Амазония - Джеймс Роллинс

Индеец подошел к входу, оглянулся на путешественников и прошел внутрь, не позвав за собой ни словом, ни жестом.

– Я пойду первым, – сказал Костос.

Рейнджер поспешил вперед, в то время как остальные замедлили шаг. Под дулом винтовки десантника был примотан фонарик – он давал ровный свет и позволял быстро прицелиться. Костос ринулся в сторону зияющей трещины, глубоко вздохнул и заглянул за угол, чтобы осветить ее изнутри. Несколько секунд он стоял неподвижно, затем, не высовываясь, помахал рукой.

– Здесь боковой коридор! С подъемом.

Группа поспешила к рейнджеру. Нат протиснулся в расщелину. Эта скальная трещина, как и первая, тянулась до самого неба, пропуская звездный свет. Дорога довольно круто шла вверх. Кое-где в скале, как оказалось, были вырублены грубые ступени.

Профессор Коуве привлек к ним внимание остальных.

– Похоже, там лежит еще один каньон или долина.

С ним поравнялась Анна Фонг.

– А может, это петля того же каньона, а здесь – путь к верхним ярусам?

Вдалеке проводник-одиночка взбирался по каменным ступеням, как будто не заботясь о том, идет кто-нибудь следом или нет. Однако не все проявляли равнодушие к путникам. Ягуары подбирались все ближе, рыча и поскуливая.

– По-моему, пора что-то решать, – произнесла Каррера.

Костос хмуро оглядел высокие стены, ограждающие корявую лестницу.

– Там может быть западня или засада.

Зейн шагнул в сторону прохода.

– Мы уже в западне, сержант. Лично я предпочитаю испытать неизвестное, чем возвращаться туда, откуда пришел.

Спорить никто не стал. Память о гибели Воржека и Ваксмана была еще слишком свежа и болезненна. Костос протиснулся перед Зейном.

– Вперед. Держите ухо востро.

Расселина была достаточно широка, чтобы Нат и Манни могли пройти бок о бок, с носилками в руках. Так было легче взбираться по высоким ступенькам, но все же подъем вымотал их. Олин спустился к Нату:

– Кого-нибудь сменить?

Манни скорчил мину.

– Я еще продержусь.

Нат тоже дал знать, что отказывается.

Начался долгий подъем. Вскоре Манни и Нат отбились от основной группы и тащились в хвосте. Келли держалась рядом с ними. Тревога не покидала ее лица. Каррера замыкала ряды. От усталости у Ната ныли колени и сводило плечи, но он продолжал идти.

– Тут уже недалеко, – сказал он вслух – больше себе, чем кому-либо.

– Очень на это надеюсь, – отозвалась Келли.

– Он сильный, справится, – сказал Манни, кивая на Фрэнка.

– Силы когда-нибудь да кончаются, – ответила Келли.

– Он выдюжит, – заверил ее Нат. – Счастливая кепка все еще на нем, верно?

Келли вздохнула.

– Он с ней не расстается. Знаете, дома Фрэнк играл в клубе. Стал почти профессионалом. – Она понизила голос до напряженного шепота. – Отец так гордился… Мы все гордились. Поговаривали даже, что Фрэнк выйдет в высшую лигу. Потом он неудачно съехал на лыжах и свернул колено. На том весь бейсбол и закончился.

Манни удивленно хрюкнул:

– Вот вам и счастливая кепка.

Келли печально улыбнулась и провела по козырьку:

– Да, но три сезона он отыграл и был счастлив. Даже после аварии Фрэнк не стал горевать. Говорил, что чувствует себя счастливейшим человеком в мире.

Нат посмотрел на бейсболку, завидуя Фрэнку в его момент славы. Была ли жизнь так проста для него? Может, эта кепка и впрямь приносит удачу… Потому, что сейчас удача требовалась им как никогда раньше.

Каррера развеяла ностальгическую атмосферу.

– Ягуары… Они больше не преследуют нас.

Нат оглянулся на спуск. Одна из кошек-гигантов стояла у входа – самка-вожак. Потом она попятилась и пошла вниз. Тор-Тор неотрывно смотрел на нее сияющим взглядом. Секунду они глядели друг на друга, а потом, в темном вихре, самка унеслась в джунгли.

– Видимо, долина на берегу – это убежище стаи, очередная защитная полоса.

– Но что она защищает? – спросила Каррера.

Издалека послышался зов. Кричал Костос. Он встал в десяти ступенях от края расщелины и замахал остальным.

Пока все собирались, на востоке занялся рассвет. За ступенчатым ходом открывалась долина, плотно покрытая зеленью, в том числе деревьями-великанами. Где-то рядом бодро журчала речушка, а вдалеке слышался шум водопада.

– Земля бан-али, – произнес профессор Коуве.

К Манни и Нату подошел Олин и протянул руку к носилкам.

– Теперь наша очередь.

Нат удивился, увидев в паре с русским Ричарда Зейна, но возражать не стал. Они передали сменщикам носилки. Сбыв ношу с рук, Нат почувствовал, будто стал футов на сто легче и что его руки вот-вот взлетят в воздух. Они с Манни поднялись к Костосу.

– Индеец испарился, – проворчал сержант.

Нат посмотрел – того и впрямь нигде не было.

– Да и ладно, мы ведь знаем, куда идти.

– Надо дождаться, пока солнце не встанет как следует, – сказал Костос.

Манни нахмурился.

– Бан-али следили за нами с первого дня в джунглях, днем и ночью. Так что взошло солнце или нет, мы все равно ни души не увидим, пока им не заблагорассудится.

– Кроме того, – добавил Нат, – с нами раненый. Чем раньше мы доберемся до деревни, тем больше у него шансов выжить. Предлагаю двигаться дальше.

Костос, вздохнув, согласился.

– Так и быть, только будем держаться все вместе.

Сержант приосанился и повел группу вперед.

С каждым шагом новый день разгорался все ярче. В Амазонии светает подчас моментально. Звезды над головой потонули в розовых разливах зари. Безоблачное небо предвещало очередной жаркий день.

Отряд замер на пороге расселины. Впереди в джунгли спускалась тонкая тропка, но куда она вела? Признаков жилья странники не заметили – ни дыма костров, ни людского гомона.

Прежде чем отправиться вниз, Костос достал бинокль и осмотрел долину.

– Проклятье, – пробормотал он.

– В чем дело? – спросил Зейн.

– Этот каньон – всего-навсего продолжение того, где мы были. – Он указал вправо. – Похоже только, что этот на другом уровне и отделен скальным уступом.

Нат посмотрел в свой бинокль, следуя жесту сержанта. За зеленой стеной он смог разобрать лишь русло речушки, стекающей посередине каньона. Он проследил ее путь до того места, где она исчезала, падая с крутого обрыва в нижнюю часть каньона – ту самую, через которую они шли ночь напролет, вотчину гигантских ягуаров.