Трудный подросток глазами сексолога. Практическое руководство для родителей - Александр Полеев

Именно поэтому, именно из-за наличия в мозгу анатомически и физиологически несозревших структур ведущие французские подростковые психологи не предлагают – требуют увеличить пубертатный возраст до 19 лет, бельгийские – до 21 года, и, соответственно, продлить до этого возраста уменьшение административной и уголовной ответственности подростков.

Конечно же, и их влюбленности и «любови» окрашены максимализмом. Прежде всего их уровень включенности в состояние романтической любви намного выше, чем у зрелых мужчин (и женщин!). Любовное чувство занимает в их психике гораздо больше места, чем в психике взрослого, они постоянно думают о любимой девушке, хотят постоянно находиться рядом, готовы ради нее от многого отказаться и многое сделать. Во многих случаях их состояние больше похоже на одержимость (болезненное расстройство), чем на любовное чувство. Влюбленным взрослым тоже свойственно желание как можно больше находиться в обществе любимой, рядом с ней, и у них – на протяжение нескольких первых месяцев – возникает особое эйфорическое состояние. Но у подростков подобное состояние эйфории, как показывают гормональные и электроэнцефалографические исследования, в два с половиной – три раза сильнее, чем у зрелых мужчин.

Из практики

Один мой клиент – десятиклассник, мальчик уравновешенный и дисциплинированный, влюбился в девушку из параллельного класса в сентябре, и с октября и до конца учебного года он вставал в 5 утра, тщательно приводил себя в порядок (и первое, и второе раньше для него было абсолютно немыслимо!), проезжал три остановки метро, потом еще шел пешком минут 15, в 7.30 встречал любимую у подъезда и вместе с ней шел в школу. При этом сам он жил на расстоянии 300 метров от школы… Он ни разу не нарушил этот ритуал, хотя мама умоляла его хотя бы пару дней в неделю утром «поспать нормально», на что он совершенно спокойно отвечал: «В воскресенье отосплюсь!» Отговаривала его от такого модуса общения и девушка, правда, не очень активно, поскольку ей это очень льстило. Ко мне его привели мама и папа. Он спокойно, даже с некоторой иронией, дал себя обследовать на протяжении трех сеансов, и на основании этого обследования я пришел к выводу, что он психически абсолютно здоров. Он продолжал хорошо учиться, поддерживал хорошие отношения с друзьями, даже с родителями не конфликтовал, по воскресеньям ездил к бабушке с дедушкой, закупал им продукты на неделю. Интимные отношения с девушкой у него еще не состоялись, но дело к ним шло. Свое непреодолимое желание провожать ее в школу по утрам он – без какого-либо чрезмерного волнения – объяснял тем, что после школы они проводят вместе всего два часа (каждый день!), потом ей нужно быть дома, и к утру он очень по ней скучает… В одиннадцатом классе их любовь продолжалась, но встречать девушку по утрам он перестал – готовился к ЕГЭ.

Еще один пример максимализма в любовном чувстве: тинейджеру кажется, что его чувство существует уже с очень давних пор. В исследованиях тинейджерам задают вопрос: «С какого времени вы влюблены в Катю (Машу, Эльвиру)?» Они – совершенно искренне – отвечают, к примеру: «С марта прошлого учебного года!» Когда же исследователи получают объективные сведения (от друзей, родителей, учителей и т. д.), то оказывается, что в это время он и не знал о существовании этой девушки, увидел ее только в середине сентября, любовное чувство появилось еще через месяц, в середине октября, ко времени исследования они полгода встречаются. Если бы такие грубые нарушения ориентации во времени мы обнаружили у взрослого человека, мы немедленно уложили бы его на стационарное обследование, подозревая очаговые нарушения в мозге (чаще – вследствие краткосрочной интоксикации солями тяжелых металлов). Но у подростков такое расстройство встречается без всякой интоксикации, просто в силу возрастных анатомических особенностей мозга в сочетании с гормональными особенностями. Гремучая смесь!

Как мы уже говорили, главная деятельность тинейджеров – это общение со сверстниками. Оно же представляет собою главный источник удовольствия, получаемого ими от жизни. Новые события в их жизни (чаще всего – вообще первые!), новые впечатления, сильные чувства нуждаются в проговаривании, в обсуждении, в сопоставлении с опытом ровесников. И в отношениях с любимой девушкой именно общение часто является самым главным элементом, особенно в первые недели или месяцы. Не только мамы и папы, но и высококвалифицированные психологи, не могут понять: о чем в течение трех часов – с 21 до 24 – может каждый вечер говорить (по телефону или по Скайпу) их сын-десятиклассник со своей девушкой, с которой учится в одной школе, встречается на переменах и проводит два-три часа после уроков? Честно говоря, не знаю, но факт остается фактом: влюбленные школьники и студенты 1–2-го курса общаются неимоверно много. До появления сотовых телефонов, Интернета и Скайпа такое невероятное стремление к непрерывному общению порождало множество яростных конфликтов (вплоть до драк и телесных повреждений) между подростком и родителями. Попробуйте вырвать у подростка – 45-й размер обуви! – телефонный аппарат! В результате в семью никто не мог дозвониться – «чадо» часами висело на телефоне, и сами родители не могли никому позвонить, даже по очень важным делам.

Слава богу, сегодня Интернет и Скайп позволяют влюбленным тинейджерам общаться по многу часов, никому не мешая. Впрочем, столь длительное общение, несомненно, мешает учебе, зато способствует личностному развитию, развитию навыков коммуникации, адаптации к повседневной жизни, снятию чрезмерного эмоционального накала в отношении тех или иных событий, тех или иных сверстников, учителей и других «воспитателей». А многочасовые «сидения» вдвоем на скамеечке, на детской площадке, стояния в подъезде? Зачем, для чего это бесконечное общение, бесконечный обмен фактической и эмоциональной информацией? Ведь мы, люди зрелые, с любимыми общаемся во много раз меньше, хотя и событий, и переживаний в нашей взрослой жизни во сто крат больше! Когда-нибудь психологическая наука ответит на этот вопрос, но случится это не так скоро… Родители подозревают, что многочасовое ежедневное общение с любимой девушкой обязательно предполагает интимные отношения, но во многих случаях никакого секса еще нет, и разговоры вовсе не о нем…

Большинство мальчиков-подростков (и практически все девочки!) страдают от дисморфобии – представлений о недостатках своего тела, постоянных мыслей об этом. Одни считают себя слишком маленькими и поэтому непривлекательными, другие – слишком высокими и поэтому некрасивыми, третьим кажется, что у них слишком короткие ноги и непропорционально большие руки. Стремительный рост костей, от которого отстает рост мышц, обуславливает нарушение гармоничности тела: подросток отчетливо ощущает диспропорции, которых на самом деле нет. Строго говоря, речь идет о телесных иллюзиях и даже о телесных галлюцинациях, причем стойких, многомесячных. Взрослого с такими ощущениями и мыслями мы бы немедленно отправили в психиатрический стационар: телесные галлюцинации считаются у нас наиболее неблагоприятными, свидетельствующими о тяжелом течении психического заболевания. Но в подростковом возрасте они скорее норма, и причины их возникновения совершенно иные. Подростки, особенно девочки, но и мальчики тоже, подолгу рассматривают себя в зеркале, ищут подтверждения своим ощущениям, как правило, не находят, и к 18–19 годам это расстройство исчезает «как сон, как утренний туман». Но на протяжение нескольких пубертатных лет это расстройство ввергает многих из них в страдания и депрессии, часто глубокие.