Зачем нужны умные люди? Антропология счастья в эпоху перемен - Анатолий Андреев

А плевать мы хотели на ваши неувязочки. Хочу – и буду.

Тот, кто в свободном кураже ратует за свободу, отвергая тоталитаризм (не всегда понимая, что он имеет в виду под тоталитаризмом, – а свободный человек, собственно, и не должен вникать в то, чего понимать он не желает), на самом деле отвергает золотое правило культуры: во всем соблюдай меру всех вещей – во всем ориентируйся на личность.

Давайте наконец задумаемся – то есть отнесемся к либерализму нелиберально. Идеология либерализма – это вариант запутывания такого качества, которое делает данную идеологию самым гнусным из всех известных людям вариантов несвободы. Запутавшийся окончательно и бесповоротно вопиет о безграничной свободе своего выбора. Свобода как высшая ценность срабатывает как приманка, наживка. Свободу отбирают именно у тех, кто тянется к свободе. Наиболее жизнелюбивые изо всех сил приближают собственную погибель.

Когда речь идет о свободе в либеральном, поверхностном ее толковании, на самом деле речь идет о нежелании человека быть личностью. Или человек – или личность. «Свобода человека» в этом контексте становится самым эффективным инструментом подавления «свобод личности».

Вот и получается: хочешь отнять у человека свободу – дай ему захлебнуться свободой, опутай его паутиной либерализма, отними у него свободу стать личностью.

Либерализм как наиболее изощренная угроза свободе человека – как вам такая повестка дня? Для либералов «свобода как условие реализации личности» – это непереводимая игра слов.

Вот до чего может довести свобода мысли.

Почему же все как зачарованные маршируют стройными рядами и колоннами ровнехонько в пасть химере либерализма? Где голос разумных существ? Почему они не в силах сопротивляться распространению сумасшествию либерализма?

Потому что у либерализма на руках один козырь, делающий не очень умную идеологию непобедимой: либерализм открыто признает деньги (силу) мерой всех вещей. Деньги – это всеобщий эквивалент силы. Именно деньги, за которыми стоит природный ресурс: культ силы! – противостоят свободе и культуре. Не сами по себе, конечно, а как инструмент в руках противников свободы и личности. В эпоху культа личности (в хорошем смысле этого словосочетания) функция денег, конечно, будет иной.

Деньги и либерализм – одной информационной природы. Вспомним: ценности, которые определяются «деньгами», продаются под брендом «свобода». Покушаешься на либерализм – ставишь под удар мироустройство, где мера всех вещей – деньги, святая вещь. Многие и не либералы даже к этому явно не готовы. Бросишь камень в либерализм – попадешь в опоры мироустройства. Стоит ли разбрасываться камнями в хрупком мире, который держится единственно силой денег?

Нет-нет, лучшее – враг хорошего.

Иными словами, деньги стоят свободы-Д и личности. Стоят прогресса и самой жизни. Деньги – начало и конец всего.

Всем все ясно?

Конечно, с этим либерализмом явно надо что-то делать. И судя по всему, что-то явно нелиберальное. Пришла пора защищать свободу от либерализма. И начать, конечно, следует с меры всех вещей. Деньги (культ силы) необходимо заменить культом разума, культом личности, культом отношений, где истина не зависит от «хотений».

Счастье (это про личность) – или деньги (про либерализм)?

Вот в чем вопрос.

Хочется спросить: кому выгодно душить человека либеральной свободой? И кто так страстно желает скомпрометировать либерализм как движение в сторону свободы? (Свободу ассоциаций никто не отменял, подобные вопросы просто сами слетают с языка.)

Это выгодно реальным врагам реальной свободы. Сильным мира сего. Которыми в свое время были фашисты, например.

Либерализм может оказаться оборотной стороной фашизма. Ибо фашизм, делая ставку на природную силу, сражается не столько силой оружия, сколько силой денег. Для фашизма деньги – это тоже святое.

Понимаете, о чем я?

Дьявол, как известно, сокрыт в деталях. Давайте вникнем в нюансы либерализма, которые помогут взглянуть на либерализм именно как на стройную, монолитную систему, весьма и весьма репрессивную по своему потенциалу. Посмотрим на либерализм как на модус тоталитаризма.

При этом хотелось бы отметить, что мы вовсе не собираемся «лепить» из либерализма, который хочет как лучше, врага личности и человечества. Дело не в либерализме как таковом; дело в том, что людям всегда следует опасаться таких культурно-идеологических парадигм, в которых наблюдается очевидный дефицит разумного начала. Здравого смысла, в конце концов. Пороки либерализма не в том, что он либерализм, а в том, что он отвергает необходимость насыщения своих концептов диалектикой, – что он далек от реальности, иначе говоря.

Либерализм далек от уровня наших сегодняшних представлений о приемлемом качестве социальной жизни, далек от интересов людей.

Но назначать либерализм крайним, делать его виноватым во всех проблемах людей – такое причинно-следственное умозаключение свойственно поверхностной логике, которая лежала в основе «поиска ведьм». Это неприемлемо, потому что «перевод стрелок» на «ужасный» либерализм является уходом в сторону от глобальной проблемы: от необходимости понимать, что все трудности людей проистекают от непонимания.

Только с такой обязательной поправкой все наши рассуждения о либерализме корректны, в противном случае они вырваны из контекста и идеологически искажены. Либерализм, идеология индивидоцентризма, интересует нас как тип управления критически важной для человечества информацией. Либерализм – это не монстр и не зло как таковое. Это неэффективный, морально и технологически устаревший тип управления информацией, который влечет за собой неизбежное зло.

Зачем нужны умные люди?

Чтобы понимать и разграничивать природу либерализма и природу персоноцентризма. Это позволяет двигаться вперед.

Итак, нас интересует тоталитарная суть либерализма. Начать, конечно, следует с психологии. Эта та самая мутная среда, где черное легко представить белым, где все ускользает от определений, не поддается регламенту, где все дышит вольностью, где порывы и непредсказуемость сами по себе служат аргументом не в пользу рационального отношения. Где царствует культ и карнавал «хотений». Хочется думать, что «психология» и «свобода» – одной крови, одного информационного состава. Хочется думать, что «психология» и «свобода» – это синонимы.

Это та среда, из которой добывается вещество идеологии.

Неудивительно, что либерализм начинается с психологии. С очаровательного легкомыслия. При этом само понятие «либерализм» в психологических манипуляциях старается лишний раз не засвечиваться. А зачем?

Тайное тайных любит тишину. Деньги любят тишину. Только искусство предпочитает скандал – так ведь это «зрелища».

Целая армия психологов неустанно работает над тем, чтобы люди чувствовали себя свободными и счастливыми. Свободу и счастье либеральная психология жестко и однозначно привязывает к эмоциональной стороне человека. Достаточно заглянуть в Интернет с его ненавязчивой рекламой, где свобода выбора продается как товар.