Наследник поручика гвардии - Юрий Шестера

Потерпев поражение в Крымской войне, правительство Российской империи тем не менее вовсе не собиралось отказываться от своих стратегических планов на Балканах и Ближнем Востоке.

А внешнеполитическая обстановка в начале семидесятых годов сложилась для России весьма благоприятно. Франция была разгромлена Пруссией. Англия, оставшаяся без союзника, не рисковала снова выступить в защиту Турции. Русская дипломатия обеспечила и нейтралитет со стороны Пруссии, объединившей под руководством канцлера Бисмарка после Франко-прусской войны многочисленные княжества в единое германское государство.

Таким образом, на Балканах и Ближнем Востоке руки у России оказались развязаны, и хотя она к новой войне с Турцией не была еще полностью готова, обстоятельства заставили ее начать эту войну. А ближайшим поводом к ней послужили события в балканских странах, находившихся еще с XV века под владычеством Турции.

Летом 1875 года произошло восстание христианского населения против турецкого гнета сначала в Герцеговине, а затем и в Боснии. Идея национального объединения всего южного славянства под главенством России пропагандировалась уже давно. Именно поэтому в России восставшие встретили живой отклик, со стороны Сербии и Черногории также горячее сочувствие и обещание вооруженной поддержки.

Борьба на Балканах разгоралась. В мае 1876 года восстание вспыхнуло и в Болгарии, где тайный национальный комитет объявил о том, что пробил час освобождения болгар от ненавистного турецкого ига. Турецкие войска крайне жестоко подавили восстание. В одном только Филиппопольском округе в течение нескольких дней было вырезано двенадцать тысяч человек.

Резня в Болгарии произвела потрясающее впечатление на общественность Европы и России, и русская дипломатия этим умело воспользовалась. Война России во главе славянских народов против турок казалась неизбежной. Однако канцлеры трех империй — Горчаков (Россия), Бисмарк (Германия) и Андраши (Австро-Венгрия), собравшись в Берлине, разработали так называемый «Берлинский меморандум», по которому от Турции требовалось проведение реформ в пользу христианского населения балканских стран. Если бы Турция согласилась на них, она превратилась бы в объект международного контроля, в котором России принадлежала руководящая роль.

Англия и на этот раз встала на путь дипломатической поддержки Турции, проявив тем самым всю остроту противоречий между Англией и Россией на Балканах и Ближнем Востоке. В России тем не менее хорошо понимали, что Англия на стороне Турции не выступит, но помогать ей станет всеми возможными средствами.

Вступление России в войну с Турцией было ускорено разгромом в феврале 1877 года турецкими войсками Сербии, которая в июне 1876 года выступила совместно с Черногорией против турецкого господства. Тогда, заручившись нейтралитетом Австрии и получив согласие Румынии на проход русских войск через ее территорию, Россия совместно с другими европейскими державами предложила Турции начать демобилизацию и осуществить разработанный русской дипломатией проект автономного устройства Боснии, Герцеговины и Болгарии.

Турция ответила отказом. И 12 апреля 1877 года император Александр II подписал манифест об объявлении ей войны.

* * *

Макаров приказал «свистать всех наверх». Став перед строем, он обвел шеренги матросов во главе с офицерами долгим взглядом.

— Война объявлена, — заметно волнуясь, произнес он. — Мы идем топить турок! Знайте и помните, что наш пароход есть самый сильный миноносец в мире и что одной нашей мины достаточно, чтобы утопить самый сильный броненосец. Клянусь честью, что я, не задумываясь, пойду в бой с целой турецкой эскадрой и что дешево нашу жизнь не отдам!

Раздалось такое «ура!», какого, по собственному признанию Макарова, ему не приходилось более слышать…