Таинственный двойник - Юрий Торубаров

Он вернулся на свое место, так и не сказав, что хотел. Герен, набравшись смелости, спросил:

– Сир, мне думается, что не за этим историческим воспоминанием вы меня пригласили.

Король рассмеялся.

– Конечно!

Но вдруг он опять стал серьезным.

– Они объявляют нам тайную войну.

Герен заерзал на месте.

– Войну?

– Да, войну. Они пытаются перехватить у меня Тулузу.

Епископ даже привстал:

– Вот как! В чем выражаются их действия?

Король опять поднялся, просунул ноги поглубже в тапочки. Поднялся и Герен, но Людовик приказал ему сидеть.

– Они знают все о наших действиях, а мы о них – ничего. Они, оказывается где-то разыскали старшего сына почившего графа с целью… для тебя понятной. – Людовик посмотрел на епископа.

– Да, сир, чтобы потом потребовать, в знак благодарности, сие сенешальство. А если он заупрямится? – спросил Герен.

Король взял лежавший сверху лист, посмотрел его и вернул на место:

– Есть много способов его заставить, вплоть до подделки и сердечного приступа.

Герен согласно кивнул головой. Король почему-то посмотрел на дверь. Она была плотно закрыта. Потом, повернувшись к епископу, сказал:

– Да. Потом судись с ними. Так вот, чтобы этого не случилось, Герен, мне нужен человек, который бы имел возможность информировать нас об их намерениях. Вы не можете помочь?

Герен задумался.

– А что если через папу? Они имеют с ним, насколько мне известно, тесные связи.

Король поправил упавшие на глаза волосы:

– Вы знаете, честно сказать, я папам не очень верю.

Герен понял его. Папа Иннокентий IV когда-то выдал королевские планы похода в Африку, за что король жестоко поплатился.

– Есть у них граф Боже, правая рука магистра. Но за последнее время он теряет доверие Жака де Молэ. И стал посматривать в сторону Жоффруа де Шарнэ.

– Что можно, Герен…

– Я понимаю.

– Вы слышали, что готовится свадьба Альфона и Констанции? – спросил король.

– Да, слышал.

– Не удивились?

– Нет. Ваш ход даже одобряю. Хитрец вы, сир!

По лицу короля было видно, что он доволен такой оценкой.

– И еще. Как я говорил, жив старший сын графа Тулузского, но мы сыграем свадьбу скорее, чем он объявится, – продолжил король.

– А что с завещанием? – спросил Герен.

– По-моему, его нет, – ответил король.

– Такого не может быть!

– Оказывается, может. Оно исчезло!

– Все ясно. Постаралась для родного сына. Господи! Сколько на свете грехов!

В глаза епископу внезапно ударил солнечный зайчик. Герен прикрыл глаза рукой и посмотрел, кто с ним играет в детскую игру. Оказывается, начищенный настенный канделябр, заигрывая с проснувшимся светилом, пославшим ему свое первое утреннее приветствие, передал его Герену. Он улыбнулся.

– Что с вами? – удивился король внезапному изменению выражению лица собеседника.

Герен глазами показал на канделябр, и сир получил свою порцию. Он понял епископа и тоже улыбнулся. Потом с горечью произнес:

– Счастлив тот, кто познал детство.

Герен понял короля.

Они какое-то время помолчали, каждый думая о чем-то своем. Нарушил молчание король:

– Герен, а что, если мы попросим папу, чтобы он обязал тамплиеров принять участие в предстоящем походе на север Африки?

Герену стала ясна его цель. Отобрав у них кусок в объеме Тулузы, он бросает им живца, чтобы смирить их раздражение.

– Думаю, сир, мысль правильная. Я встречусь с папой.