Мистер Эго. Как жить в обществе и быть свободным от общества - Денис Пилипишин

Подобное наблюдается и в жизни. Наверняка вы, читатель, знаете немало собственных примеров, из любых жизненных областей. Обыватель готов страдать, лишь бы не изменяться. В семье – проще поскандалить и успокоиться, чем искать пути решения проблем, в здоровье – проще выпить таблетку, чем делать гимнастику, в работе – жаловаться на судьбу и начальство, чем укреплять свои позиции, расширять кругозор, повышать компетентность и развивать профессиональные навыки.

Но не только из-за лени и неспособности к самосозиданию обыватели не станут позитивными маргиналами. Важно еще и то, что у них нет соответствующих потребностей. Они не хотят освободиться от своих оков, им это не нужно. Уделим этому аспекту определенное внимание.

Свобода занимает важное место в доктрине позитивного маргинализма. Обретая позитивную маргинальность, человек обретает свободу. А вместе с ней и ответственность за свои поступки. Ведь теперь его действия основываются не на ссылках на различные установки – «так надо, так принято, все так живут», не на стереотипных образцах, не поддающихся модернизации, а на ясном понимании своих целей. Он сам принимает решения, возлагая управление собственной жизнью на себя, а не вверяя его сторонним силам.

Однако этот момент, являясь, с нашей точки зрения, безусловно положительным, одновременно выступает существенным ограничением сферы применения доктрины позитивного маргинализма. Потому что обывателю свобода не нужна. Наверное, такое утверждение может показаться спорным. Чтобы прояснить суть вопроса, давайте посмотрим на соотношение потребностей и возможностей. Когда человек испытывает разочарование от того, что лишен возможности сделать что-либо? Когда он имеет соответствующие стремления. Если они отсутствуют, то повода для разочарования не будет. Например, молодого ученого, романтика дальних странствий может безумно огорчить отказ взять его в экспедицию за полярный круг. Но огорчится ли обыватель, идущий из магазина с сумкой картошки и бутылкой портвейна, если вы скажете ему, что он не поедет с вами постигать красоты северных широт?

Рассмотрим подробнее, какими качествами должен обладать человек, чтобы воспользоваться свободой. Вопрос, насколько нужна свобода, предполагает понимание, для чего она нужна, каким образом ее собираются реализовывать. Здесь опять стоит вспомнить, что нашу свободу ограничивают как внешние, так и внутренние факторы. В условиях наличия ограничений удобно воспользоваться термином, заимствованным из технических наук, – степень свободы. Внешние факторы предоставляют одну степень свободы, внутренние – другую. Первые отражают объективный предел возможностей, предоставленных человеку его судьбой, который он в принципе не может перейти. Вторые устанавливают предел собственных способностей и восприимчивости, то есть, то количество свободы, которую человек может взять.

В каком соотношении они находятся? Суть нашей мысли в том, что обывателя внутренние факторы ограничивают куда больше, чем внешние. А в таких условиях внешние ограничения теряют свою значимость, ибо они не успевают проявиться. Смысл сказанного можно наглядно показать с помощью следующей аналогии. Допустим, нас по жизни ведет судьба. Для наглядности вообразим, что ведет она нас, как собаку, на поводке определенной длинны. Тогда степень свободы, установленную внешними факторами, можно представить как физическую длину поводка, дальше которой отойти от намеченного судьбой пути просто невозможно. Как тогда представить факторы внутренние? Если вам доводилось наблюдать за поведением собак, то вы, наверное заметили, что одно четвероногое использует всю предоставленную длину поводка, с удовольствием бегая по кустам, да еще и пытается утянуть за собой хозяина. Другое же, напротив, имеющуюся свободу не использует в полном объеме. Разные причины – боязнь «того, кто сидит в кустах», лень, отсутствие вдохновения и пр., не позволяют второй собаке далеко отходить от хозяина, поэтому она крутится вокруг него и на просторы не рвется. Такое наблюдение создает впечатление, что существует еще один невидимый второй поводок, устанавливающий свой предел меньшего радиуса. Вот это и есть внутренние факторы. Сказанное хорошо иллюстрируется графически:

Ясно, что для второй собаки длина хозяйского поводка не имеет значения. И если хозяин решит дать своему животному больше свободы и станет удлинять поводок еще и еще, хоть до сотни метров, собака никакой разницы не почувствует. У нее недостаточно способностей даже к тому, чтобы использовать имеющееся.

Данная аналогия, имеющая для нас теоретическое значение, находит достаточно практических иллюстраций в обыденной жизни, являясь справедливой как для интеллектуально-духовно-психической сферы, так и для материальной. В первом случае ситуация может выглядеть так. Жизнь, поставив человека перед выбором, предоставила сорок реально воплотимых вариантов решения проблемы, очертив тем самым свой радиус, но человек, в силу личного скудоумия, безынициативности и неизобретательности, оказался способен увидеть только четыре. Таким образом, радиус его свободы ощутимо (в 10 раз) меньше возможного в этих условиях. Или в сфере материальной. Некий сведущий и опытный мужчина, стремящийся купить автомобиль, отлично знает все возможные варианты и вполне понимает преимущества Мерседеса перед Тойотой. Однако, поскольку денег едва хватает на новую Тойоту, для него не имеет никакого значения широкий выбор Мерседесов в различных автосалонах.

Итак, оттолкнувшись от понятия радиуса свободы, мы выяснили, что он устанавливается дважды – один раз реальностью и один раз бытийствующим в этой реальности субъектом. Второй радиус почти целиком определяется личностными качествами. Подчеркнем, что в последнем случае речь идет не только о наличии/отсутствии возможностей сделать что-то. Важно наличие потребностей, которые собираются реализовать. Тонко и точно обсуждаемое схватил в своей строфе поэт Игорь Губерман:

Свобода, глядя беспристрастно,

Тогда лишь делается нужной,

Когда внутри меня пространство

Обширней камеры наружной.

В этой связи вспоминаются дискуссии эпохи перестройки. Кто горячо поддерживал реформы? В первую очередь, интеллигенция. Почему? Потому, что реформы давали надежду освободиться из-под гнета марксистко-ленинской доктрины. Из-за чего нужно было освобождаться? Из-за того, что богатые внутренним содержанием люди не могли достичь полной реализации собственного творческого потенциала в условиях авторитарного доминирования известной идеологии, подавления свободомыслия, господства массового над индивидуальным. Их внутренние, духовные потребности выходили далеко за рамки реальных возможностей самореализации, предоставляемых социалистическим обществом. Поэтому даже когда реформы привели к плачевным результатам, многие из них не отреклись от идеалов гражданских свобод, дающих возможность, пусть даже небольшую, актуализировать свое внутреннее богатство. По тем же причинам большинство интеллигенции стремится к свободе и сейчас.