Алгоритмы для жизни. Простые способы принимать верные решения - Том Гриффитс

Карстенсен и ее коллеги обнаружили, что сокращение социальных связей по мере старения связано в первую очередь с «обрубанием» периферийных, второстепенных отношений и сосредоточением на главном – близких друзьях и членах семьи. Этот процесс представляется осознанным, заранее обдуманным решением: по мере того как люди приближаются к концу жизни, они хотят уделить внимание наиболее значимым для них вещам.

В рамках исследования достоверности данной гипотезы Карстенсен и ее коллега Барбара Фредриксон попросили людей выбрать, с кем бы они предпочли провести полчаса: с близким членом семьи, с автором книги, которую они недавно прочли, или с кем-то из недавних знакомых, с кем нашлись общие интересы. Пожилые люди предпочли членов семьи, а молодежь с равным энтузиазмом отнеслась и к перспективе провести время с автором книги, и к возможности найти новых друзей. Но в тот момент, когда молодым людям предложили представить, что им предстоит переехать на другой конец страны, они тоже предпочли члена семьи. На втором этапе исследования Карстенсен с коллегами получили тот же результат в другом контексте: когда пожилых попросили представить, что прорыв в медицине позволит им прожить еще на 20 лет дольше, их выбор не отличался от выбора молодежи. Смысл в том, что эти различия в социальных предпочтениях не имеют ничего общего с возрастом: они скорее говорят о том, на какой точке интервала люди воспринимают себя в момент принятия решения.

Ощущение того, сколько времени у тебя остается в запасе, – именно то, что предлагает компьютерная наука для решения проблемы «исследовать/эксплуатировать». Мы стереотипно думаем о молодых как о непостоянных, а о старых – как об имеющих четкие убеждения. В действительности же и те, и другие ведут себя соответственно их положению относительно их интервалов. Осознанное сужение социальных связей до самых значимых отношений – разумная реакция на ограниченность времени на то, чтобы насладиться ими.

Осознание того, что пожилой возраст – это всего лишь время, отведенное для эксплуатации, открывает новые точки зрения на процесс старения. Например, если учеба в колледже – новая социальная среда, состоящая из людей, которых мы никогда раньше не встречали, – обычно воспринимается как позитивное, захватывающее время, то переезд в дом престарелых – также новая социальная среда, состоящая из людей, которых мы никогда раньше не встречали, – может быть довольно болезненным. И эта разница отчасти является следствием того, на какой стадии процесса исследования/эксплуатации мы находимся в те или иные этапы нашей жизни.

Баланс между исследованием и эксплуатацией также говорит о том, как следует воспринимать советы от старших. Когда ваш дедушка рассказывает, какие рестораны хороши, к нему стоит прислушаться. Это жемчужины, выловленные за десятилетия поисков. Но если он каждый день в пять часов вечера отправляется в один и тот же ресторан, то вам не стоит ограничивать себя в изучении новых возможностей, даже если они, вероятно, окажутся хуже.

Возможно, самый глубокомысленный вывод из размышлений о дальнейшей жизни как о возможности использовать накопленный десятилетиями опыт заключается в следующем: жизнь должна стать лучше с течением времени. Выгода, которую исследователь извлекает из обретенных знаний, – это удовольствие. Индекс Гиттинса и верхний доверительный предел, как мы видим, завысили значимость малоизвестных вариантов сверх наших ожиданий, так как приятные сюрпризы принесут во много раз больше выгоды. Но в то же время это означает, что исследование неизбежно будет в итоге отодвинуто в сторону. Посвящение большего внимания тому, что любишь, улучшает качество жизни. И, кажется, это действительно так: Карстенсен обнаружила, что пожилые люди в большинстве своем гораздо больше удовлетворены имеющимися у них социальными связями и их уровень эмоционального благополучия выше, чем у более молодых.

Так что завсегдатаев этого ресторанчика, с наслаждением вкушающих плоды своих жизненных исследований, на склоне дней ожидает еще очень многое.