Бойся, я с тобой - Таня Танк

«Если бы он только достаточно старался», «если бы только он правда хотел лечиться», «если бы только мы нашли верную терапию», «ведь должно же быть что-то доброе и достойное под мерзким фасадом», «никто не может быть столь враждебным и разрушительным», «он, должно быть, имел в виду что-то другое», «он не отвечает за то, чем является – его нарциссизм есть плод его трудного детства, или агрессии его кошмарных родителей».

Безудержный оптимизм жертв нацелен против поднимающегося и кошмарного понимания, что люди – лишь пятнышки пыли в тотально индифферентной вселенной, игрушки зла и садистских сил, одна из которых – нарцисс. Он реагирует на такое мышление едва различимым презрением. Для него это знак слабости, запах жертвы, зияющая уязвимость. Он использует и насилует людскую потребность к порядку, добру и смыслу, так же, как использует и другие людские потребности.

Ваши легковерие, избирательная слепота, преступный оптимизм – все это оружие зверя. И жертвы заняты работой по обеспечению его арсенала».

Как долго вы с перверзником будете кружить в трех соснах – во многом зависит от вас. Кому-то хватает нескольких месяцев, кто-то отползает в разобранном виде через пять лет, а кто-то постигает «великую тайну» всю оставшуюся жизнь. Сэм Вакнин советует расставаться с хищником как можно раньше, ведь «рвать все равно придется».

И большинство жертв действительно предпринимает попытки вырваться из капкана – обычно как раз на этапе Соковыжималки, достигнув некого символического «дна», когда неизбежность расставания становится очевидной. Но до реализации этого намерения еще порой очень далеко.

«Ощущение безысходности и того, что мы сошлись на погибель друг другу, не покидало меня все четыре года нашего плотного взаимодействия, – рассказывает Григорий. – Почему не ушел раньше? Хотел испить чашу до дна».

Даже после принятия решения о разрыве уйти от перверзника оказывается не так-то просто. Он никогда не отпустит с миром, он будет удерживать жертву не мытьем, так катаньем. Сначала попробует заговорить вам зубы «возвратом нежности своей». Как, вы не растаяли? Тогда перверзник попытается запугать вас, прибегнув к угрозам или шантажу. Не испугались? Он устроит скандал – возможно, с битьем посуды и даже физическим насилием. Расстаться с ним «культурно» практически невозможно. Можно только уйти по-английски – фактически сбежать. Но в большинстве случаев это будет еще далеко не конец…

«Они склонны не исчезать из вашей жизни, – информирует Сэм Вакнин. – Они преследуют. Они умасливают, клянчат, обещают, убеждают, и в конце концов преуспевают в невозможном: выбивают почву из-под твоих ног. Хотя ты и не настолько глуп, чтобы поддаться их фальшивому и искусственному обаянию. Но…»

«Неопытные и/или глупые преследуют жертву всевозможными способами, не дают ей покоя, продолжают обвинять, оскорблять, доводить ревнивыми истериками, угрожают физической расправой и применяют таковую – обливающие кислотой женихи все из этой оперы, – пишет блогер accion_pozitiva. – Те, что поумнее и поопытнее, тоже преследуют, только с мольбами о прощении, совершают малоубедительные попытки суицида, пугают своих домашних сердечными приступами (при этом кардиограмма как у космонавта). А совсем умные твари изображают гордое тихое страдание и выжидают, пока сомневающийся любящий человек сам не сломается и не сделает так называемый «пинг» – попытку выйти на связь. «Пинги» делают все, кто по-настоящему влюблен, – это они знают хорошо».

Но о пингах поговорим чуть позднее. Задача на сегодняшний момент – совершить первый и, будем надеяться, последний – то есть, бесповоротный – уход от перверзника. Вот как вырвалась из «неволи» Светлана:

«На следующий день после «суицида» Оля явилась в офис как ни в чем ни бывало. До трех ночи она задалбывала меня СМС-ками, а потом славно отсыпалась до полудня. Поэтому со свежими силами закатила мне очередной скандал.

Я решила действовать хитро. Сказала, что лучше нам сейчас не ругаться, поскольку через час встреча с клиентом, и пусть она пока едет на нее одна, а я появлюсь попозже, т. к. мне нужно срочно подготовить какие-то документы. Как только Оля покинула офис, я набрала номер мужа. Через 10 минут он подъехал, мы погрузили в машину половину имущества и фактически бежали».

Что переживает хищник, обнаружив, что клетка опустела? На каком бы этапе это ни произошло, он будет разъярен.

«Если от нарцисса кто-то уходит, он обесценивает этого человека и обливает его ведрами грязи, – говорит психолог Анна Карташова. – Потому что нарцисс где-то внутри считает себя великолепным и очень ценным человеком. И если вдруг кто-то решается его бросить, это значит, что либо нарцисс сошел с ума, либо тот, который его бросает – просто монстр без души. И он начинает этого бедного человека очернять в своих собственных глазах, потому что если меня бросает хороший человек, значит, со мной что-то не так. А вот если меня бросает дурной, злой, плохой, неадекватный, кошмарный – это и правильно. Собственно, что ему делать рядом с таким хорошим мною?»

Ярость перверзника может быть безграничной. Шутка ли, у него отняли соску с наркотиком! Наш антигерой переживает самую настоящую ломку. И окружающие – во многом с его подачи – воспринимают эту реакцию, как огромное страдание любящего человека, с которым обошлись несправедливо и жестоко.

«Нарцисс особенно «эмоционален», когда его отнимают от его наркотика – нарциссического ресурса, – пишет Сэм Вакнин. – Отказаться от привычки, которая определяет и производит тебя – сложно. Избавиться от пристрастия – вдвойне тяжело. Нарцисс ложно идентифицирует этот кризис с эмоциональной глубиной, и его самоубеждение столь огромно, что ему также удается обмануть и свое окружение».

Иногда брошенные мучители разгрывают целые спектакли, рисуясь перед окружающими в роли жертвы глобального и бесчеловечного предательства.

«В конце он состроил из себя нереальную жертву, устроил показательные истерики во всех социальных сетях. «Жизнь покрылась холодным мраком и серой болью» – цитирую, – рассказывает в Интернете экс-жертва. – Помогло то, что он очень рано начал свои выкрутасы. Я смутно чувствовала, что что-то тут не то, поэтому решила прикинуться «я ваша навеки» – волчий оскал открылся сразу. Моя ярость от понимания такого хладнокровного обмана была очень сильной. Человек расчетливо и очень трезво хотел меня разрушить. Когда в конце вместо того, чтобы поджать хвост, я его прижала к стенке его же собственными словами – у него в глазах увидела ненависть и страх».

Обычно перверзники пытаются вернуть «сбежавшую» жертву.

«Человек возвращался, были отчетливые попытки запустить все по второму кругу, – пишет в Сети экс-жертва. – Вообще, видимо, держать до последнего – для них характерно. И он сам признавался, что был уверен, что я несмотря ни на что, останусь его в любом случае. И только когда уже все-все доказательства получил – что вообще не его, и никаких вариантов – тогда его волна ненависти накрыла. При том что раньше, когда я говорила, что никаких шансов нет на восстановление – просто мимо ушей пропускал. Типа, ты не видишь своего счастья, я тебе все объясню. Мои «не надо» – в пустоту совсем были».