Из гусеницы в бабочку. Психологические сказки, притчи, метафоры в индивидуальной и групповой работе - Ирина Стишенок

– Да, да, вы правы, – вдруг заговорили Сапожники и Кондитеры.

И только Поэты и Музыканты робко защищали Любовь, но их слова тонули в огромном море чужих возмущений.

– Друзья мои, – вдруг заговорила девушка с сияющими глазами, – я могу отдать вам всю себя без остатка, но не в моих силах стать другой. Ведь я родилась с талантом любить.

– Тогда ты нам не нужна, – жестко сказал Чужеземец. – Уходи. А мы будем жить по-новому. Вклад каждого в общее дело будет подсчитан, учтен и вознагражден по заслугам. А Любовью, милочка, сыт не будешь. Верно, Булочник?

И Чужеземец, ехидно рассмеявшись, подтолкнул стоявшего рядом пекаря.

Любовь посмотрела в глаза своим друзьям, но все они отворачивались или смущенно смотрели вниз.

– Ну, если я не нужна, прощайте, – кротко молвила она и ушла из города.

– Так-то лучше, – потирая руки, сказал Чужеземец и добавил: – Пора за дело.

Он выбрал себе двух помощников. Один из них имел способность Счетовода, а второй – Контролера-учетчика.

Указав на них, Чужеземец сказал:

– Эти два человека обладают самыми большими талантами, потому что без учета и контроля мы не можем знать, сколько сил и времени каждый из вас тратит на свою работу. А посему повелеваю: не чинить им препятствий и всячески способствовать в деле.

– Хорошо, – согласились горожане и разошлись по своим домам.

А наутро у них началась новая жизнь.

Люди по-прежнему делали свое дело, но теперь они не могли просто так, по зову сердца, обменяться друг с другом плодами своего творчества. Все подсчитывалось, учитывалось и измерялось.

Только Счетовод и Учетчик решали, кто и сколько может получить за свой труд. И выходило, что Строитель за один дом мог получить сто пар сапог или две тысячи тарелок каши. Музыкант за одну песню мог получить одну тарелку супа, а поэт за одно стихотворение – лишь компот.

Однажды Чужеземец сказал:

– Измерять ваш труд в домах, сапогах и кашах мне надоело. Я решил оценивать его по-новому – в дубликах.

И он показал людям какие-то деревянные кружочки.

– Дублики будут выдаваться вам за выполненную работу, по справедливости.

– Хорошо, – снова согласились горожане и начали работать за дублики. Но чем больше деревянных кружочков они старались получить, тем меньше внимания уделяли творческому исполнению своего дела. Со временем вдохновение совсем исчезло из их труда, и он превратился просто в ремесло.

А ведь верно, убери Любовь из любого дела и оно тут же становится ремеслом.

Затем горожане захотели получать еще больше дубликов, и булочники бросали свое призвание и становились строителями, а поэты и музыканты забывали о своем даре и становились простыми сапожниками.

Люди уже не собирались вместе, чтобы поделиться друг с другом своим счастьем. Они лишь следили: верно ли учтен их труд и не обделены ли они?

Но однажды, после долгих и бесплодных попыток написать новое стихотворение, заговорил Поэт.

– Братцы, что-то важное ушло из моего творчества, – взволнованно сказал он. – За последний месяц я ничего не написал. Я пойду искать вдохновение и не вернусь, пока не найду его.

Поэт вышел из города и попал в забытый прекрасный мир: высокая трава мягко стелилась под ногами, журчащая река несла свои серебряные воды в прекрасную даль, а в упоительно свежем воздухе слышалось пение птиц.