Невенчанная жена Владимира Святого - Наталья Павлищева

Владимир позвал всех троих к себе в ложницу, а не в трапезную, где обычно вел беседы. Он явно взволнован, лицо уставшее, под глазами мешки. Не спал или недужен?

– Пришло время, сыновья, на себя землю Русскую брать! – Князь начал сразу без обиняков. Княжичи замерли от таких слов. Что значит «землю брать»? – Из Турова пришло нежданное известие. Умер князь Туры. Город без правителя остался. – Владимир подождал, пока в головах сыновей уложится это сообщение. Было видно, что Святополк и Ярослав успели сообразить быстро, а вот Всеволод крутил головой, оглядываясь на братьев, еще не понял, что это значит. Князь продолжил уже скорее для двух старших, чем для него:

– В Туров поедешь ты, Святополк! Князем поедешь, не посадником. Под себя дреговичей возьмешь. Рядом на Волыни сядет Всеволод, он моложе, но и волыняне спокойней. А ты, Ярослав, отправишься в… ростовские земли.

Мгновенная остановка была нужна, чтобы сын отвлекся от первого сообщения. Замерли все трое, каждый думал о своем. Святополк и рад и обеспокоен. Туров сильный град, князь твердо держал свои земли, и не так далеко от Киева, но рядом Гнезно, как бы рать без конца не пришлось держать. Болеслав с Туры не связывался, как со Святополком станет себя вести? Всеволод понял только одно – он теперь князь в червенских землях! Больше других нахмурился Ярослав, и недаром. Ростовская земля далеко, очень далеко. Раньше под Новгородом стояла, но после того, как Добрыня Новгород крестил, Ростову волю дали. Там княжий посадник, да только слышно, что пьянствует и ничего не делает. Но Ростов дань шлет без обмана, зачем Владимиру там князь понадобился? Не иначе, чтоб только убрать самого Ярослава с глаз подальше… Сердце княжича захлестнула обида, мать в монастыре, Изяслав далече, Всеволода в один конец отправляет, его в другой. Скоро Предслава заневестится, тоже отдадут куда-нибудь, вот и разбросаны все Рогнедичи, точно горох по амбару…

Но вслух спросил другое:

– Отпустишь ли Блуда со мной?

Владимир кивнул:

– Ежели сам поедет.

Ярослав подумал, что обязательно поедет, только бы с глаз долой от княгини Анны, которую страшно не любит и которая отвечает ему тем же.

Больше обсуждать нечего, но князь велел Святополку задержаться. Ярослав уходил, оглядываясь на брата. Что еще отец может ему сказать, кроме того, что отправляет от себя?

Оказалось, может. Владимир кивнул сыну, чтоб вернулся на лавку, сам прошелся по ложнице, видно, не зная, как начать следующую часть разговора. Не зря он не спал до самого утра, многое передумал.

– Святополк, – князь никогда не называл его сыном, только по имени, – я понимаю, что Туров далеко и в беспокойных землях. Почти рядом Гнезно, да и ятвяги неспокойны. Чтоб ляхов замирить, надобно вот что сделать… Сосватаем тебе дочь Болеслава Марысю. Говорят, девка красивая да неглупая, достойная княгиня будет. И тебе уж жениться пора…

Святополк хотел возразить по поводу «жениться», рано еще, но подумал, что так даже будет лучше, и промолчал. Князь вгляделся в лицо пасынка: что он там себе решил?

– Ну, что ответишь?

– Будь твоя воля, князь. Я готов.

– Вот и хорошо, вот и ладно, – почти обрадовался Владимир, хотя прекрасно понимал, что другого ответа и быть не должно. Как может возразить Святополк? Да и зачем, князь придумал очень верный выход для всех. Туровские земли для Святополка неплохи, а женитьба на гнезненской княжне тоже заманчива. – Сегодня же шлем сватов к Болеславу, чтоб кто не опередил, – усмехнулся князь.

Ярослав не ушел из терема, ждал брата.

– Ну что?

Тот только плечом повел:

– Женит меня на гнезненской княжне, чтоб с Болеславом замириться.

Княжич кивнул:

– И то дело! И тебе сидеть спокойней будет. Да говорят, Марыся хороша собой.

Святополк глянул на рассудительного брата – вот у кого поучиться выдержке! Самого в дальние земли отсылают, вернется ли? А он и бровью не повел, точно заранее все знал.

Святополк ошибался, Ярослав очень переживал из-за решения отца, внутри все горело от обиды, да только к чему ее другим показывать? Оставалось спросить Блуда, пойдет ли с ним воеводой?

Верный Блуд согласился. Ростов, конечно, не Киев и даже не Новгород, но и там люди живут. А если живут, значит, ими должен кто-то править. Уж лучше князем в Ростов, чем посадником куда-нибудь в тот же Псков.

Ярослав не задал один важный вопрос: когда ехать? Его задал Блуд. Оказалось, скоро. Во всяком случае, Святополку, а значит, и остальным. Ярослав заторопился к матери, теперь они будут далеко, очень далеко.

В монастыре тихо, все заняты своими делами, кто по хозяйству, а кто рукоделием занимается, вышивка монахинь приносит немалый доход. Рогнеда вышивает, ее работы одни из лучших, потому Ярослав даже не сомневался, где найти мать. Но ошибся, бывшая княгиня сгребала навоз! Подняв голову от лопаты, которой ловко орудовала, она радостно улыбнулась сыну:

– Ярослав!

Радость в глазах матери была неподдельной. Хотя и виделись не так редко, все равно ждала его прихода. Внимательно оглядела, для матери и взрослый сын все равно ребенок, убедилась, что опрятен, что здоров, и только после этого принялась расспрашивать про дела. Сын вздохнул:

– Печальная весть. Умер князь Туры…

Рогнеда осенила себя крестом:

– Упокой, Господи, его душу.

Ярослав тоже перекрестился, но напомнил, что Туры не был крещен.

– Ничего, Бог един, потому за всех молиться надо.

Сын видел, что Рогнеда сразу задумалась о том, как там Изяслав, поспешил успокоить:

– Изяслава отец ставит над Полоцком, а в Туров сажает Святополка.

Мать вскинулась, глаза заблестели. Изяслав становится полоцким князем? Случилось то, о чем она мечтала? И почти сразу в глаза вернулось беспокойство: старший с уделом, а сам Ярослав как? Тот улыбнулся, словно материнские мысли читал на ее лице.

– Всеволод поедет в червенские земли, новый град там будет – Владимир на Волыни.

– А… ты? – Рогнеда внимательно всмотрелась в лицо сына. Раз о себе не говорит, значит, что-то не так.

– Я в Ростов князем. С Блудом.

– Куда?! – ахнула мать. Ростов так далеко, это не Туров и не Полоцк, там медвежий угол! Это не просто выделение своих земель, это ссылка, и более жестокая, чем для нее с Изяславом.

Ярослав накрыл ее руку своей ладонью:

– Я уже вырос, мама. Не бойся за меня. Возьму под себя далекие земли, наведу порядок, все устрою, как надо. Блуд поможет.

Рогнеда сокрушенно зашептала:

– Я ведь сама просила князя дать удел подальше от Киева, как подрастешь…

Сын согласился:

– И то верно, чем дальше от этой… мачехи, тем спокойней!