За тихой и темной рекой - Станислав Рем

Илья Иванович сцепил пальцы в замок, несколько секунд помолчал и ответил:

— Думаю, на этот раз мы имеем дело с изменой. Схема точна. На ней даже указан артиллерийский полк, определенный на довольствие в апреле сего года. О точном его месторасположении в черте города даже мы до сих пор не ведали. Информатор явно в Благовещенске. Информировал японцев не просто житель города, а личность, имеющая доступ в расположение воинских частей.

— Иначе говоря, кто-то из военных, либо из полицейского департамента?

— Либо из штата самого генерал-губернатора, — уточнил полковник. — Вот сие, Олег Владимирович, и следует выяснить. — Павлов поднялся и сразу стал выше Белого на полголовы. — Времени мало. Необходимые документы, которые вам помогут в будущем, уже лежат на вашем столе. Анкетные данные, характеристики, справки… Ознакомьтесь, составьте реестр необходимых расходов, официальную версию вашего появления в Благовещенске. Убедительную и аргументированную для вхождения во все городские структуры.

— Так точно!

— Пограничный комиссар Амурской области — Виктор Николаевич Хрулёв. Ему можете полностью доверять. Хрулёв первым сообщил об активности на китайской стороне и ещё зимой, в декабре, потребовал усиления приамурских застав и пограничных сёл. К тому же за него ручается сам Янжул.

Полина Кирилловна заперлась в своей комнате и, не сдерживая более слёзы, упала на кровать, уткнувшись лицом в подушку. Приезжий молодой человек полностью овладел её сердцем. Нет, он разбил его! Как он мог, даже не посмотрев в её сторону, пойти с этой… Полина Кирилловна в гневе не могла подобрать слово, которое могло бы достойно охарактеризовать дочь губернатора.

— Господи! — стонала красавица, — У неё, у этой дворянской вертихвостки, столько ухажёров, кавалеров, поклонников! Ну зачем он ей? Единственный, кого я полюбила всей душой? И разве губернаторская дочка принесёт ему счастье? Ведь она-то его не любит! Он для неё только игрушка. Побалуется и бросит. Сколько у Баленской было таких дурачков? А Белый то хорош! Распушил хвост, будто павлин: «С превеликим удовольствием!»… Да знал бы он… Ведь не первый и не последний он в её «светских играх».

Дверь тихонько приоткрылась, и на девичью кровать грузно присел Кирилла Игнатьевич.

— Успокойся. Ничего страшного. Ну, постреляли. Попугали. И всё. Мы же Мичурины. Нас просто так не запугать! Для этого ого-го что придумать нужно! — рука легонько погладила девичью головку, от чего Полина Кирилловна встрепенулась и кинулась на грудь отца.

Ох, знал бы батюшка, от чего эти горькие слёзы!

— Значит, вы утверждаете, — губернатор прервал паузу, — что в городе появился предатель и он служит японской разведке?

— Вполне возможно, этот человек контактирует с китайцами, а те передают его сведения в Токио, о чём информатор, может и не догадываться.

— И у вас есть веские аргументы?

— Да. Сегодняшние события. Простите, Алексей Дмитриевич, помимо Арки, какие ещё объекты обстреляны?

Губернатор кивнул Киселёву, и тот, взяв карандаш, подошёл к подробной схеме города.

— Артиллерийский обстрел вели по двум направлениям. Арка, — карандаш скользнул вдоль нарисованного берега Амура, — и район городского парка общества туристов. Причём основной удар пришёлся по северной части парковой зоны и по восточной.

— Там, где находятся артиллерийские расчёты, — добавил Олег Владимирович. — Вот, господа, и аргументы. Сегодня ночью следует переместить огневые точки.

— Это решено, — подтвердил Баленский. — Вот только куда?

— Пограничный комиссар Хрулёв, — тут же ответил Белый, — имел некоторые намётки.

— Точнее, план, — генерал-губернатор кивнул. — Меня он поверхностно знакомил. Кстати, в Хабаровск он ездил, дабы сей план обороны утвердить.

— Кстати, а почему бы нам его не пригласить? — Белый посмотрел на Киселёва. — Хрулев вернулся?

— К сожалению, Виктор Николаевич убит. Вчера на «Селенге». Во время возвращения из Хабаровска. — Киселев перекрестился. — Убит одним пассажиром, которого утопили в Бурхановке несколько позже.

— Кто?

— Учитель мужской гимназии Сухоруков.

— Странно, — Белый задумчиво потёр подбородок. — Какое отношение имел учитель к схеме города?

— Странно другое, — добавил сомнений Владимир Сергеевич. — Сухоруков и Хрулёв никогда ранее не общались. Даже знакомы не были. И тем не менее учитель заранее готовился к убийству.

Полицмейстер пересказал события, произошедшие на «Селенге».

— Жаль, — Олег Владимирович помолчал. — Толковый был офицер. Он возмущался тем, что власти вытребовали ваши воинские части на Харбинский прорыв, фактически оголив Благовещенск. А потому мне он показал схему дислокации орудий городских укреплений, что была утверждена в Хабаровске. Ее Виктор Николаевич должен был привезти пароходом. Значит, схему не нашли?

— Нет, — ответил полицмейстер. — Как и саквояж.

— События начинают обретать ускорение, — заметил Белый. — Пора активизироваться и нам. С этого момента следует поменять тактику.

— У вас имеются предположения, кто бы это мог быть? Я имею в виду предателя? — спросил Алексей Дмитриевич.

— Никак нет, ваше высокопревосходительство. К сожалению, времени было крайне мало для подробного анализа обстановки. Но, думаю, в данной ситуации изменник будет вскоре найден.

— Каким образом? — поинтересовался губернатор.

— Пока не знаю, — вздохнул инспектор. — Но в скором времени доложу.

— Олег Владимирович. — произнёс Киселёв, посмотрев на губернатора. — Однако мне не понятно, почему вы теперь нам об о всём столь подробно говорите? Вам не приходила мысль, что кто-либо из присутствующих может быть… тем информатором?

— Признаюсь, господа, я вначале полагал… Но кого я сразу вычеркнул из списка, были вы, Анисим Ильич. — Кивок в сторону Кнутова. — Вы не имели доступа в расположение воинских подразделений.

— Мог иметь осведомителя, — отпарировал Киселёв.

— И в артиллерийском полку? И в казачьем? И в сапёрном? Нет, господа, — Белый вынул из кармана трубку и принялся вертеть её в руке. — Ходить и отыскивать информаторов в каждом полку? А городок невелик. Офицерское сословие, как я успел отметить, тесно общается меж собой. Быстро могли раскрыть… Теперь Владимир Сергеевич. — Олег Владимирович повернулся в сторону Киселёва. — Вы единственный из полицейского департамента имели вход в воинские части. Но в момент расквартирования артиллеристов вы находились во Владивостоке. И о том, как разместился полк, просто не знали… С вас, Алексей Дмитриевич, — Белый сделал поклон головой в сторону губернатора, — я снял подозрение, когда узнал, что вы в апреле были тяжело больны. Даже командира артиллерийского полка полковника Стрельбицкого принимали в постели.

Алексей Дмитриевич выпил принесенный адьютантом коньяк и предложил вновь плеснуть в бокалы себе и гостям.