Месть по-царски - Александр Тамоников

Проводник кивнул:

– Проверить надо, но скажу: Канек Поднис сие местечко знает хорошо.

– Откуда он его знает?

– Девица у него жила тут. Часто ездил к ней. Жениться намеревался, пан обещал землю выделить, помочь с постройкой дома.

– И пошто не случилось того?

– Потому, князь, что родители Лауры, зазнобы Канека, в Ригу уехали к дальнему родственнику. Рига – это не какая-то Тарна.

– А желание дочери?

– Эх, князь, кто на это смотрит? Да и не привечали они Канека. Отец Лауры желал ей богатого жениха.

– Нашел?

– А кто знает? Может, да, а может, нет. Как уехали, так известий больше не было.

– Сильно кручинился Канек?

– То словом не описать.

– Понятно. Да, гляжу на схему, словно с подворья срисована. Все нанесено.

Проводник спросил:

– Что будем делать, князь?

– Надо выяснить, тут ли Ростов. Пан фон Бенис утверждал, что он тут, но треба убедиться, а для того выслать в ночь разведку. Татар служивых, они в этом деле лучшие. А как убедимся, что собака Ростов на подворье, подумаем, как взять его.

Савельев подозвал татар.

Они подошли неслышно – не шелохнулась ни одна травинка.

Баймак подал голос:

– Здесь мы, князь.

– Глянь на деревню.

– Глянул, и что?

– В ночь пойдете туда на разведку, коли до того не выясним, здесь ли изменник и убийца Ростов. А как выяснить, Анвар?

Татарин улыбнулся:

– Смотреть за подворьем и деревней.

– Верно. Вот вы с Агишем и посмотрите. По очереди, один смотрит, второй отдыхает. Не увидите продажного князя, пойдете к подворью. Без того, чтобы знать, там ли он, мы ничего делать не можем.

– То понятно.

– Ну, а мы с проводником и Горбуном к дружине. Если чего, сигналы обычные.

– Яхши, воевода.

– Обустраивайтесь, смотрите.

– Не беспокойся, ты нас знаешь, коли князь Ростов тут, заметим, не щас, так ночью.

– Поэтому и оставляю в дозоре.

Савельев повернулся к проводнику и ратнику дружины:

– Марек, Осип, отползаем, за кустами встаем и возвращаемся к елани. Обустраиваем временный лагерь. До рассвета будем отдыхать и готовиться, думать, как брать Ростова на подворье.

– Возьмем, был бы там, – проговорил Горбун.

– А без того, Осип, нам дороги обратно нет.

– То ведаю.

Он тяжело вздохнул, Савельев улыбнулся:

– Вот получится так, и не увидишь боле своей Клавдии.

– Лучше сгинуть тут, в Ливонии, чем это.

– Тогда надо брать Ростова.

– Я его вот этими руками, – богатырь выставил вперед широкие, как лопаты, ладони, – за гриву возьму, свяжу и на себе к батюшке царю отнесу.

– Поглядим.

Савельев, вернувшись на елань, наказал Бессонову:

– Ставим лагерь временный. До рассвета все одно тут сидеть. Трапезу готовить из того, что ни варить, ни печь не требуется. Костры разжигать запрещаю. Выстави дозор с краю елани и два поста по бокам лагеря. Назначь очередь, кому когда идти на пост.

– Сделаю, Дмитрий Владимирович. Тебе Власа дать, чтобы место для отдыха подготовил?

– Я что, без рук, Гордей?

– Но все же вельможа. Не по чину.

– Вот еще стрелы бы вражеские да копья с саблями могли это различать.

– Я понял тебя, князь.

Вскоре лагерь был поставлен. Дозорные ушли на посты, свободные воины обустроились на отдых, готовые в любой момент принять бой с ворогом.

Савельеву не спалось. Отчего, он понять не мог. Промаялся до полуночи. Решил пойти к служивым татарам, что смотрят за Тарной. Но, подумав, изменил решение и отправил туда дозорного в лагере Горбуна, сам же пошел на обход ближних постов.

Он обошел их, когда из леса вывалился весьма озадаченный Горбун. Савельев почувствовал холодок в груди.

– Что, Осип?

– Не понимаю ничего.

– Что случилось?

– Нету на опушке наших татар.

Дмитрий взглянул на ратника:

– Как это нету? Может, ты не туда вышел?

– Там куда ни выходи, а коли идти вдоль от кустов, поста татар не увидеть не можно. Я все обошел. И место видел, где лежал один, в глубине другой. Там сейчас их нету.

– А что в местечке?

– Не ведаю. Туда не смотрел. Наказа не было.

– Наказа, – передразнил его воевода, – а ну, идем, вместе поглядим, и смотри, коли Баймак с Агишем на месте, накажу строго.

– Пойдем, тока погоди, шестопер возьму. С ним надежней. А дело, князь, ох нечисто, чует нутро. Не могли татары сами уйти с поста. Если тока увидели что, чего надо было ближе посмотреть в селении?

– Тогда сигнал бы подали.

– Тоже верно.

– Бери свою дубину и быстро.

Князь с ратником пошли на другой конец леса, всматриваясь и вслушиваясь в его необычайную чуждую тишину.

Они вышли к месту, где за деревней должны были наблюдать Баймак и Агиш. На посту пусто. Примята трава, раздвинуты кусты, меж ветвей вставлена палка, чтобы была видимость. Чуть сзади лежанка.

Горбун опустился на колени, стал изучать место.

– Черт, ничего не видать.

– Чего искал-то?

– Кровь. Коли татар захватили, то без схватки не обошлось. А значит, кого-нибудь да подрезали.

Савельев воскликнул:

– Кто мог напасть на татар?

– А я знаю? Но если подумать, то тока люди Ростова, боле некому.

– Значит, он ведает, что за ним охотятся?

– Значит, так.

– И все одно не разумею. Если люди Ростова смогли спокойно захватить Баймака и Агиша, то они могли пробраться к лагерю, выбрать момент и налететь на отдыхавших ратников.

Горбун почесал бороду.

– Не-е, Дмитрий Владимирович, одно дело пост из двух ратников взять, другое дело – с дружиной схлестнуться. Коли прознали о нас, то все. И кто мы, и зачем здесь, и что можем. Посему и не напали на лагерь.

– Зачем было татар уводить?

– Это и для меня тайна.

Савельев прилег на место наблюдателя, стал смотреть на деревню, потом на подворье. Там тихо, только в башенке виден ратник, да у дома ходит второй. Ворота закрыты, в доме темень, в постройках тоже. Кони в конюшне. Ничего, что говорило бы о том, что Ростов высылал людей в лес. Да и зачем ему это? Коли проведал, что в Ливонию пришла за ним особая дружина, то бросил бы все и бежал бы в ту же Литву, или в Польшу, или к какому-нибудь местному рыцарю под защиту крепостных стен. А может, он так и сделал? До того захватив татар? На что они ему? Проведал точно, кто охотится за ним? Вполне возможно. Но с другой стороны, Ростов не мог не понимать, что если дозорный пост поднимет шум, то ему далеко не уйти.