Большая книга лидера от монаха, который продал свой «феррари» - Робин С. Шарма

Чтобы вы, читатели, яснее представили себе, как шли преобразования в нашей семье, скажу: сразу после исторической беседы с Джулианом, той самой, когда мы с ним танцевали на столе, я, вернувшись домой, предложила Джону составить наш план Соглашения об Идеальной Семье. Джулиан вдохновил нас, и мы засели за план: ведь чтобы достигнуть идеала, самое разумное – четко обрисовать его себе. Раз уж мы искренне хотим превратить дом в оазис духовности, сделать так, чтобы все отношения строились на любви и счастье, необходимо прежде всего нарисовать подробную картину того идеала, к которому мы стремимся, и не просто сформулировать ее устно, но и записать на бумаге. «Для мастерства необходима ясность видения», – наставлял нас Джулиан, пока мы совещались в гостиной.

Мы старательно нарисовали себе подробную картину будущего, определили свои ценности и приоритеты, поразмыслили, что важнее всего, благодаря этому мы зажили осмысленнее и мудрее. Мы больше не плыли по течению жизни, а сами стояли у руля и вели свой семейный корабль, обходя подводные камни и рифы, мели и буруны. Мы сами диктовали жизни наши условия. Я почувствовала себя увереннее, у меня возникло приятное ощущение, что я хозяйка собственной жизни, а раньше его не было. Раньше я, как и большинство людей, чувствовала, будто бурное течение жизни крутит и вертит меня, словно соломинку в стремительном потоке горной речки. Большинство людей так и живет: огромный жестокий мир терзает их, как игрушку, они мечутся между работой на полную занятость, беготней по магазинам, спортивными тренировками и волонтерской работой. Они разучились радоваться жизни. А теперь я поняла, что больше не мечусь, и научилась радоваться жизни вновь.

Что касается Джулиана, он проводил почти все время за чтением и в медитациях, уединившись в своей скромной комнатке над гаражом. Время от времени из комнаты раздавался стук молотка или звуки пилы, но я не мешала брату и предоставила ему полную свободу действий – пусть занимается чем хочет, я нос совать не буду. Иногда Джулиан спускался в гостиную весь обсыпанный опилками и бурчал себе под нос: «Проклятые плотники, надеюсь, они знают, что делают». Я решила не задавать ему вопросов: захочет – сам объяснит. Потребности у Джулиана были самые скромные: свежий воздух (он держал окна в своей комнатке нараспашку), свежие цветы (я старалась почаще ставить ему в комнату букеты из сада) и побольше общения с Портером и Саритой. Он все больше привязывался к племянникам. Когда-то Джулиан был любящим отцом своей Алли, но, увы, девочка прожила недолгую жизнь. Однако теперь Джулиан обрел мудрость и умение сочувствовать и понимал детей гораздо лучше. Я думала о том, что нынешний Джулиан не только великолепный любящий дядя, из него вышел бы замечательный отец – если он когда-нибудь решится завести детей. Как-то утром я спросила его об этом. Джулиан как раз вернулся со своей обычной утренней прогулки и вошел в кухню с бутылкой родниковой воды.

– Привет, братец! – сказала я.

– Доброе утро, Кэти, – отозвался он. – Похоже, день обещает быть великолепным. Ты видела – в небе еще просматривается луна, хотя солнце уже на небосводе?

– Нет, не заметила. Но я посмотрю, когда отвезу Портера в школу, а Сариту к бабушке. Моя свекровь вернулась из поездки и хочет забрать Сариту на весь день – позаниматься с ней лепкой, рисованием, чем-то еще. Так мило с ее стороны. Она чудесная!

– Да, я верю. Можно, я проедусь к бабушке с вами?

– Отлично! Сарита обожает, когда ты садишься с ней на заднее сиденье и устраиваешь ей шутливую экскурсию, – она всегда со смеху покатывается.

– Я сделаю что угодно, лишь бы ее порадовать, – сказал Джулиан.

– Я знаю, – кивнула я.

Мы отвезли Портера в школу, а Сариту к бабушке, и когда мы с братом остались наедине, я решилась задать Джулиану вопросы, которые давно меня занимали.

– Джулиан?

– Да, сестренка?

– Как думаешь, ты еще женишься снова?

– Что? – Джулиан рассмеялся.

– Я серьезно! Ты отлично выглядишь. Ты самый мудрый человек, какого я знаю. С тобой весело, интересно, ты просто фонтан жизнерадостности. По-моему, женщин должно тянуть к тебе как магнитом, и ты наверняка еще встретишь свою любовь. Может, и ребенка заведешь.

Джулиан погрузился в молчание, глядя в окно. Я тоже молчала, но заметила, что глаза его наполняются слезами, и вот уже слезинки потекли по его гладким щекам, скатываясь на неизменное шафрановое одеяние.

– Прости, Джулиан. Я не хотела будить у тебя горестные воспоминания, – покаянно сказала я.

– На самом деле ты пробудила у меня хорошие воспоминания, – нежно ответил Джулиан. – Когда я воспитывал Алли, это были лучшие дни в моей жизни. Сейчас, с Портером и Саритой, я вспомнил те времена, от твоих детишек тоже столько радости! Люблю детей.

– Я знаю.

– А твои дети совершенно особенные. За последнее время они прямо расцвели.

– Спасибо, я стараюсь.

– Вижу, что стараешься, – откликнулся Джулиан.

– Братик, прости, что настаиваю с вопросами, но все-таки я тебе не чужая и за тебя беспокоюсь. Скажи, ты все-таки планируешь снова жениться или зарекся?

– На этом этапе жизни – пока нет, Кэти, не планирую. Может, попозже, – ответил Джулиан, широко улыбнувшись и явно радуясь тому, что выглядит он куда моложе, чем есть на самом деле (напомню, ему было за пятьдесят).

– Ладно, не буду на тебя давить. Пока что закроем тему. Но имей в виду, у меня уйма прелестных и неглупых подруг, которые были бы счастливы познакомиться с таким мужчиной, как ты.

– Спасибо, сестренка, я приму это к сведению. Но сейчас у меня иные приоритеты.

– Куда поедем? – спросила я. Джулиан опустил стекло и выставил локоть в окно, как делают жаркими летними днями дети в автомобиле. Рукав его шафранового одеяния развевался на ветру.

– Я думал, может быть, съездим в наш летний коттедж? Я там сто лет не бывал. Сегодня самый подходящий день, чтобы поделиться с тобой Вторым Секретом Мастерства Лидера. Я бы там тебе все и рассказал.

– Ой, правда? – обрадовалась я. – А я-то думаю, когда же ты перейдешь ко второму секрету! И в чем же он заключается?

– Второй Секрет заключается в том, чтобы построить отношения на взаимном доверии, а еще в том, чтобы стать человечнее, гуманнее в кругу семьи.

– Как это понимать – про гуманность?

– Сейчас объясню. Мы слишком часто не позволяем себе действовать гуманно. Мы зачем-то сдерживаем свою человечность. Например, мы избегаем говорить близким, как любим их, что именно ценим в них. Таким образом, между нами и близкими ослабевают те самые священные узы любви, без которых невозможна высокая духовность в семье. Второй Секрет Мастерства гласит: перестаньте шпынять ребенка и начните ковать лидера. А чтобы это сделать, нужно углубить отношения в семье.

– Поедем в коттедж, Джулиан! Прекрасная идея. Джон работает над большим проектом и сказал, что задержится на работе. Я позвоню его маме и попрошу забрать Портера из школы. Уверена, она будет счастлива провести с внуками весь день.