Ум во благо - Уильям Макаскилл

Имеется три главных источника доказательств, и каждый дает для кампаний в СМИ оценку примерно в 10 долларов на 1 QALY. Во-первых, опубликованы исследования по санитарно-просветительским программам в СМИ, но их качество и актуальность гораздо ниже, чем у исследований GiveDirectly. Во-вторых, имеется математическая модель, построенная DMI еще до проектных мероприятий. Но модель лишь отражает лежащие в ее основе предположения, а они могут быть слишком оптимистичными.^[196] В-третьих, получены промежуточные результаты рандомизированного контролируемого испытания, выполняемого DMI по собственной программе. Их штаб-квартира – в Буркина-Фасо, где много радиостанций. Это означает, что они могут воплощать программу в 7 районах, изучать показатели еще в 7 районах, а затем сравнивать данные о смертности и заболеваемости, чтобы оценить, какой эффект дает программа. Промежуточные результаты выглядят очень многообещающе, но они основаны на самоотчетах, которые не так точны, как, например, показатели смертности.

Тот факт, что доказательства в пользу показателя 10 долларов на 1 QALY слабее, чем доказательства в пользу затратоэффективности GiveDirectly, дают основания предпочесть GiveDirectly. Поскольку стоящие за их программой доказательства надежнее, мы можем быть более уверены, что оценки GiveDirectly довольно точны, тогда как предлагаемый DMI показатель 10 долларов на 1 QALY может быть завышен.

Насколько успешно реализуется каждая программа?

Даже если благотворительная организация выбрала в высшей степени затратоэффективную программу с очень надежными доказательствами, она все равно может плохо ее выполнять. Например, при правильном осуществлении раздача надкроватных сеток – в высшей степени затратоэффективная программа, однако если получатели сеток не уверены в их необходимости или не верят в их эффективность, они могут использовать их иначе. Например, при проверке обнаружилось, что сетки, которые распространяло кенийское правительство,^[197] получатели часто использовали для ловли и сушки рыбы. Вот почему Against Malaria Foundation, например, рассказывает получателям сеток о правильном их применении и пользе, которую те приносят, а во время проверок делает фотографии, чтобы убедиться, что сетки повешены правильно.

Еще хуже знания, что благотворительная организация плохо реализует программу, является незнание того, что она делает это хорошо. Большая доля организаций предоставляет мало информации о программах, затрудняя оценку их эффективности.

В отношении качества реализации и GiveDirectly, и DMI кажутся превосходными. Во главе GiveDirectly стоит опытный специалист по экономическому развитию. А DMI возглавляет человек с обширным опытом и достижениями в области просвещения с помощью радиопередач, а среди его советников лучшие в мире эпидемиологи и специалисты по экономическому развитию. Обе организации чрезвычайно прозрачны. GiveDirectly даже обнародовала данные о том, сколько получателей переводов вынуждено давать взятки местным агентам, которые передавали им деньги (на момент написания этой книги – 0,4 %^[198]). Такая доступность очень вдохновляет. Это показывает, что организация заботится о выявлении и исправлении ошибок.

Нуждается ли организация в дополнительном финансировании?

Даже если вы нашли благотворительную организацию, которая осуществляет чрезвычайно затратоэффективную программу, за которой стоят очень надежные доказательства, все равно стоит задаться вопросом, принесет ли ваш вклад пользу. Многие эффективные программы финансируются в полном объеме именно потому, что они настолько эффективны. Например, правительства развивающихся стран обычно финансируют самые дешевые программы вакцинации (например против туберкулеза, полиомиелита, дифтерии, столбняка, коклюша и кори), пользуясь уже существующими сетями учреждений здравоохранения. Эти программы также пользуются поддержкой^[199] Глобального альянса по вакцинам и иммунизации (GAVI), получившего в 2011–2015 годах 4,3 млрд долларов, что превышает их бюджет в 3,7 млрд долларов. Для этих программ главное препятствие распространению представляет скорее несовершенство логистики, нежели недостаток денег.

То же верно в меньшем масштабе. Организации даже при наличии пространства для увеличения финансирования программы не всегда просто быстро увеличить масштаб деятельности. Если на организацию пролился денежный дождь, она может оказаться не в состоянии эффективно распорядиться дополнительными пожертвованиями. Так случилось с Against Malaria Foundation: GiveWell назвал этот фонд лучшей благотворительной организацией 2012 года, и тот получил пожертвований на сумму 10 млн долларов. Фонд изо всех сил постарался быстро потратить деньги, дополнительные пожертвования принесли меньше пользы, и в 2013 году GiveWell уже не выдвигал Against Malaria Foundation в топ. (Однако в 2013 году фонд повысил производительность, и в 2014 году GiveWell снова рекомендовал его благотворителям.)

Положение и GiveDirectly, и DMI позволяет им справиться с увеличением потока пожертвований, но GiveDirectly с помощью дополнительных взносов может сделать больше, чем DMI. Так, GiveDirectly в 2015 году продуктивно использовала 25–30 млн долларов^[200] дополнительных пожертвований и рассчитывает получить около 10 млн, тогда как DMI в 2015 году сумела продуктивно использовать 10 млн^[201] и ожидает получить 2–4 млн. К тому же на денежные переводы можно потратить куда больше денег, чем на образовательные радиопрограммы. По всей вероятности, на программы денежных переводов можно истратить сотни миллиардов, тогда как организация санитарного просвещения в СМИ во всех странах мира стоила бы гораздо меньше.