Все приключения Электроника - Евгений Велтистов

– Теперь дело за Рэсси.

– Что ты ему сказал? – нетерпеливо спросил Сыроежкин.

– Все в порядке. Мы договорились.

– Так быстро? О чем?… Пожалуйста, расскажи!

– Я просвистел ему… – медленно начал Дон. – Ты, Сергей, этого не поймешь: надо знать моего Бочку, чтоб угадать все оттенки его интонации. Свист дельфина с трудом укладывается в человеческие слова, и ты, выслушав меня, чего доброго, можешь подумать, что Бочка – свойский парень, чуть ли не твой одноклассник, только в дельфиньей шкуре. Это не так… Я рискну переложить наш свист в обычные слова, но ты помни, что я неопытный переводчик. Вот разговор.

«Бочка, твой брат в опасности», – просвистел я энергично, чтоб он уловил всю важность просьбы.

Он сразу свистнул призыв своему брату и тут же атаковал меня сигналами:

«Я ничего не слышу. Брат не отзывается. Кто в опасности? Что с ним?»

«Он тебя не услышит, – ответил я, – он очень далеко, может, за тысячи миль. Но ему надо срочно помочь».

«Я всегда готов мчаться навстречу опасности, когда приходит беда и надо выручить брата. (Белобочка азартен, как любой дельфин, и, кроме того, очень смел.) Кто он – афалина, гринда или мой соплеменник, белобочка? – страстно откликнулся Бочка. – Отвечай! Только свисти быстрее. Не теряй времени».

«Это кит, – просвистел я так быстро, как только мог. – Синий кит, самый большой и сильный из всех китов. Люди зовут его Нектон. Наверное, ты слышал о нем…»

«А– а, кит… Я видел однажды этого громадного Нектона. Он всегда одинок…»

"Да, он кит, твой брат по крови. Ему надо помочь,

Бочка…"

«Ты опять тратишь драгоценные секунды. Человек, как всегда, очень неповоротлив и многословен. Я знаю, кто такой кит, знаю и Нектона. Что с Нектоном?»

"Его хотят загарпунить. Плывет подводный корабль

«Тунец», ищет Нектона и когда найдет, то всадит в его голову гарпун".

«Гарпун? Я видел однажды гарпун – это страшно. Но гарпун для громадины кита – все равно что для меня камешек».

«Ты прав. Нектон даже не почувствует удара гарпуна. Но когда тот застрянет в его облепленной ракушками коже. Нектон перестанет быть Нектоном. Он сразу потеряет свободу и послушно поплывет к берегу. Там его поместят в бассейн, и Нектон начнет задыхаться».

«Я плыву. Я предупрежу Нектона».

«Погоди, Белобочка. Ты, как всегда, отважен и нетерпелив. Подумай немного, как ты предупредишь Нектона: это – кит, он не станет слушать дельфина, просто тебя не заметит».

«Я слушаю тебя внимательно, Дон».

«С тобой поплывет морская собака Рэсси. Вон она бегает на берегу вместе с моей дворнягой».

«Эта покрытая шерстью, неуклюжая, медлительная малявка? Да она сразу же пойдет ко дну, и я буду ее спасать».

«Не волнуйся, Рэсси плавает не хуже тебя. Он знает язык китов».

«Тогда немедленно в путь».

«Не торопись, Белобочка. Только что ты назвал Рэсси медлительной малявкой и тут же готов плыть с ним на край света. Познакомься, пожалуйста, с Рэсси, поиграй, посмотри, на что он способен, привыкни хотя бы к нему. Трудный путь могут проделать только товарищи – ты знаешь».

«Где он, этот лохматый Рэсси? Может, он подкинет мне носом мяч? Или пустится со мной наперегонки? Или поймает мне рыбу?»

– Вот приблизительно весь наш разговор, – закончил серьезно Дон. – Он был, конечно, не таким многословным, длился минуту или две. Но я специально рассказал с подробностями, чтоб ты, хозяин Рэсси, знал, с кем ему придется искать Нектона. – И морской смотритель испытующе взглянул на хозяина Рэсси.

Восьмиклассник поскреб пальцами затылок. Вот это задача! А он всего-навсего прочел Рэсси формулы…

– Ко мне, Рэсси, – тихо позвал Сыроежкин, и пес одним прыжком оказался у его ног.

Встав на колени, обняв ладонями голову друга, Сергей стал объяснять, кто такой Белобочка. Он говорил, говорил, но в душе своей не надеялся на силу медлительных человеческих слов. В конце концов достал из кармана листок и еще раз прочитал вслух важные формулы задания.

– Это все, – хрипло сказал Сыроежкин, вставая на затекшие ноги. – Иди познакомься с Белобочкой. Вперед, Рэсси!

Рэсси на глазах изумленного Сыроежкина вдруг начал толстеть, будто надуваемый изнутри воздухом; голова и плечи слились в единый шар; хвост завибрировал, распустился веером, превратившись в руль или движитель. Неуклюже переваливаясь на кривых лапах, Рэсси, похожий на игрушечного кита, пошел к воде и ловко поплыл, рассекая носом волну, оставляя за собой пенистый след, – маленькой черной торпедой ринулся наперерез дельфину. Сыроежкин с облегчением вздохнул.

Дон залез на камень, прищурился, изучая скорость пловца.

Они встретились на середине залива – Белобочка и

Рэсси – и некоторое время плыли рядом. Потом дельфин продемонстрировал свои обычные грандиозные прыжки, и Рэсси, как камешек, отскакивающий рикошетом, подпрыгнул над водой, правда не столь ловко и умело, как соперник. Дельфин, зарыв голову в волны, показав серебристый серп спины, поплыл в открытое море. Рэсси последовал за ним. Пловцы скрылись в волнах.

– Молодец, Рэсси! – крикнул Дон.

– Ай да Бочка! – подхватил Сергей.

Дрессировщики торжественно пожали друг другу руки.

А Малыш с лаем носился по песку, почему-то не решаясь влезть в теплую воду, хотя еще недавно поднялся со дна морского.

Когда пловцы вернулись, каждый из них держал в пасти пойманную рыбину.

Проглотив добычу, Белобочка поддел мордой товарища, подкинул его в воздухе. И Рэсси, бросив свою добычу, которую Белобочка немедленно съел, маленький Рэсси, ловко нырнув, к изумлению дрессировщиков, перевернул толстого жирного Бочку. Дельфин, махнув хвостом, тотчас высунул из воды улыбающуюся морду и довольно фыркнул. Его темные пуговичные глаза, казалось, говорили Сыроежкину: «Я все понимаю и беру назад свой свист о медлительности Рэсси. Но почему этот ловкач, этот артист отказывается от вкусной рыбы, которую поймал?…»

Торжествовал главный закон дельфиньей жизни, который подметил еще древний философ Плутарх: «Дельфины – единственные существа, нашедшие великий философский принцип: дружба не за вознаграждение».

Сережка и Дон были довольны, что их питомцы подружились. Но что ожидало пловцов – акулы, штормы, может быть, даже кругосветное путешествие – разве угадаешь?… Наступила грустная минута прощания.

– Счастливо, Белобочка! – сказал Дон и свистнул в неслышный свисток.

– До свидания, Рэсси! – крикнул Сергей.

Вместе с Доном он взобрался на большой камень и с него наблюдал, как удалялись два пловца. Вот уже искристый след стал расплывчатым, исчез в блеске моря. Море было огромно. Оно сливалось с океаном, и где-то в этом беспредельном просторе плавал Нектон. Его надо было отыскать, как одинокого космонавта в звездной галактике.