Кредитный приговор. Но выход есть! - Лана Каплан

Задолженность растет, коллекторы продолжают ее атаковать, денег на выплату нет, как решить возникшую проблему, она не знает.

(Реальный случай, Санкт-Петербург)

Как сообщает издание top.rbc.ru (от 9 июня 2015 г.), лидер «Справедливой России» Сергей Миронов предложил штрафовать за рекламу кредитов и займов. Соответствующие поправки в Кодекс об административных правонарушениях (КоАП) он намерен внести в Госдуму. Депутат Госдумы хочет ограничить рекламу финансовых услуг банковскими отделениями. Согласно документу, за распространение рекламы кредитов и займов физлицам будет грозить штраф до 5000 рублей, лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность без образования юр. лица, – до 50000 рублей, юр. лицам – до 1 млн. рублей. Нарушители также останутся без рекламной продукции и оборудования, используемого для ее изготовления. В пояснительной записке говорится, что в кризис «широкая реклама потребительских кредитов посредством наружной рекламы, телевизионного и радиовещания, SMS-рассылок, листовок, объявлений приобрела характер массовой социальной провокации», а «невозможность погашения населением кредитов стала существенным фактором не только экономических проблем, но и повышения социальной напряженности в целом». По мнению Сергея Миронова, «наложение штрафа на распространителей рекламы о кредитовании решит эту проблему». Он уверен, что это поможет уменьшить количество исков о невозвращенных кредитах, снизить ставки по потребительским кредитам, увеличить социальную ответственность граждан и укрепить их финансовую независимость. Решение граждан, которые обратились в кредитные организации, должно быть хорошо обдуманным, а не являться прямым следствием агрессивных рекламных кампаний. Причиной такого нововведения Миронов считает тот факт, что «телевизионная и наружная реклама кредитов является провоцирующим фактором для большинства населения, а способности к погашению взятых кредитов у многих просто нет, это ведет не только к экономическим проблемам, но и повышает социальную напряженность».

Такая мера, по его мнению, существенно снизит количество исков по невыплаченным займам, а значит, произойдет и снижение ставок по кредитам.

«Граждане будут более трезво оценивать свои возможности, а не идти на поводу у рекламной кампании, где все легко и просто».

Но внесение этого законопроекта уже вызвало массу споров, многие думают, что этого делать не стоит, так как есть закон о рекламе, где регулируются все вопросы.

Возникает неоднозначная ситуация: с одной стороны, реклама – двигатель торговли, и «товаром» в данном случае является кредит. С другой стороны, данная реклама больше похожа на агитацию и пропаганду, во главе угла которой стоит потребительский ажиотаж. Более того, реклама кредитов воспринимается потребителями не как предложение услуги, которую они приобретают, а как помощь, в которой они так нуждаются.

Одной из попыток ослабить давление коллекторов на должника явился законопроект, внесенный в Госдуму, который ограничивает общение коллекторов с должниками и запрещает беспокоить их родственников и жаловаться их работодателям. За нарушение коллекторы могут быть оштрафованы, проект предлагает поправки в закон «О потребительском кредите (займе)» и Кодекс об административных правонарушениях. Разумеется, сами коллекторы выступают против данного законопроекта. И это неудивительно, ведь «прозванивание» должника является главным оружием в арсенале современных коллекторских агентств.

Президент крупной коллекторской компании «Секвойя кредит консолидейшн» Елена Докучаева подчеркивает, что ограничение числа контактов с должником может серьезно осложнить и замедлить процедуру взыскания. «С учетом невысокого качества связи, особенно в регионах, нам периодически приходится перезванивать должникам, иногда по несколько раз в течение часа, – говорит она. – Получается, если дважды оборвалась связь, разговор нужно отложить на сутки». По ее мнению, лучше было бы ввести регулирование по качественным критериям, а не количественным: например, регламентировать то, как должен строиться разговор с должником, какие аргументы не должны звучать в ходе переговоров и т. п.

Такие заявления больше смахивают на идеализацию коллекторской деятельности. Коллекторы и так разговаривают по заранее написанным скриптам, порой совершенно игнорируя ответы и комментарии собеседника. Нередко с одним и тем же должником по нескольку раз в день разговаривают разные коллекторы, используя один и тот же набор фраз, которые сам заемщик уже выучил наизусть. Ничего, кроме раздражения, эти разговоры не приносят, а учащающиеся звонки больше смахивают на телефонный терроризм, нежели на работу в правовом поле. Поэтому многие вынуждены блокировать звонки коллекторов и заносить их в черный список. Очевидно, что коэффициент полезного действия от подобных звонков ничтожно мал и ни о каком правовом урегулировании не может быть и речи.

Что касается введения норм, ограничивающих передачу сведений о долге третьим лицам, то, по словам Докучаевой, эта инициатива избыточна: согласно закону о защите персональных данных и закону о банковской тайне, кредитор или коллектор и так не вправе разглашать информацию. В то же время ближайшие родственники могут быть сами заинтересованы в том, чтобы быть в курсе подобной ситуации, считает эксперт. Например, если у мужа возникли проблемы с возвратом займа, то жена может узнать об этом, когда начнется судебное разбирательство и ее обяжут участвовать в погашении долга. На фоне роста просрочек в банках имело бы смысл защищать не только интересы должников, но и их родственников и кредиторов, делая информацию о долге максимально открытой, считает Докучаева.

Управляющий директор коллекторского агентства «Национальная служба взыскания» Антон Дианов говорил РБК, что «опасны» для коллекторов не сами поправки, а их неверная трактовка. «Не вникая в их суть и игнорируя детали, многие должники могут решить, что коллекторы вообще не имеют права им звонить. Хотя звонок не самоцель, а способ договориться о погашении долга», – пояснил Дианов (top.rbc.ru от 5 июня 2015 г.).

На самом деле сегодня у заемщиков уже выработалось резко отрицательное отношение к коллекторам, и для того, чтобы «восстановить доверие» и заставить их понять, что коллекторы – это не хамы и самозванцы, должна быть проделана колоссальная работа. Однако, если учесть, в каком плачевном состоянии сейчас находится экономика, ожидать спасительных реформ придется долго.

Вообще, стоит отметить, что общение по телефону не является обязательным. В законодательстве РФ нет ни одного закона, обязывающего гражданина иметь мобильный или стационарный телефон и тем более отвечать на звонки. Человек вправе самостоятельно принимать решения относительно того, с кем ему стоит вступать в разговор. Поэтому систематическое «прозванивание» должника является очевидным нарушением частной жизни, охраняемой Конституцией РФ (глава 2). Поэтому запрет на частые звонки коллекторов не так уж и безоснователен, как убеждают руководители этих агентств. В идеале для того, чтобы интересы заемщика действительно были защищены, необходимо прописать в законодательстве право должника отказаться от вербального общения по телефону с коллекторами. Должник должен быть в праве потребовать исключительно письменного общения с банком и его представителями.