Пункт назначения: Счастье - Йоханн Хари

Когда-то, после Второй мировой войны, молодая женщина^[69] брела по руинам Кенсал-Райз. Это густонаселенный рабочий пригород Западного Лондона, некоторые части которого были разрушены нацистами. Ей было двадцать с небольшим лет, и она только родила. Женщина искала проход к Гранд-каналу. Как только она вышла к нему, тотчас же бросилась в его грязную затхлую воду.

Месяцы и годы, последовавшие за ее самоубийством, никто не говорил о ее депрессии. Стояла тишина. Было запрещено спрашивать, почему люди так сильно подавлены.

В доме в этом же районе города жил подросток по имени Джордж Браун. Девушка, которая умерла, была его соседкой. И когда он подхватил какую-то жуткую инфекцию в мире без антибиотиков, она ухаживала за ним несколько месяцев в этом бедном и тесном доме.

– Она была очень теплым человеком, – сказал он мне семьдесят один год спустя, с улыбкой вспоминая ее. – Это был один из моих самых первых опытов. По тому времени очень сильные чувства – стыд и депрессия.

Он повторил позже:

– С депрессией ассоциировалось сильное чувство стыда. В действительности о ней молчали, – добавил он.

Трагедия озадачила его. Хотя серьезно он больше не задумывался о ней, пока ему не исполнилось тридцать шесть лет. Тогда он чуть не совершил замечательное открытие^[70].

* * *

В начале 1970-х Джордж вернулся в рабочий район Лондона, очень похожий на тот, в котором он вырос, чтобы найти ответ на вопрос: «Почему так много людей, похожих на его соседку, погружались в глубокую депрессию? Что ее вызывало?»

В то время все еще сохранялось молчание, касавшееся не только этой конкретной жертвы, но и всего общества в целом. Среди профессионалов по лечению депрессии^[71], далеких от общепринятого взгляда, произошел раскол. Сформировались два противоположных мнения^[72]. Грубо говоря, можно нарисовать следующую картину разделения взглядов. С одной стороны пациент лежит на диване перед основателем психоанализа Зигмундом Фрейдом, с другой стороны изображен рассеченный мозг. Фрейдисты спорили почти столетие, что объяснение состояний такого рода можно найти только в личной жизни человека, и особенно в его раннем детстве. Единственный способ понять заключается в индивидуальных сеансах психотерапии, с помощью которых вы по кусочкам собираете воедино историю о том, что произошло, и находите подходящую для пациента историю болезни.

Многие психиатры выступили против такого образа мышления. Они начали доказывать, что депрессия – это результат неправильного функционирования мозга или организма, внутренняя неисправность, поэтому искать более глубокие причины в истории жизни – бесполезное занятие. Они верили в физиологическую причину проблемы.