Амазония - Джеймс Роллинс

– Вертолету пришлось возвратиться. Горючее кончилось.

– Маршалл…

Ее голос сорвался.

Он наклонился и взял ее за руку.

– Как только их заправят, они вылетят снова, на этот раз в ночь. Попытаются выследить лагерные огни через прибор инфракрасного видения. А завтра к поискам подключат еще три вертолета, вместе с нашим «команчем». – Он сжал ее руку. – Мы их отыщем.

Лорин словно сковало. Все ее дети… все до единого…

С кровати раздался голосок Джесси. Ее ручка со свисающей трубкой капельницы тянулась к экрану.

– Какой смешной мишка!

* * *

13 часов 5 минут

Джунгли Амазонии

Нат спускался по пятидесятифутовой лестнице, ведущей из жилища в древесной кроне. Это трехъярусное строение располагалось на ветвях эйдотеи[5]– гиганта мелового периода. Как только Келли с профессором унесли Фрэнка, появились две женщины бан-али. Они вывели группу к краю поляны, жестами объяснив, что одна из древесных построек предоставляется в их распоряжение.

Костос поначалу заартачился, пока Каррера мудро не заметила:

– Чем выше, тем легче будет обороняться. Здесь мы все равно что сидячие мишени. Если те черные кошки снова появятся…

– Ладно, ладно, – оборвал ее Костос, окончательно убежденный. – Давайте переправим припасы наверх и соорудим защитный периметр.

Нат счел такую предосторожность излишней. С самого прибытия индейцы проявляли к ним лишь любопытство, глазея с опушек и через оконца, но ближе подходить остерегались. Вели они себя вполне дружелюбно. Нату долго не верилось в то, что этот тихий народец породил убийц-дикарей, которые натравили на них целый зверинец, уничтожив половину команды. Правда, многим туземным племенам была свойственна подобная двойственность в отношениях: враждебные и агрессивные внешне, они превращались в миролюбивых, открытых людей, едва признавали вас за своего.

Тем не менее многие товарищи Ната так или иначе погибли по вине этого племени. В его груди заклокотала ярость. «А как же Кларк, а может, и другие участники экспедиции, которых держали в плену все эти годы?» – спрашивал он себя. И если ему, как антропологу, еще были понятны мотивы этих странных туземцев, то сыновние чувства заставляли Натана глядеть на происходящее с бессильным гневом и негодованием.

Однако они помогли Фрэнку. Профессор Коуве вскоре вернулся с белого дерева и сообщил, что их товарищ, стараниями Келли и местного шамана, уже вне опасности. Давненько судьба не жаловала их такими хорошими новостями. Коуве не задержался – ему не терпелось снова попасть внутрь дерева. Профессор переглянулся с Патом. Несмотря на помощь, оказанную племенем, что-то явно его беспокоило. Нат попытался разузнать, что именно, но индеец, уходя, отмахнулся.

– Потом, – только и сказал он.

Дойдя до последней ступеньки зеленой лестницы, Натан спрыгнул на землю. У основания ствола поджидали двое рейнджеров и Манни. Тор-Тор стоял у ног хозяина.

Оставшиеся участники и без того поредевшей команды – Зейн, Олин и Анна – продолжали сидеть наверху, в безопасности, занятые починкой аппаратуры.

Манни махнул Нату, едва тот направился в их сторону.

– Я постерегу, – объяснял Костос Каррере, – а вы с Манни прочешите ближайшие окрестности. Попробуем выяснить диспозицию.

Каррера кивнула и направилась прочь. Манни примкнул к ней.

– Пошли, Тор-Тор.

В этот миг рейнджер заметил Ната.

– А вы что здесь делаете, Рэнд?

– Пытаюсь помочь. – Он махнул в сторону хижины, что стояла в сотне ярдов от их дерева. – Хочу покопаться в отцовском компьютере, пока солнце не село и батареи работают. Может, отыщется что-нибудь важное.

Костос покосился на утлое строение, но согласился. Было видно, как он что-то прикидывает, оценивает в уме. Сейчас любой бит данных этого компьютера способен был помочь сохранить им жизни.

– Осторожней там, – напутствовал сержант.

Нат вскинул повыше ружье.

– Обязательно.

И отправился через поляну.

Чуть поодаль, у края опушки, собралась стайка ребятишек. Кое-кто показывал на Ната пальцем, объясняясь жестами с остальными. Другая стайка семенила за Манни и Каррерой, опасливо сторонясь Тор-Тора. Любопытные, как все дети. В глубине рощи племя, забыв о робости, возвращалось к повседневным заботам. Несколько женщин отправились к ручью на поляне, у дерева – набрать воды. Обитатели крон засновали вверх-вниз по лестницам. Ближе к обеду на древесных верандах зажглись каменные печурки. У входа одной из хижин старая индианка принялась наигрывать на флейте из кости оленя. Мелодия бодрила, одновременно напоминая охотничий призыв. Поблизости пропили двое мужчин, вооруженных луками, и по-будничному поприветствовали Ната. Непринужденность в их обращении навела его на мысль, что племени, несмотря на всю свою обособленность, уже доводилось жить бок о бок с белыми людьми. Быть может, с теми, кто уцелел в предыдущей экспедиции.

Нат подошел к хижине и снова наткнулся на отцовскую трость у двери. Чем больше он разглядывал ее, тем незначительнее казался ему остальной мир с его тайнами. Лишь один вопрос продолжал бередить его душу: что на самом деле стало с отцом?

Оглянувшись напоследок на их временное древесное пристанище, Нат шмыгнул под плетеную дверь хижины. Ему в нос опять ударил затхлый запах гробницы. Компьютер по-прежнему лежал включенным, каким его и оставили. Его свет горел маяком в полутьме.

Приблизившись, Нат увидел снующие по экрану квадратики заставки-скринсэйвера. На глаза навернулись слезы. Это были фотографии его матери – еще одна тень прошлого. Он смотрел на ее улыбающееся лицо. На одном снимке она сидела на корточках рядом с индейским малышом. На другом стояла с обезьяной-капуцином на плече. На третьем обнимала белого мальчугана в костюме индейцев банива – своего сына. Нату тогда было шесть. Он улыбнулся воспоминаниям. Сердце захолонуло. И хотя отца на фотографиях не было, Нат ощущал его присутствие, словно его призрак стоял за спиной, глядя туда же, куда глядит он. На мгновение Натан ощутил такую тесную близость с родителями, какой не знал уже много лет.

Только через некоторое время он потянулся за «мышью». Заставка исчезла, сменившись однотонным экраном, на котором рядами выстроились иконки файлов и программ. Нат проглядел названия папок: «Растительная классификация», «Обычаи разных племен», «Клеточные данные»… Целое море информации. Понадобился бы не день и не два, чтобы всю ее просмотреть.

Тут ему на глаза попался один файл, обозначенный книжечкой с подписью «Журнал».