Тишина в эпоху шума. Маленькая книга для большого города - Эрлинг Кагге

Тишина – это не ничто. И вернее будет сказать, что из чего-то происходит что-то.

На протяжении многих тысяч лет люди, жившие главным образом в одиночестве, – горные монахи, отшельники, моряки, пастухи и путешественники – верили, что ключ ко всем тайнам жизни можно отыскать в тишине. Вот в чем смысл. Отправляешься в плавание через океан, а возвратившись домой, находишь то, что искал, внутри себя.

Когда одно и то же утверждение так долго повторяется из раза в раз, есть все основания задуматься над ним всерьез. Иисус и Будда погрузились в тишину, чтобы понять, как им жить дальше. Иисус искал истину в пустыне, Будда – в горах и на берегу реки. Пребывая в тишине, Иисус готовил себя к встрече с Богом. Река учила Будду слушать – слушать безмолвным сердцем и открытой душой.

В некоторых религиях боги приходят к человеку в виде раскатов грома или урагана. В Библии Бог есть тишина. В Третьей книге Царств говорится о том, как Господь предстал перед пророком Илией. Сначала начинается сильный ветер, раздирающий горы, потом – землетрясение и появляется огонь. Но ни в урагане, ни в землетрясении, ни в огне нет Бога. Господь приходит позже – «в веянии тихого ветра». Мне очень нравится эта фраза. Бог – в тишине.

В одной из индуистских притч (хотя с равным успехом она могла бы быть и буддистской) рассказывается об ученике, который попросил учителя объяснить сущность Брахмы, мировой души. Выслушав вопрос, учитель надолго замолчал. Ученик пытался добиться объяснения еще несколько раз, но тщетно. Наконец учитель разомкнул уста и промолвил: «Сейчас я как раз учу тебя, но ты не внемлешь». Ответ был один: тишина.

Дзен-буддизм призывает человека ставить под сомнение явления видимого мира. В одном из наиболее известных коанов – упражнений для остановки блуждающего ума говорится о звуке хлопающей ладони. Попробуйте спокойно сесть и представить себе, как звучит хлопок одной ладошкой. Поскольку это невозможно, вам придется выйти за рамки своих логических и рациональных представлений. Попробуйте попрактиковать еще один коан: ощутите тишину без слов или представьте себе что-то несуществующее.

Древнегреческие философы Аристотель и Платон утверждали, что знание вечности и истины нельзя облечь в слова. Платон называл его «неизреченным» Аристотель – «безмолвным» Оба мыслителя утверждали, что там, где заканчивается словарный запас, открывается возможность непосредственно постичь великие истины.

И не только великие истины, но и малые. Когда вы едете за рулем автомобиля и сбиваетесь с пути, вы останавливаетесь, проверяете навигатор и при этом убавляете громкость музыки и просите пассажиров сидеть тихо. Чтобы собраться с мыслями и сконцентрироваться на единственно важной задаче – нахождении верного пути.

17

Звездное небо – «самый верный в жизни друг, стоит только узнать его. Оно всегда на месте, всегда дарит покой, всегда напоминает тебе о том, что твои волнения и сомнения, твоя боль лишь преходящие мелочи. Вселенная нерушима и навечно останется таковой. Наши убеждения, битвы, страдания оказываются вовсе не так важны и уникальны, когда всему приходит конец». Тому, кто проводит много времени на природе и не раз наблюдал ночное небо, знакомо то, о чем говорит Фритьоф Нансен. Иммануил Кант сказал: «Две вещи наполняют душу всегда новым и все более сильным удивлением и благоговением, чем чаще и продолжительнее мы размышляем о них, – это звездное небо надо мной и моральный закон во мне». Наши глаза не способны увидеть сами себя, но мы способны взглянуть себе в глаза через звезды. То, что мы видим, зависит от того, кто мы.

Как норвежцу, мне повезло наблюдать ночное небо без отвлекающего искусственного освещения вокруг. В свете уличных фонарей звезды невидимы. Легко забыть о том, что подобная визуальная тишина во многих местах нашей планеты практически невозможна. Увы, это стало роскошью. Погружение в бездонное звездное небо – одно из самых вдохновляющих занятий, которые я знаю. Звезды напоминают мне об огромной Вселенной за пределами нашего мира и, как говорил Нансен, о нашем собственном месте в ней.

Незадолго до своей смерти невролог Оливер Сакс написал о том, как он отказался от попыток решить «сложную задачу» – «понять, как в мозге формируется сознание», а также от других амбициозных целей в пользу возможности спокойно посидеть и понаблюдать за звездным небом. «Я видел небо, полностью "усыпанное звездами" (говоря словами Мильтона): небо, которое можно увидеть только с такого высокогорного плато, как Атакама в Чили (там установлены одни из самых мощных телескопов в мире). Именно это звездное великолепие вдруг заставило меня осознать, как мало времени и жизни осталось у меня. Познание красоты неба и вечности неразрывно сплелось для меня с ощущением скоротечности – и смерти». Сакс был настолько ослаб, что не мог самостоятельно ходить, и ночью на улицу его вывозил на инвалидном кресле друг. Вплоть до своей кончины Сакс окружал себя кусочками металлов и минералов – «маленькими напоминаниями о вечности». Последний раз он увлекался подобным собирательством в детстве.

Познавая себя, мы познаем других. Когда я читаю записи Сакса, я чувствую, что он, как и Нансен, погрузился в свою внутреннюю тишину и заново открыл забытые грани себя – вселенной не менее загадочной, чем окружающий нас космос. Одна вселенная расширяется вовне, другая – внутрь.

«Разум шире неба». Именно так поэтесса Эмили Дикинсон описала бесконечность нашего мира.

18

Мне нравится думать, что ощущение тишины само по себе является целью. Тишина ценна как таковая, и ее не следует класть на чашу весов с чем-то другим. И все же тишина способна стать и средством.

«Ха-ха-ха-ха-ха-ха!» – такую реакцию на свой вопрос о тишине я получил от предпринимателя Илона Маска. Однако поразмыслив немного, он сказал, что нередко концентрируется на своей внутренней тишине и закрывается от внешнего мира, чтобы дать свободу мыслям. Он занимается этим, сколько себя помнит. В школе его часто били и травили, а когда у тебя мало друзей, приходится думать самому.

Я расспросил Маска о его еще не реализованных идеях и понял, что он слушает не консультантов и прочих экспертов, а тишину внутри себя. Недостаточно устроить революцию в области автомобилестроения, энергетики и освоения космоса – нужно поставить новые отрасли с ног на голову. Это нескончаемый процесс, которому, как мне кажется, придет конец, только если Маск перестанет закрываться в себе и поплывет по течению.

У Маска особенно хорошо получается применять так называемое правило № 1: вместо того чтобы опираться на общепринятые истины, он выводит фундаментальную истину и отталкивается в своих размышлениях от нее. Он исключает из своей цепочки мир. Обычно люди делают как раз наоборот: учитывают мнения окружающих относительно того, что возможно, а что нет.