Чудо освобождения. Отвечайте миру так, как вы хотите - Гай Финли

Когда разговор уже подходил к концу, она вдруг заметила, что ее босс на что-то отвлекся. Это ее несколько взволновало. А что, если ему стало с ней скучно? Однако, к большому облегчению, она обнаружила, что ее босс так странно себя вел из-за того, что появился его собственный начальник и теперь знаками просил его подойти. Через несколько мгновений она наблюдала, как двое самых важных в ее жизни людей направились в угол комнаты и начали разговаривать. Она пыталась представить, что за важные дела они обсуждают. Возможно, одной из тем разговора была она сама? Разве это было бы не замечательно?

Забыв о приличиях, но поддавшись разожженному любопытству, Алексис нашла укромный закуток недалеко от этих двоих, откуда ее не было видно, но из которого ей было слышно каждое их слово. То, что она услышала в следующие несколько секунд, поразило ее, словно внезапная морская волна, смывшая песочный замок. Словно разом так же смыло и половину ее жизни. Это просто не укладывалось у нее в голове. Она даже больше испугалась своей реакции на их слова, чем самой сути слов. В конце концов, она всего лишь обнаружила, как босс последние несколько минут с волнением задавал своему начальнику те же самые вопросы касательно своего будущего, что недавно задавала она сама. Что же все-таки происходило? Ей нужно было все немедленно понять, даже если придется обнаружить, что она и от себя самой что-то скрывала. Она хотела знать, и ничто не могло бы ее остановить.

После этого она весь вечер тенью следовала за начальником своего босса. Этот человек был начальником исполнительного отдела главного филиала их компании, и ей хотелось узнать, с кем и о чем говорил он. Ближе к концу вечера она решила, что потеряла его из виду, но вдруг увидела на террасе в компании еще одного джентльмена, с которым он беседовал. Ей понадобилось мгновение, чтобы узнать в этом джентльмене председателя главы директоров одной из восьми крупнейших корпораций США.

Ни один из них не заметил ее за дверьми на террасу, и никто из танцевавших на вечеринке не понял, что она делала. Но она понимала. И если бы она уже не была подготовлена к тому, что может услышать, предыдущим разговором, то, вероятно, упала бы на месте. Однако где-то в глубине она уже давно подозревала о том, что теперь перед ней разыгрывалось.

Она услышала, как начальник ее босса спрашивает влиятельного председателя, что он думает о ее перспективах в будущем! Алексис поняла, что только что натолкнулась на одну из самых тщательно скрываемых тайн в мире. Двадцатисекундный диалог между этими людьми все ей объяснил. Вот где коренилось ее давнее и глубокое чувство незащищенности. Теперь она все поняла о клятвенных обещаниях и том, почему же другие люди их не выполняли. Неудивительно, что все, включая так называемых властных брокеров, так страшатся непредвиденных событий. За секунду Алексис поняла все это, и даже больше. Ей раскрыли глаза. Ее собственное стремление к власти так ослепило ее, что до этого момента она просто не позволяла себе осознать то, что было совершенно очевидно.

Она оказалась невольным и бессознательным участником глобальной игры под названием «заставь-поверить», в которой каждый притворяется обладателем достаточной власти, чтобы гарантировать будущее для кого-то менее влиятельного. Однако ни у одного из этих якобы сильных игроков недостаточно силы даже для того, чтобы справиться с собственными страхами и сомнениями. И они, в свою очередь, вынуждены искать другого игрока, который, как они надеются, сможет им помочь.

Все так заняты поисками кого-нибудь, кто сможет наделить их этой властью, что не замечают простой вещи: властью не обладает ни один из них. Почему она раньше этого не видела? Она отдавала свою жизнь, день за днем, боролась, карабкаясь по лестнице власти, которая была бессильна поднять ее. Она была поймана игрой, единственной наградой в которой была надежда выиграть. Все, кто находился на этой лестнице, от самой нижней и до последней ступеньки, были в совершенно одинаковом положении. Все испытывали страх. Она сама боялась увидеть это, но теперь знала наверняка. Вот почему игра называется «заставь-поверить». Игроки закрывали глаза на то, что, если рассчитывать на помощь тех, кто не в силах помочь даже самим себе, это приведет только к страху, волнению и отторжению. Это как в истории про двух людей, скитавшихся по пустыне без воды. Когда они вдруг встретились, каждый притворялся, что у него есть вода, чтобы второй поделился с ним своей. И оба остались без воды. Неважно, сколько человек согласится поучаствовать в выдуманном пире, из-за стола все уйдут голодными.

До самого этого вечера Алексис считала, что ей нужна власть над окружающими. А теперь она знала, что единственное, чего ей хотелось, – это полностью отвечать за себя. До сих пор она была так уверена, что необходимо завоевать чужую поддержку. А теперь она знала, что главным достижением для нее будет абсолютная независимость.

Давайте подведем итог некоторым важным моментам этой части главы.

1. Мы попадаемся в западню силы всякий раз, когда ищем силы вне себя, вместо того чтобы осознать истинную слабость, которая нас губит.

2. Искать новой силы, чтобы преодолеть старую слабость, – это пустая трата времени и только делает нас слабее. Что действительно необходимо, так это новое понимание, рожденное новым видением.

3. Настоящая власть никогда не ищет силы. Вам не нужно никакой другой силы, кроме той, что открывается для вас после познания своего Истинного «Я».

4. Если вы ищете власти, то вы сами находитесь во власти того, что бессильно, и, как бы ни казалось со стороны, вы сами будете постепенно становиться бессильными.

5. Вы можете обладать лишь той частью себя, от которой предпочли бы отказаться.

6. Пытаться достичь истинной независимости, полагаясь на других, это то же, что пытаться достичь звезд и при этом лезть в дыру.

7. Ни один человек не обладает силой, если она заключена в его потребностях.

8. Сила истины в том, что благодаря ее свету мы можем увидеть, когда именно называли слабость силою. Настоящая сила сама появится, как только мы перестанем действовать по прихоти нашей слабости.