатором, когда мы в последний раз нормально разговаривали. Похоже, я готов сделать хоум-ран^[7]. Никаких уроков вместе с Уиллом Таварисом.