Проклятие тамплиеров (сборник) - Михаил Попов

Филипп обернулся.

Перед ним было чудовище.

Именно так следовало назвать улыбающегося Лако, застывшего в дверях на фоне снежной равнины. Ладонями он опирался на дверные косяки и, несмотря на то, что был мал ростом, в фигуре его чувствовалась огромная, просто нечеловеческая сила.

– Кто ты?

Лако засмеялся, неприятно зашевелились волосы у него в ноздрях.

– Я твой господин.

Заявление это было столь безумно, что король даже не стал возмущаться и возражать. Лако сказал:

– Ты не возражаешь, но думаю, ты не все понял. Я объясню тебе.

Слуга Армана Ги вошел внутрь комнаты. Филипп с трудом переборол желание сделать шаг назад. Он только крепче сжал ручку зеркала.

– Разговор будет не слишком долгим.

– Какой разговор? – пробормотал Филипп. Он хотел сказать какие-то другие слова, но не знал, какие именно здесь нужны.

Уродец подошел почти вплотную, давая возможность рассмотреть себя во всем своем отвратительном своеобразии.

– Я хочу поздравить тебя, Филипп Капетинг.

– Поздравить?

– Да.

– С чем?

Лако сделался вдруг предельно серьезен.

– С вступлением в орден рыцарей Храма Соломонова. Твоя просьба удовлетворена.

– Моя просьба?!

– Ты ведь дважды обращался к Жаку де Молэ, прося принять тебя в ряды рыцарей этого достославного и таинственного ордена. Правда, он дважды отказывал тебе.

Это было верно, и Филипп Красивый промолчал.

– Теперь благодаря тебе Жак де Молэ мертв. Препятствие устранено. И в благодарность за все, что ты сделал для нашего бессмертного Ордена, нынешний его капитул пошел на нарушение Устава и решил все-таки оказать тебе эту честь.

В голове короля все путалось, речь уродца казалась ему бессвязной. За что его, Филиппа, хотят принять в Орден? В благодарность за то, что он Орден разгромил?

– Впрочем, немалую роль в этом деле сыграло и мое настоятельное ходатайство.

– Кто ты такой? – прохрипел король.

– Я уже сказал, твой господин. Недавно я прошел последнее испытание и стал полноправным членом ордена тамплиеров. А в него принято вступать со своим оруженосцем.

Филипп мрачно усмехнулся.

– Не хочешь ли ты сказать…

– Да, – спокойно ответил Лако, – можешь поблагодарить меня и даже поцеловать руку. Я убедил членов капитула, что из тебя получится хороший оруженосец.

Усмешка короля из мрачной стала недоверчивой и немного безумной.

– Но орден тамплиеров уничтожен мною.

– Да, ты потрудился очень хорошо и верховный капитул бессмертного Ордена тебе воистину благодарен. То, что ты сделал, все равно пришлось бы производить. Каждое преображение Ордена – это большое, трудное, иногда противоречивое и всегда очень громоздкое дело. Мы ценим хороших помощников.

Крышка ларца, стоявшего на столе, самопроизвольно захлопнулась.

Филипп вздрогнул.

Лако продолжал говорить:

– Но вместе с тем я не хотел бы, чтобы ты подумал, будто оказал Ордену услуги чрезвычайные и чрезмерные. Мы вообще несколько недолюбливаем палачей.

– Я палач?!

– Конечно, палач. Если не сказать, топор. И моим увещеваниям вняли не в малой степени и потому, что я напомнил господам управителям о твоих усилиях на благо Ордена во времена, предшествовавшие Третьему крестовому походу.

Филипп почувствовал, что сознание его готово помутиться.

Лако удивленно поднял брови.

– Да что с тобой? Не бойся, ты не сошел с ума.