Вся фигня - от мозга?! Простая психосоматика для сложных граждан - Василий Чибисов

4. Разнообразие возможностей и перспектив клиент рассматривает через «исключающее или» и «победитель получает все», то есть использует логику вида «либо карьера, либо отношения», «нельзя ошибаться, потому что любая мелочь отправит все под откос», «никогда бы не подумала, что можно играть сразу три роли».

5. Для эмоций — максимально общие и абстрактные категории. Например, само слово «эмоции» (реже — «фантазии», «мечты»). В рассказах эмоции фигурируют как почти объективная, внешняя, отчужденная сила. При этом на словах с явным неудовольствием признается субъективность эмоций, их внутреннее происхождение.

6. В контексте речи клиентов слово «эмоции» используется как антоним успеху, безопасности, карьере, воспитанию. Вообще аффекты всегда чему-то противопоставляются, даже если клиент называет конкретную эмоцию: «Мне было стыдно, хотя я знала все его скелеты», «Ну я так не могу, чтобы сначала радоваться, а потом всё остальное».

7. Высказывается желание контролировать себя, других или ситуацию в целом. Быстро выясняется, что контроль относится в первую очередь к эмоциональным переживаниям. Риторический вопрос «А можно ли контролировать ситуацию, которая вызывает эмоции?» вызывает у клиентов замешательство.

8. Периодически звучат жалобы на то, что трудно или невозможно прочитать эмоции других людей, их отношение к клиенту (клиентке). Иногда, отдельно от всех остальных симптомов, имеет место единственный запрос вида «Что делать? Люди словно из камня».

Хотелось бы обратить особое внимание на первый пункт. Если клиент сам признается, что испытывает проблемы с выражением эмоций, то это не алекситимия в строгом смысле. Это издержки новой коммуникационной среды, в которой абстрактные слова и целые идеи замещаются медиаконтентом. Работа психоаналитика здесь монотонная и долгая, но достаточно простая — обеспечить клиенту комфортный нарратив, то есть рассказ о разных событиях жизни. В те моменты, когда клиент захочет дать оценку событиям или лицам, но будет испытывать затруднения, можно вопросительным тоном предложить несколько вариантов эмоциональных категорий.

В процессе анализа у алекситимиков происходит дифференциация эмоций. Клиент может упорно сохранять алекситимию относительно нескольких ключевых событий и людей. Например, использовать всего лишь одну категорию («это меня огорчило», «реакция матери меня огорчила», «вчерашний вечер в семейном кругу был сплошным огорчением», «меня все огорчает», «наверное, мои слова огорчили родителей»). Однако как только в речи начинают проскальзывать нюансы («я огорчился до слез», «меня это так сильно огорчило, что даже смешно стало»), то можно поздравить себя и клиента. Лёд тронулся. С этого момента дерево эмоциональных слов будет ветвиться, как бифуркационная диаграмма (рис. 7.1).

Рис. 7.1. Пример бифуркационной диаграммы для простейшей одномерной нелинейной системы (логистической параболы). По горизонтальной оси медленно меняется параметр. Каждому значению параметра соответствует набор положений равновесия или устойчивых циклов (столбец из нескольких точек). Читатель может сам без труда построить такую диаграмму с помощью MatLAB или иных программных средств^[5]

Отдельным благоприятным признаком является возвращение клиента к старым, уже рассказанным историям, но с новым категориальным вооружением. Проступающие оттенки эмоций, как нетрудно догадаться, сгущаются вокруг слабых агрессоров и настоящих источников проблемы.

С каждым сеансом дерево аффектов всё гуще и клиент все уверенней ими оперирует. Периодически усиливается психическое сопротивление, и спектр доступных эмоций вновь «схлопывается». Но, как видно на рисунке 7.1, это всего лишь хорошо известные из нелинейной динамики так называемые «окна прозрачности». Внешне это шаг назад, но по факту это лишь проявление поступательного движения к успеху. Наконец, за определенным пределом следует эмоциональный взрыв. Клиент расставляет все на свои места, воздавая всем своим друзьям и близким «по делам их». Особенно достается родственникам второй половинки.

Роль психоаналитика здесь во многом второстепенна. Разговор с нами всего лишь на короткое время усиливает Я клиента. Этого бывает достаточно, потому что вытеснения как такового здесь нет (или оно вызвано внешним запретом). У алекситимика спонтанно просыпается информационный и аффектный голод. Он (она) начинает много читать, общаться с новыми людьми, ходить на театральные постановки или смотреть сериалы. Часто нет необходимости в особых проблемах для построения ресурсной базы клиента. Те же редкие случаи, когда от нас требуется активное аналитическое вмешательство и дополнительные техники, выходят за рамки данной книги.

В заключении параграфа объясним, почему мы не рекомендуем ни фрустрировать алекситимиков молчанием, ни поощрять молчание самого клиента. В прошлой главе мы вскользь упомянули перенос, своего рода постоянный бессознательный «кастинг» психоаналитика на роль какого-то персонажа из старого конфликта (или всех персонажей сразу). Алекситимию (шире — психосоматику) можно понимать как капитуляцию в конфликте со слабым агрессором, где проигравшему запретили говорить о своих эмоциях. Клиент пришел к нам, чтобы мы сняли этот запрет.

Молчание аналитика, как известно, подстегивает формирование переноса у клиента. Что на нас, как на молчаливую фигуру, может быть перенесено? Нас могут бессознательно отождествить с победившей стороной конфликта. Тогда клиент начнет просто отыгрывать вытесненную агрессию: пропускать сессии, обесценивать аналитика, молчать в ответ.

Современные аналитики очень любят рассказывать, как полезно работать с агрессивным переносом. Но это тот случай, когда подобная работа должна быстро превратиться в волка и убежать в ближайший теоретический лес. Потому что на практике такой обходной маневр может занять несколько лет вместо нескольких месяцев. Поэтому пусть наши «коллеги» отвыкают делать все через анальную эрогенную зону.

Даже если клиент вербально разрядит агрессию в кабинете, это будет пирровой победой. Во-первых, это отыгрывание не решит проблему настоящего источника запрета, в адрес которого агрессия все еще не выплеснулась. И теперь-то выплеснется не скоро, потому что имела место ложная разрядка — либидо придется копить заново. Во-вторых, клиент будет испытывать стыд (патогенное воспитание базируется на культе стыдливости), поэтому вряд ли вернется к вам в анализ. Это только усилит зависимость клиента от патогенной среды.