Я одна, и мне по… - Белла ДеПауло

Тем не менее, эти женщины, которые не хотят детей, представляют собой угрозу. Они вне досягаемости страшных историй, распространяемых Сильвией Энн Хьюлет и ее кликой. Если ты вообще не хочешь детей, то тебя не испугает перспектива с возрастом потерять свои яичники. Но тебя ужасно раздражают те, кто хочет думать, что женщина в жизни ничего не должна желать так сильно, как материнства.

Спортивный репортер NBC не попытался уговорить Светлану на более сентиментальную позицию. Но он ясно дал понять свою точку зрения. Больше заботиться не о материнстве, а о том, чтобы стать более признанной персоной в мире спорта, которым ты восхищаешься, – это просто шокирует.

***

Одинокие женщины, которые добиваются потрясающих успехов в работе или увлечениях, – это главные мишени синглизма. Но не единственные. Практически любая одинокая женщина может превратиться в объект жалости.

Вот, например, некоторые размышления Черил Джарвис. Она записала их, когда наслаждалась своим отпуском от брака, который стал темой и заглавием ее книги:

«Я думаю о многочисленных разговорах с моими одинокими друзьями, которые жалуются на отсутствие сексуальной жизни, – кто в течение года, кто в течение трех. Эта сторона их жизни всегда меня очень интересовала, потому что была так далека от моего собственного опыта, когда любовью можно заняться в любой момент, стоит только руку протянуть»^[323].

У бедных одиноких женщин нет такой возможности. Как интересно! Особенно, если сравнивать с замужними женщинами, которые в любой момент могут просто повернуться на другой бок и заполучить ее».

Как бы это ни звучало, Джарвис не просто самодовольно ухмыляется. Она еще и беспокоится. Или, по крайней мере, она беспокоилась бы, если бы не запланировала свой отпуск от брака на более теплое время года. «Я рада, – говорит она, – что меня не будет во время зимы, когда красивая одинокая соседка не выходит на улицу в своих шортах»^[324].

От сексуальной, полуголой одиночки не так легко избавиться как от жалкой. Она даже может быть опасной, распутной хищницей. Джарвис просто фонтанирует стереотипами. Одинокие женщины либо закованы в свой целибат, либо свободно занимаются сексом повсюду. Очевидно, в мифологии одиночества не находится места для женщин, которые занимаются сексом именно столько и так, как им надо, в том числе для одиночек, которые вовсе не занимаются сексом^[325].

***

Большинство одиноких женщин не достигают таких огромных успехов, как Светлана Хоркина, Марта Стюарт и Барбара Уолтерс. Многие из них не будут, выйдя из дома в шортах, нападать на мужа, чей обычный источник сексуального облегчения отбыл в отпуск в Монтану. Так что же насчет одиноких женщин, которые не ищут секса, успеха, известности, мужей и детей? могут они получить право на чистую и простую жизнь, которой на самом деле полностью удовлетворены?

Я нашла портрет такой женщины в коротком рассказе Стивена Милхаузера «Исчезновение Элейн Коулман», которая появилась в «Нью-Йоркере» в ноябре 1999 года^[326].

Элейн Коулман была одинокой женщиной, которая снимала две комнаты на втором этаже дома в маленьком городке Новой Англии. Она всегда вовремя платила за жилье, никогда не пропускала ни одного рабочего дня, и к ней никто никогда не приходил. Однажды она, казалось, исчезла без следа. Ее ключи с брелоком в виде серебряного котенка лежали на кухонном столе, рядом с ними был бумажник с деньгами. Пальто висело на спинке стула.

Местные репортеры пытались найти людей, которые знали Элейн Коулман. Бывшие коллеги могли только сказать, что она была «тихой и вежливой женщиной, хорошим работником. Кажется, у нее не было близких друзей». Мать Элейн, которая переехала в Калифорнию, сказала: «В ней не было ни капли жестокости». Слова отца, который один переехал из Калифорнии в Орегон, в рассказе не приводились.

Рассказчик решил, что он мог вместе с Элейн посещать уроки английского в старшей школе, но ни он, ни его одноклассники не могли припомнить ничего конкретного. «Она не состояла ни в каких клубах, не занималась спортом, не принадлежала ни к каким группам». Он продолжал думать про Элейн и пытался вспомнить ее. Он вспомнил, как однажды пошел в кино со своей подругой и с еще одной парой и подумал, что женщина в темной одежде в дальнем углу могла быть Элейн. Сон напомнил ему о подростковой вечеринке, девушка, все время держащая руки на коленях, могла быть Элейн. Он ясно помнил «соблазнительные коленки Лоррейн Палермо в сетчатых чулках», но не мог представить себе лица Элейн. Также рассказчик вспомнил, как он давал своему другу Роджеру советы о том, как привлечь девушку, которой тот был увлечен. Идя вместе, мальчики прошли мимо девочки, которая играла в одиночестве в баскетбол, возможно, это была Элейн.

Полиция, к которой присоединились почти все жители города, пыталась найти разгадку таинственного исчезновения Элейн, но ни одна версия не соответствовала фактам. Самые сентиментальные считали, что Элейн была «одинокой, без друзей, без дома, несчастная, и к своему тридцатому дню рождения… преодолела какой-то внутренний барьер и бросилась навстречу приключениям». Тем не менее, в конце концов рассказчик начинает верить, что «Элейн Коулман не исчезла, как считала полиция, неожиданно, но исчезала постепенно, с течением времени… тихая, незаметная девочка, которую никто не замечал, должна была временами чувствовать, что становится прозрачной, как будто ее постепенно стирает невнимание всего мира». В свой последний вечер «она включила лампу и начала читать. Ее отяжелевшие веки опустились… На следующий день на постели не было ничего, кроме ночной рубашки и книги в бумажной обложке».