Цена сокровищ. Опасные тайны Китеж-града - Елена Езерская

– Виктор, я приехал поговорить с вами.

– Я вас не знаю. – Дуло карабина по-прежнему смотрело мне в лицо.

– Я тоже еще несколько дней назад не знал о вашем существовании, – стараясь казаться как можно более миролюбивым и убедительным, сказал я, – выслушайте меня и постарайтесь поверить… Нам необходимо поговорить о вашем проекте «Китеж».

– Не понимаю, что вы имеете в виду… – Взгляд моего бородатого визави сделался еще более острым и колючим, но я чувствовал – стрелять он не будет. По крайней мере – не сразу и не сейчас.

– Понимаете, вы все прекрасно понимаете, – вздохнул я. – Мне известно о вашей идее «возвращения Китежа» и о том, что эту идею у вас украли. И я знаю, кто именно украл. Но, если честно, я весьма далек от эсхатологии и прочих оккультных теорий. Я в этой истории человек случайный. Меня попросили расшифровать один текст, который, как теперь стало понятно, принадлежит вам. Попросили очень настойчиво, связав работу над текстом с жизнью моих друзей. Свою часть договора я выполнил, чего не скажешь о моих «заказчиках», которые выдвинули новые условия. Помогите мне найти профессора Звонарева – я уверен, что он знает, кто эти люди и где их искать, а значит – где можно найти моих друзей.

– Вы лжете, – резко прервал меня Виктор. – Вы говорите, что не знаете своих «заказчиков», но пришли с одним из них.

– Что?! – Наверное, в моем лице отразилось нечто такое, что заставило моего визави невольно опустить карабин. – О ком вы говорите?

– Тот человек на улице, что разговаривает с Алексеем. – Виктор кивнул в сторону окна. – Это он убил Звонарева.

– Звонарев погиб? – тихо спросил я, чувствуя свою полную беспомощность. Факты, казалось бы, чинно лежавшие на своих правильных полочках в моей голове, вдруг вспорхнули, точно унесенные дуновением внезапного порыва ветра, и теперь кружились и падали как попало, а очередная моя стройная и логичная теория рухнула – в который уже раз.

– Вы знали профессора? – Виктор все еще настороженно смотрел на меня, но потом, подумав, жестом, не выпуская карабина из рук, пригласил – садитесь.

– Лично – нет. – Я сел за стол с угла напротив хозяина дома. – Как это случилось? Вы уверены, что это именно тот человек?

– Я охотник и не ошибаюсь, – покачал головой Виктор. – Он что-то искал в палатке Звонарева, когда профессор его застал. Не могу точно сказать, что случилось, но через минуту этот человек вывел Звонарева из палатки, будто бы тому стало плохо, и потом столкнул со скалы с другой стороны лагеря. Есть в наших лесах такие места, гнилые топи-колодцы в расщелинах, смотришь сверху – мох, трава, а попадешь – затянет и даже удержаться не за что, камень там ровный и скользкий… Я хотел помочь Звонареву, когда тот тип нес его к обрыву, да заторопился, ветка под ногой хрустнула, и этот (Виктор снова кивнул в сторону окна) выстрелил в мою сторону из своей «глушилки». Видно, хорошо у него рука натренирована – не глядя попал, по касательной все же, но попал – в плечо, ладно, что правое, а то трудно мне сейчас было бы карабин удержать при стрельбе. Я рану зажал и затаился – он, наверное, решил, что это был зверь какой. Оглянулся пару раз, сбросил профессора в расщелину и вернулся в лагерь.

– И Звонарева никто не искал? – удивился я.

– А кому искать-то? – пожал плечами Виктор. – Экспедиция была – профессор и еще четверо, вместе с тем приехали, и все как братья-близнецы. Качки. Странно это, конечно, как я сейчас думаю, – они Звонарева несколько часов искали. Если между ними сговор был, то для кого они это кино устроили – лазили над обрывом, шарили по кустам?

– И вы, конечно, в милицию не заявили?

– Какая милиция? – удивился моему вопросу хозяин дома. – Я потихоньку то тут, то там порасспрашивал – мне сказали, что прилетали столичные ребята на охоту в горы, как все прилетели, так все и улетели, согласно документам – на своем частном самолете. И никто ничего не докажет – это же тайга: был человек и нет человека. Топь да снега… А вам он кто – этот за окном?