Эффект Люцифера. Почему хорошие люди превращаются в злодеев - Филип Зимбардо

У ЦРУ появилась новая проблема: что делать с трупом. Капитан Дональд Риз, офицер отделения военной полиции, и полковник Томас Паппас, командующий военной разведкой, были информированы об этом «прискорбном инциденте». Но этим офицерам не пришлось волноваться, потому что ЦРУ взяло дело в свои руки. Труп аль-Джамади оставался в душевой до следующего утра, затем его положили в лед и завернули в чистый полиэтилен, чтобы задержать процесс разложения. На следующий день санитар воткнул в руку «ледяного человека» капельницу и вынес его из тюрьмы на носилках, инсценировав дело так, как будто это заболевший арестант, — чтобы не пугать других задержанных, которым сказали, что у него случился сердечный приступ. Местный таксист увез труп в неизвестном направлении. Все доказательства были уничтожены. Не осталось никаких документов, потому что задержание аль-Джамади не было официально зарегистрировано. Действия «морских котиков» были признаны правомерными, личность санитара осталась неизвестной. И сейчас, несколько лет спустя, Марк Сваннер продолжает работать в ЦРУ — против него не было выдвинуто никаких обвинений! Этот случай почти забыт.

Среди прочих кошмарных снимков в цифровом фотоаппарате капрала Тренера было обнаружено несколько фотографий того самого «ледяного человека», запечатленных для истории. На первом снимке симпатичная девушка, специалист Сабрина Хармен, с улыбкой склонилась над избитым телом аль-Джамади и показывает пальцами знак «победа». Затем на снимках появляется Тренер, тоже с одобрительной улыбкой — нужно было ловить момент, пока «ледяной человек» не растаял. Наверняка Чип и другие охранники ночной смены знали, что случилось. Если здесь могли так ловко обделывать такие вещи, то блок 1 «Альфа» действительно был «детской площадкой», где можно было творить что угодно. Если бы охранникам не пришло в голову делать фотографии и если бы Дарби не поднял тревогу, возможно, мир никогда бы не узнал о том, что происходило в этой когда-то секретной тюрьме.

Тем не менее ЦРУ продолжает действовать без оглядки на законы, которые должны удерживать его агентов от пыток и убийств даже во время их глобальной войны с терроризмом. Как ни странно, Сваннер признал, что не получил никакой полезной информации от этого убитого задержанного-«призрака».

Виновен: генерал-лейтенант Рикардо Санчес

Как и Рамсфельд, генерал-лейтенант Рикардо Санчес также публично признал свою ответственность: «Как командующий операциями в Ираке, я беру на себя ответственность за то, что произошло в Абу-Грейб»[416]. Однако такая ответственность должна нести за собой соответствующие последствия. Иначе она остается просто красивым жестом для публики и прессы. Human Rights Watch называет имя этого высокопоставленного офицера среди «большой четверки», которая должна предстать перед судом за соучастие в пытках и военных преступлениях. В отчете говорится:

«Генерал-лейтенант Санчес должен быть привлечен к следствию по поводу военных преступлений и пыток или как руководитель, или в соответствии с доктриной „командной ответственности“. Генерал Санчес дал приказ использовать методы допросов, нарушающие Женевские конвенции и Конвенцию против пыток.

По данным Human Rights Watch, он знал или должен был знать, что войска, находящиеся под его непосредственным командованием, применяют пытки и военные совершают преступления, но не предпринял эффективных мер, чтобы прекратить эти действия».

В этой книге я объявляю генерала Санчеса виновным, ведь по данным отчета Human Rights Watch, «он ввел правила и методы допроса, нарушающие Женевские конвенции и Конвенцию против пыток, а также знал, или должен был знать, что войска, находящиеся под его непосредственным командованием, применяют пытки и совершают военные преступления».

В условиях нехватки «ценных разведывательных данных», которые не удавалось собрать в тюрьме залива Гуантанамо, несмотря на месяцы допросов, на всех участников этих действий оказывалось давление, чтобы они добывали информацию у террористов немедленно и любыми средствами. Марк Даннер сообщает об электронном письме от капитана военной разведки Уильяма Понсе к коллегам, в котором тот настоятельно рекомендовал к середине августа 2003 г. составить «список пожеланий, связанных с допросами».

В письме капитана содержится зловещее предзнаменование того, что скоро произошло в Абу-Грейб: «Господа, что касается этих задержанных, мы снимаем перчатки». Далее в письме говорится: «Полковник Больц [один из не слишком высокопоставленных офицеров военной разведки в Ираке] ясно указал, что мы хотим сломать этих людей. Количество жертв растет, и мы должны лучше собирать информацию, чтобы защитить наших солдат от дальнейших нападений»[417].

Генерал Джеффри Миллер, недавно назначенный командующим тюрьмой Гитмо, возглавлял группу специалистов, посетивших Ирак в августе — сентябре 2003 г. Задачей поездки было введение новых жестких методов допросов и информирование о них генералов Санчеса, Карпински и других офицеров. «Генерал Миллер положил палец на грудь Санчеса и сказал, что ему нужна информация», — вспоминает Карпински[418].

Миллер мог помыкать этими офицерами только при очевидной поддержке Рамсфельда и других высокопоставленных генералов, объясняемой его так называемыми успехами в Гитмо.

Санчес изложил новые правила допросов в официальном меморандуме от 14 сентября 2003 г. Согласно этому документу, методы допросов становились более жесткими, чем те, что ранее применяли военные полицейские и сотрудники военной разведки[419]. В документе были изложены некоторые цели новой программы пыток, например, «испугать, дезориентировать задержанных и вызвать у них шок во время захвата». Среди новых методов, одобренных Рамсфельдом и изложенных Миллером, были следующие:

Присутствие военных служебных собак: использовать страх арабов перед собаками, в то же время поддерживать безопасность во время допросов. Собаки должны быть в намордниках и на поводках… кинолог не должен допускать прямого контакта собаки с задержанным.

Сон: задержанный должен иметь возможность спать как минимум 4 часа в течение 24 часов, на период, не превышающий 72 часа.

Крики, громкая музыка и управление освещением: используются для того, чтобы вызвать страх, дезориентировать задержанного и пролонгировать шок, полученный при захвате. В то же время необходимо избегать травм и телесных повреждений.