Эффект Люцифера. Почему хорошие люди превращаются в злодеев - Филип Зимбардо

В результате таких неслыханных действий, о которых много говорили в СМИ, Томпсон стал персоной нон грата среди военных. В наказание его неоднократно посылали на самые опасные задания. Пять раз его вертолет был сбит, он получил перелом позвоночника и всю жизнь страдал от психологических последствий травм, полученных во время той ужасной войны. Прошло 30 лет, прежде чем армия признала его поступки и поступки его товарищей, Глена Андреотты и Лоуренса Колберна, геройскими. Все они были награждены Солдатской медалью, высшей наградой армии за храбрость, не связанную с непосредственными боевыми действиями. Хью Томпсон умер в январе 2006 г. (Удивительно, но в некоторых кругах лейтенанта Калл и тоже считали героем; в 1971 г. песня в его честь даже вошла в хит-парад Тор 40 журнала Billboard[515].)

Герои, начавшие бить тревогу во время войны в Ираке

Менее драматичные формы героизма мы наблюдаем, когда человек бросает вызов системе, сообщая ей новости, которых она не хочет знать, — в данном случае, о соучастии офицеров и рядовых военнослужащих в плохом обращении с мирными гражданами. Среди таких героев — Джо Дарби, резервист, героические действия которого помогли прекратить злоупотребления и пытки в Абу-Грейб.

Сейчас мы очень хорошо знаем, в какой атмосфере совершались злоупотребления, обрушившиеся на заключенных «защищенного комплекса» Абу-Грейб, блок 1А, со стороны военных полицейских и других военных, занимавшихся сбором разведданных. Когда ужасные снимки пыток, оскорблений и насилия наконец заставили военное руководство обратить внимание на сложившуюся ситуацию, всему этому был положен конец. Весь этот ужас остановил самый обычный молодой человек, совершивший необычный поступок. То, что он сделал, говорили мне многие военные, потребовало от Дарби большого личного мужества, потому что этот парень был всего лишь скромным резервистом. Тем не менее он не побоялся доложить командованию о том, что под его началом происходит нечто ужасное.

Впервые Дарби увидел фотографии на компакт-диске, который дал ему его приятель Чарльз Тренер. Сначала они показались ему довольно забавными. «По-моему, пирамида из голых иракцев, когда видишь ее в первый раз, выглядит очень смешной… Когда она возникла на экране, я рассмеялся», — вспоминает Дарби в недавнем интервью[516]. Но затем он увидел другие снимки — откровенно сексуальные, запечатлевшие избиения и так далее, — и его настроение изменилось. «Мне все это показалось неправильным. Я не мог выбросить это из головы. Дня через три я принял решение доложить об этих фотографиях». Для Дарби это было трудное решение, потому что он полностью осознавал, перед каким моральным конфликтом он оказался. «Поймите: я не хотел предавать товарищей… Но для меня это было слишком. Мне надо было выбирать между тем, что я считал правильным с нравственной точки зрения, и верностью к другим солдатам. И то и другое одновременно было невозможно»[517].

Дарби боялся мести его товарищей, если бы они узнали, кто передал военному следователю диск с фотографиями[518]. Он сделал копию компакт-диска с фотографиями, написал анонимное письмо, положил их в обычный конверт и вручил его агенту Криминального следственного отдела. Он просто сказал, что кто-то оставил конверт в его рабочем помещении. Вскоре после этого специальный агент Тайлер Пьерон допросил Дарби, и тот признал: «Да, это я положил эти снимки в конверт». Затем он дал показания под присягой. Все это сохранялось в тайне до тех пор, пока министр обороны Дональд Рамсфельд неожиданно не «выдал» Дарби в 2004 г., во время слушаний в конгрессе, посвященных злоупотреблениям. В этот момент Дарби обедал вместе с сотней других солдат в общей столовой. Его быстро увели, и несколько следующих лет он провел под охраной. «Но я ни разу об этом не пожалел, — недавно сказал Дарби. — Прежде чем доложить о фотографиях, я принял обдуманное решение. Я знал, что если люди узнают, что это был я, мне несдобровать».

Обнародование снимков привело к нескольким официальным расследованиям злоупотреблений, не только в Абу-Грейб, но и на всех других военных объектах, где содержались задержанные. Поступок Дарби остановил пытки и злоупотребления и привел к существенным изменениям в управлении тюрьмой Абу-Грейб[519]. При моем содействии в 2004 г. Дарби получил благодарность президента Американской психологической ассоциации. Он не смог лично принять эту почетную награду: из-за постоянных угроз в адрес его семьи ему, его жене и матери пришлось почти три года оставаться под усиленной охраной. Наконец, в 2005 г. Дарби был признан героем нации и удостоен почетной награды «Профили мужества»[520]. Вручая ему эту награду, Кэролайн Кеннеди, президент Фонда президентской библиотеки Джона Кеннеди, сказала: «Люди, которые готовы пойти на личный риск ради интересов нации и ценностей американской демократии, должны быть признаны и отмечены всеми органами власти. Наша страна в долгу перед специалистом армии США Джозефом Дарби, чьи действия поддержали принцип верховенства права, которому предана наша страна».

Герои Джонстауна

Дебби Лейтон и Ричард Кларк остались в живых, тогда как другие 913 американских граждан погибли в результате массовых самоубийств и убийств, которые произошли в поселении Джонстаун в Гайане 18 ноября 1978 г. Дебби Лейтон выросла в относительно богатой семье в Окленде, Калифорния. Ее родители были белыми, представителями среднего класса. А Ричард, перед тем как приехать в Сан-Франциско, жил в скромном афроамериканском пригороде в Миссисипи. После ужасов Джонстауна они оба приехали в Залив и стали моими друзьями. Их можно назвать героями разного типа. Дебби начала бить тревогу, а Ричард стал «добрым самаритянином».