В партнерстве с ребенком. Как слышать друг друга и вместе находить решения - Росс В. Грин

Как и у взрослых, у детей есть важные, обоснованные причины для беспокойства: голод, усталость, страх, желание что-то купить или сделать и склонность избегать того, что пугает или вызывает чувство дискомфорта или в чем они не сильны. Ваша задача на этапе эмпатии – показать ребенку, что вас действительно интересуют его заботы и тревоги.

На этапе эмпатии вы его не поучаете. Собственно, и на других этапах вы этого не делаете. Вы не выносите оценочных суждений. Вы также избегаете многих стандартных высказываний, которые нередко звучат от взрослых в ответ на выражаемое детьми беспокойство. Так, на слова малыша «Я боюсь, что у меня под кроватью прячется чудовище» вы не скажете: «Да ладно тебе, нет там никакого чудовища». На слова «Этикетка на рубашке мне мешает» не ответите: «На всех рубашках есть этикетка, тебе придется смириться с этим». А фраза «По-моему, ты должен быть мужчиной» не станет лучшим откликом на жалобу сына: «Ребята пристают ко мне в школьном автобусе». Ведь, отвечая таким образом, по детской реакции вы обязательно почувствуете, как со свистом уносятся надежды ребенка, заботы которого вы проигнорировали, не учли, выбросили из головы, смахнули со стола.

Некоторые взрослые никогда не считали важным собирать информацию о нуждах, взглядах, мнениях ребенка и не пытались понять их. Вот почему многие дети (к сожалению, вероятно, таких большинство) привыкли к тому, что старшие не обращают внимания на их проблемы, отмахиваются от них или умаляют их значимость. Ведь мы, взрослые, часто уверены, что сами знаем, что мешает ребенку справиться с той или иной проблемой. И это объясняет, почему мы не очень стараемся вникнуть в истинные причины. У нас есть собственные поводы для беспокойства, которые мы стремимся донести до своего чада, и часто делаем это, не учитывая или умаляя тревоги ребенка. И мы уже подготовили потрясающие решения (а раз решение принято, не нужно ничего изучать, обсуждать и вырабатывать совместно).

К сожалению, слишком часто наши предположения о тревогах детей далеки от истины. Поэтому и наши потрясающие решения оказываются совсем не такими потрясающими. Еще хуже то, что дети, которые привыкли, что их тревоги игнорируют, обычно менее склонны прислушиваться к своим воспитателям и воспринимать их беспокойство. Кроме того, как уже упоминалось, если вы не интересуетесь тем, что волнует вашего ребенка, и не стараетесь услышать, прояснить и решить его проблемы, он в конце концов перестанет с вами разговаривать. И тогда вы лишитесь партнера для совместной работы над проблемами, они не будут решены, а ваш авторитет пошатнется.

Хорошая новость в том, что вопросы, которые вас заботят, будут все-таки услышаны (на этапе определения причин беспокойства взрослых) и рассмотрены (на этапе привлечения к участию), и у вас еще появится шанс предложить свой вариант решения (также на этапе привлечения к участию). Еще одна хорошая новость: вы не уроните свой авторитет, если будете собирать информацию, вникать в проблемы ребенка и относиться к нему с эмпатией. Итак, гора с плеч: не нужно угадывать, что его тревожит и каково его мнение, не нужно быть телепатом. А что действительно нужно, так это овладеть навыками получения информации от своего сына или дочери.

Как это делать? Когда вы применяете упреждающий план Б, процесс сбора информации и ее осмысления начинается с представления нерешенной проблемы. Представление обычно начинается со слов «Я заметил, что…» и завершается словами «В чем дело?». Между ними вы вставляете описание нерешенной проблемы. Чтобы облегчить себе задачу, можно воспользоваться общими рекомендациями по составлению списка нерешенных проблем, о котором мы говорили в главе 4. Вот несколько примеров:

• «Я заметил, что у тебя не получается завтракать перед школой. В чем дело?»;

• «Я заметил, что в последнее время ты не ладишь с сестрой. В чем дело?»;

• «Я заметил, что у тебя никак не получается кормить собаку по утрам. В чем дело?»;

• «Я заметил, что в последнее время тебе не очень хочется ездить на школьном автобусе. В чем дело?»;

• «Я заметил, что ты не справляешься с домашним заданием по математике. В чем дело?»;

• «Я заметил, что тебе трудно ответить по мобильнику, когда я тебе звоню. В чем дело?»;

• «Я заметил, что тебе трудно держать нас в курсе, с кем ты и где ты. В чем дело?»;

• «Я заметил, что в последнее время тебе трудно вовремя встать и собраться в школу. В чем дело?».

Обратите внимание, что, согласно рекомендациям, в этих фразах, которые представляют нерешенные проблемы, не упоминается о вызывающем поведении ребенка (например, крике, ругани, драках) и не содержатся предположения взрослых (вроде «потому что ты меня ненавидишь»), к тому же фразы носят конкретный, а не общий характер. Благодаря таким формулировкам уменьшается вероятность того, что ребенок, вступая с вами в диалог, будет бояться неприятностей, понижается градус его защитного поведения и возрастает шанс, что он ответит на ваши расспросы. Добиться этого важно, поскольку главная задача этапа эмпатии заключается в сборе информации, необходимой для выяснения причины беспокойства ребенка и его точки зрения на проблему. Если он откажется вам отвечать, невозможно будет выявить и обсудить вопросы, которые его волнуют, и проблема останется нерешенной.

Должен отметить, что представление проблемы – самая легкая часть этапа эмпатии. Следующая часть сложнее. После вашего вопроса «В чем дело?» последует один из пяти вариантов развития событий.

1. Он что-нибудь ответит.

2. Он промолчит или скажет: «Я не знаю».

3. Он ответит: «У меня с этим нет никаких проблем».

4. Он скажет: «Я не хочу сейчас говорить об этом».

5. Он займет оборонительную позицию и скажет нечто вроде: «Я не обязан с тобой разговаривать» (или что-нибудь похуже).

Давайте рассмотрим каждый вариант в деталях.

Вариант 1. Он что-нибудь ответит

Если после представления проблемы ребенок начинает говорить, это хорошо. Теперь вам нужно разговорить его, потому что его первая реакция вряд ли позволит ясно понять, что его беспокоит и какова его точка зрения на эту проблему. Вам нужно провести своего рода расследование, чтобы получить больше необходимых сведений. Я называю этот процесс добыванием информации. Для многих он оказывается довольно сложной задачей, особенно вначале и в основном потому, что они не знают, что говорить. Эти трудности часто заставляют отказываться от плана Б. К счастью, существуют определенные стратегии, которые помогут овладеть искусством добывания информации и оставить план Б в вашем родительском арсенале.

Прежде всего, обратите внимание, что мы используем слово «добывание», а не выражение «допрос с пристрастием». Главная цель добывания информации – выяснить причины возникновения проблемы, тогда как допрос – это акт устрашения или проявление опасений, что ребенок не захочет общаться или начнет лгать. Перед вами встает задача показать ему, что ваши попытки понять его тревоги или узнать его мнение не притворство и не формальность. Вам и в самом деле интересно, и вы действительно хотите понять его.