Шаг в настоящее. Создай свою реальность - Александр Казарин

Что это значит, когда какая-нибудь книга, фильм или мысль тебе нравится? Это, как правило, означает только одно: то, о чем написано в этой книге или играется в этом фильме, тебя задело, затронуло твои чувства, и еще – немаловажная деталь – твои мысли. Другими словами, то, о чем ты думаешь и как к этому относишься, совпадает с мыслями и отношением автора, с чьим произведением ты познакомился. Когда ты находишь в чем-то или в ком-то отклик на свои мысли, ты ощущаешь экзистенциальный кайф от своей правоты, ощущаешь причастность: ты не один, еще кто-то думает так же, как и ты! А если этот «кто-то» – знаменитый на весь мир режиссер или писатель, твой кайф увеличивается многократно. Твой ум тут же начинает себя нахваливать: ай да умница, ай да молодец! Как это ты до такого додумался! Ну, прямо как Лев Толстой, ну, прямо как Аристотель! И твоя правота начинает петь тебе дифирамбы о том, какой ты умный, догадливый, сообразительный и т. д… и т. п. Кстати, те фильмы, и те книги, которые тебе не нравятся, ты просто-напросто не читаешь, не смотришь, не замечаешь, пропускаешь, игнорируешь. А, может быть, именно в них, и чаще всего так оно и есть, содержится самая ценная и важная для тебя информация. Я тебе не обещаю, что всё в этой книге тебе понравится на уровне того, с чем ты будешь согласен. Скорее, наоборот, некоторые вещи могут вызвать у тебя сопротивление и неприятие. Возможно, даже в какой-то момент тебе станет скучно или вообще покажется, что все, что здесь написано, полный бред. Но только мы обычно бредом называем то, чего не можем понять, или то, чего не хотим принять в силу каких-то своих личных причин. Эта книга ни в коей степени не претендует на титул истины в первой или последней инстанции, как, впрочем, и все в этом мире. То, во что сегодня верят миллионы, завтра может оказаться вселенским обманом. И наоборот: какая-нибудь бредовая идея может завтра стать оплотом науки будущего. История насчитывает тысячи таких примеров. «Известно, что человек не может расщепить атом». Эти слова принадлежат Джону Дальтону, британскому химику и физику, одному из создателей современной теории атома, 1803 год.

«Невозможно создать летательный аппарат, который был бы тяжелее воздуха». Это сказал выдающийся математик и физик, президент Британского Королевского общества Лорд Кельвин, 1895 год… Первый летательный аппарат, который был тяжелее воздуха и был построен братьями Райт, взлетел в 1903 году, через 8 лет после того, когда с авторитетной трибуны мировым научным авторитетом было сказано, что это невозможно. Потребовалось немногим более чем полвека, чтобы обнаружить, что атом – такая же мозаика, как и все в этом мире. Сначала появились электроны, потом протоны, нейтроны. И с каждым годом этот поезд набирал скорость: мезоны, бозоны, мюоны, лептоны, барионы, десятки «разноцветных кусочков атомной мозаики». Между тем, пока ты читаешь эти строки, неугомонные физики продолжают открывать все новые и новые элементарные частицы.

Наука – попытка временно упорядочить современную информацию о том, что такое мир, как он устроен, и, в то же время, – собрание субъективных интерпретаций по этому вопросу. Вполне может статься, что будущие поколения станут рассматривать нашу сегодняшнюю веру в физику как веру в Деда Мороза или Бабу Ягу. Они тихонько будут посмеиваться над нами: «Этакие простаки!» Будут забавляться так же нашими открытиями, как нас сегодня забавляет геоцентрическая модель нашей планетной системы или мысль древних о том, что Земля плоская, как тарелка, и покоится на спине большой черепахи, которая дрейфует в бесконечном океане испокон веку. Современная медицина иногда с улыбкой, иногда с ужасом смотрит на методы средневековых целителей. Между тем, Иоган Гартман, ученый-химик и врач (XVII век), пользовался в свое время большой славой как знаток медицины. Вот одно из его предписаний: «Взрослым, страдающим эпилепсией, я рекомендую спиртовой экстракт человеческого мозга или порошок из печени лягушек, который должен быть приготовлен только в мае, июне или июле».