Круг женской силы. Энергии стихий и тайны обольщения - Лариса Ренар

1903

— Что ты здесь делаешь? — все, что я могла произнести, увидев Марка на пороге своего особняка.

— Приехал к тебе, — ответил Марк.

— Зачем? — Более глупого вопроса нельзя было придумать.

— Соскучился без своего рыжего бесенка! Варя, ты впустишь в дом или будешь меня держать на улице холодного и голодного. — Марк склонил голову, раскаиваясь во всех грехах

мира.

— Входи! — смилостивилась я.

— И даже накормишь бедного путника? — Марк явно пытался сыграть на моем мягкосердечии.

— Накормлю твоим любимым борщом. Я сегодня решила его поучиться варить! Почему-то у французской кухарки он совсем другого вкуса, — пожаловалась я.

— Не хватает русского духа, — выдвинул Марк гипотезу, входя в дом. — Ого! — восхищенно произнес он, осмотревшись. — Как уютно и красиво! Ты приглашала архитектора или все делала сама?

— Вместе. Где не хватало его знаний, хватало моего вкуса, и наоборот. Во мне много всяких талантов, — добавила я.

— Не сомневаюсь! — сказал Марк.

— Извини, но я не поняла, зачем и надолго ли ты приехал, — продолжала я его пытать.

— Ты читала русские сказки? Сначала накорми, спать уложи, а потом выспрашивай, — с укором приструнил Марк. — Кто-то обещал вкусно меня накормить, — напомнил он.

2003

— Кто-то обещал меня вкусно накормить, — было первое, что я услышала от Матвея, когда он позвонил! «Неужели мой план сработал, видно, фотографии столь явно показали, что я с другим мужчиной, что это подействовало», — заликовала я.

— А что, кто-то оголодал? — спросила я.

— Да, причем во всех смыслах! — ответил Матвей. — Мне бы хотелось с тобой о многом поговорить! Поэтому теперь я тебя приглашаю на неделю в путешествие.

— В путешествие? Но я же собираюсь замуж через два месяца!

— Как раз об этом я и собираюсь с тобой поговорить, — Матвей бывал настойчив, когда хотел что-то получить, как, впрочем, и все мужчины. Я думаю, что в тот момент, когда женщины перестанут придумывать оправдания бездействию мужчин, они перестанут страдать от неразделенной любви.

— Да, я заказал яхту в Хорватии — мы уезжаем через неделю. Я пришлю тебе билеты курьерской почтой. Встретимся в аэропорту. Я прилечу из Москвы и сразу приеду в Пулково, — отдавал распоряжения Матвей тоном, не предполагающим возражений.

— Подожди! Я только что вернулась из Шамани! А работа? Меня же уволят! — формально сопротивлялась я.

— Давно пора тебя уволить! — пошутил Матвей.

— Я обиделась! А что, на яхте придется готовить? — уточнила я, уже внутренне согласившись.

— Да, с нами будет только шкипер, и все, так что я буду рыбачить, а ты готовить. Все по-взрослому. Я бы хотел провести с тобой неделю, чтобы понять, сможешь ли ты провести со мной всю жизнь, — вдруг тихо сказал Матвей и положил трубку. Я сидела, открыв рот.

1903

— Я бы хотел провести с тобой неделю, чтобы понять, сможешь ли ты провести со мной всю жизнь, — тихо прошептал Марк. Борщ был съеден и по достоинству оценен. Мы перешли из столовой в гостиную и расположились около камина. Огонь напоминал нашу последнюю ночь в охотничьем домике. Марк сел в кресло и, посадив меня к себе на колени, обнял. «Состояние девочки», — машинально отметила я про себя. «Привлекает королева — женятся на девочке», — вспомнила я слова тетушки. И, повернувшись к Марку, удивленно на него взглянула.

— Знаешь, я привык жить один. И мне трудно представить, что кто-то будет со мной днем и ночью. Я мучился три месяца и все же понял, как мне тебя не хватает. Я готов сделать попытку стать мужем, если ты согласна! — Было видно, что каждое слово выстрадано и продумано. Я внутренне замерла и уточнила:

— Это предложение или заявление о намерениях?

Не ответив, Марк начал меня страстно целовать. «Завтра же пошлю тетушке телеграмму с вопросом», — решила я и отдалась поцелуям. «Вот что значит совпадение энергий», — промелькнула мысль, поцелуи с Шарлем не оказывали на меня такого влияния. Скорее, меня от них подташнивало, а поцелуи Марка заставляли трепетать каждую клеточку тела и желать еще большего. Мы набросились друг на друга, как изголодавшиеся, и все не могли насытиться. В какой-то момент взгляд Марка упал на рояль. Перехватив этот взгляд, я замотала головой:

— Нет!

— Да! — сказал Марк и положил меня на рояль. Я, смеясь, пыталась отбиваться, но тщетно. Ощущения были непередаваемые!

— Какой ты выдумщик! — все еще смеясь, сказала я. — Это ужасно!

— Почему ужасно? — не понял Марк.

— Когда я буду старенькой и придет антиквар покупать мою мебель, я не смогу расстаться ни с одной вещью, каждая будет напоминать о наших занятиях любовью. И даже рояль!

— А что еще осталось неохваченным? — поинтересовался Марк, оглядывая гостиную. — Я чувствую себя самцом, который должен пометить территорию, чтобы никто больше на нее не претендовал! — заявил Марк, гордо встав посреди комнаты. Зрелище было презабавное. Я опять расхохоталась.

— Ты всегда заставляешь меня смеяться! — все, что я могла сказать сквозь смех.

— Я рад! Побеждает тот, с кем женщине легко и весело! Так что у меня есть шанс! — Тут, видно, Марку пришла какая-то мысль, и он вопросительно посмотрел на меня: — А у меня действительно есть шанс или появились другие претенденты?

— Конечно, появились. У красивой женщины всегда много поклонников, но ее сердце принадлежит лишь одному, — уклончиво ответила я.

— Надеюсь, что мне! — полуутвердительно и полувопросительно сказал Марк.

— Надежда умирает последней! — все, что ответила я.

2003

— Надежда умирает последней! — ответила я на вопрос Матвея, есть ли у него надежда на обед. Я лежала на палубе яхты, нежась под теплыми солнечными лучами. Матвей пощекотал мой голый живот и пробормотал, что он заслужил обед.

— Я и не знала, что ты такой обжора, — пожурила я его.

— Я не обжора, а добытчик, — обиженно сказал Матвей, демонстрируя только что пойманного осьминога.

— Я же не знаю, что с ним делать! — с ужасом произнесла я.

Прошло уже два дня с начала нашего путешествия, мы вели себя как счастливая семейная пара, приехавшая в отпуск, и не касались темы моего придуманного замужества. Я решила подождать, что предпримет Матвей, и не заводить разговор о наших отношениях, а просто наслаждаться красотой Средиземного моря и городков, разбросанных на островах.