Психология совести. Вина, стыд, раскаяние - Евгений Ильин

Вина является эмоцией, с помощью которой проявляется совесть. Это недовольство собой, переживание несоответствия моральным требованиям и невыполнения своего долга перед лицом собственного внутреннего Я или – у верующих – перед Богом. В имплицитном сознании вина обозначается как отрицательное отношение к своему поступку, угрызение совести, раскаяние, сожаление. Кроме того, признание своей вины и испытывание чувства вины – вещи разные. В первом случае слово «вина» обычно используется в значении виновность.

Вина – не что иное, как эмоциональное обострение совести. Комплекс вины напоминает, что у нас есть совесть, но делает это лишь после того, как мы не воспользовались ее советами.

Зигмунд Фрейд (Freud, 1959) рассматривал вину как нравственную разновидность тревоги, как «тревогу совести». Этой же точки зрения придерживается и другой психоаналитик – Г. Мандлер (Mandler, 1975), утверждающий, что вина и тревога – это разные названия одного и того же явления. Вина, по этому автору, – это тревога относительно реального или воображаемого промаха. Переживание этой разновидности тревоги запускает особый защитный механизм, с помощью которого человек пытается загладить или нейтрализовать ущерб, нанесенный его ошибочными действиями.

Некоторые западные психологи отмечают тесную связь вины со страхом (Switzer, 1968; Sarason, 1966), а О. Маурер (Mowrer, 1960) вообще отождествляет вину со страхом перед наказанием. Такая позиция авторов объясняется тем, что они придерживаются представлений о генезисе вины с позиции теории научения, где наказание (порицание) является основным фактором. Несмотря на имеющиеся различия, с легкой руки З. Фрейда вина рассматривается многими учеными-психоаналитиками и практиками-психотерапевтами как деструктивный психологический феномен.

Мне представляется, что авторы, придающие большое значение внешнему наказанию и отождествляющие вину и страх, допускают ошибку. Страх перед наказанием имеется и у преступников, но все ли они испытывают вину за содеянное? Дело не во внешнем наказании и не в страхе, а в том, что переживание вины, угрызение совести само по себе является наказанием для человека.

Кроме того, некоторые авторы (MacKennan, 1938; Miller, Swanson, 1956, и др.) показали, что для эффективного научения вине более подходят не методы физического наказания, а психологические, ориентированные на «любовь» (при использовании их родителями, находящимися в психологическом контакте с ребенком). Именно боязнь потерять любовь родителей чаще всего приводит к раскаянию, угрызению совести, тревоге, то есть к переживанию вины (MacKennan, 1938).

Интересен в этом плане эксперимент, описанный А. Н. Леонтьевым. Ребенку предлагалось достать удаленный от него предмет, не вставая со своего места. Несмотря на то что ребенок после ухода экспериментатора нарушал данное правило, встав со своего места, пользуясь отсутствием наблюдения за ним, он не смог впоследствии принять от экспериментатора в награду за выполненное задание шоколадную конфету. Конфета, столь желанная вначале, оказалась горькой – вызывала слезы. Эти слезы ребенка дошкольного возраста свидетельствуют о способности маленького человека уже в таком возрасте переживать вину по поводу нарушения принятого правила.

По мнению ученых, вина – самостоятельный феномен, помогающий снижать тревогу и избегать серьезных психических расстройств. С этих позиций вина играет положительную роль.

Ситуации, при которых возникает чувство вины:

• когда человек не может выполнить то, что должен;

• когда человек сделал или не сделал что-то в прошлом и теперь сожалеет об этом;

• когда он делает то, что «должен», но в глубине души сожалеет о своем поступке;

• когда он собирается сделать что-то, чего делать «не должен», и потому переживает тревогу, стресс и угрызения совести.

Такие ситуации неоднократно появлялись в жизни советских граждан, ломая души самым ответственным и совестливым. Например, в свое время в ЦК КПСС по инициативе Сталина было «состряпано» письмо, подписанное известными еврейскими учеными и общественными деятелями, с просьбой выселить евреев в Сибирь. Илья Эренбург и Марк Рейзен это письмо не подписали и закончили жизнь без чувства вины за такой поступок. Секретарь Союза писателей СССР, известный писатель и член ЦК А. Фадеев должен был визировать ордера на аресты писателей, прекрасно сознавая их невиновность. Из-за чувства вины он не вылезал из запоев и в конце концов застрелился.

Е. В. Короткова (2002) показала, что мужчины чаще всего рассматривают вину в качестве категории, описывающей объективный компонент поступка. Так, 39,3 % респондентов определяют вину как преступление, проступок, нарушение или отклонение от законов; 16,5 % мужчин выделяют когнитивный компонент вины, определяя данное понятие в качестве осознанного понимания, осознания или признания неправильного, недостойного поступка; 6,0 % мужчин определяют вину в качестве состояния; 5,1 % вместо категоризации предлагают конкретное описание переживания или поступка. Лишь 19,0 % мужчин относят вину к чувству, а 3,6 % – к эмоциям. Остальные определения вины (10,5 %) и стыда (19,5 %) носили индивидуальный низкочастотный характер.

Наиболее частотной дефиницией вины и стыда у женщин выступает понятие «чувство». Вину в качестве чувства определяют 49,1 % женщин, 2,7 % относят ее к эмоциям. В 9,6 % случаев вина определялась в качестве угрызения совести, 9,0 % женщин вместо определения предложили конкретные примеры, в которых описание начинается со слова «когда». В 7,2 % случаев вина определялась как состояние (души, эмоциональное); по 3,4 % женщин относили вину к ощущению и осознанию поступка. Остальные определения вины (19 %) и стыда (14,4 %) носили низкочастотный индивидуальный характер.

Что касается полоролевых отличий, то в группе мужчин вина чаще всего определяется в качестве объективной категории (преступление, поступок, нарушение или отклонение от законов), близкой к юридическому толкованию термина. Давая определение понятию «вина», мужчины часто делают акцент на когнитивном компоненте феномена (осознание, понимание, признание). Стыд они наиболее часто определяют не только в качестве чувства и состояния, но и в качестве комплекса, недостатка. Группа женщин определяет и стыд, и вину в терминах, акцентирующих эмоциональный компонент феномена: чувство, состояние, ощущение.