Корпорация «Исполнение желаний» - Вероника Мелан

— Давай! А ну пшел… — То и дело слышались рыки надзирателей, и воздух снова рассекал свист.

Я ненавидела этот звук. Звук свистящего в воздухе хлыста и тот хрип или стон, что неизменно следовал после.

— Сволочи. Ненавижу. — Прошипела я, подбираясь к Грегу.

Почувствовав движение, тот резко обернулся и, увидев меня, потемнел лицом.

«Хорошая реакция. То, что надо»

— Какого черта ты тут делаешь? Ну-ка, давай отсюда!

Я, перепуганная не на шутку, едва не отшатнулась назад, но все же осталась стоять на месте, хотя внутри все предательски дрогнуло. Ну, уж нет, я сюда не за этим пришла, чтобы позорно сбегать. Сначала надо получить причину для попадания в изолятор. Придав себе беззаботный вид, я сунула руки в карманы джинсов и нагло посмотрела на него.

— Ты же можешь здесь стоять. Почему я не могу?

Казалось, он оторопел от подобного ответа.

— Ты что, вообще совесть потеряла? — Только и смог выдавить он после того, как отошел от первоначального шока. — Я сказал, быстро испарилась и занялась своими делами!

— У меня обеденный перерыв. — Обмирая от ужаса, но сохраняя простодушное выражение лица, почти весело отрапортовала я.

Грег сделался темно-бордовым.

— Ой, а откуда у тебя этот уродливый шрам? — Выпалила я, во все глаза таращась на его щеку.

Глаза начальника стражи едва не вылезли из орбит от моей наглости. Тонкогубый рот его беззвучно открывался и закрывался. Я понимала, что переступаю всякую черту, а мосты мои горят, как хвойные иглы в лесном пожаре. Однако Грег, хоть и выглядел, как раненый в гениталии бык, все же продолжал стоять на месте, что меня ни в коей мере не устраивало.

— Выглядит не эстетично. — Покачала я головой, ежесекундно ожидая, что сейчас он кинется на меня и изо всех сил молясь получить какой-нибудь незначительный синяк вместо переломанных костей.

Пальца Грега теперь сжимались и разжимались вокруг рукояти дубины, будто ему очень хотелось погладить ее, но поверхность больно обжигала. Он касался ее и тут же отдергивал руку. Снова касался и отдергивал.

«Ну, давай же… Что за черт?»

— С-с-с-ука…. — Прошипел он, продолжая бешено таращиться на меня. Корпус его подался вперед, будто готовый придавить и похоронить меня под землей, а вот ноги будто приросли к почве. — Ты у меня получишь….

«Ну, двигайся же! Чего стоишь?» Почти взвывала я, зная, что не просто играю с огнем, а подобно безумцу уже распахнула руки над бездной и лечу.

«Он же меня убьет, если двинется! О чем я вообще думала!?»

Но отступать было слишком поздно. И как только он сумел до сих пор сдержать руки? Едва не пускаясь наутек, я судорожно цеплялась за мысль о лекарствах в изоляторе и о тех беднягах, чьи ладони я смогу залатать. Если выживу.

«Дурацкая это была идея…» — Как всегда задним числом пришла умная мысль.

— Так что не так с твоим шрамом? Красотка? Шальная пуля? Или на зеркало наткнулся, когда брился?

Грег схватился за свернутый в кольцо хлыст, что крепился к поясу, дернул было, чтобы высвободить его, но опять застыл на середине движения. Лишь гневно зарычал, сжимая побелевшие костяшки вокруг рукояти.

— Доберусь я до тебя….

Изнемогая от страха, взмокнув от пота, что лил с меня в три ручья, я уже вовсю недоумевала, почему он не двигается с места. Что-то здесь было нечисто. Будь это тот самый Грег, что повстречался мне тогда в коридоре, лежать мне уже на земле, умоляя о пощаде, желая скорой и безболезненной смерти, а не стоять в изумлении перед красномордым, но абсолютно недвижимым начальником стражи. Запоздало заметив, что Грег, пускающий от ярости пенные пузыри, то и дело поглядывает мне за спину, я резко обернулась вокруг собственной оси и… приросла к земле.

Сзади, с плотно сжатыми губами, стоял Халк.

«Твою мать….» Только и пронеслось в голове.

— Вон отсюда. — Выплюнул он коротко.

Через секунду меня уже не было возле плантации.

— Какого черта творит эта девка?! — Ревел Грег, выплевывая слюну при каждом слоге. Лицо его все еще шло пятнами, а кулаки дрожали от ярости. — Она же намеренно меня дразнит! Ты видел? Нет, ты видел?!

— Видел. — Халк задумчиво пожевал губу, вспоминая выражение лица этой бесшабашной дурочки, когда она обернулась кругом и увидела его. Ведь действительно, весь этот спектакль был придуман с какой-то целью. Но какой? Она явно не ожидала вмешательства, рассчитывая, что Грег кинется на нее (что он и сделал бы, не вмешайся Халк). — Продолжай держать руки при себе, что бы она тебе не говорила. Понял меня?

Грег нечленораздельно промычал что-то и зло сплюнул на землю.

— Я спрашиваю, понял меня?

— Понял-понял. — Нехотя выдавил тот и отвернулся.

— Я побеседую с ней сегодня вечером, после того, как вернусь из города. Нужно забрать кое-что с почты. А до этого момента, чтобы никаких происшествий.

Убедившись, что Грег хоть и молча, но все же воспринял приказ, Халк развернулся и зашагал к дому.

Я злилась на все. На себя в первую очередь, на Грега (просто за то, что он родился на свет), на Халка, который вмешался и перепортил все планы (или же спас мою жизнь?) и снова на себя. Какой бы дурацкой ни была идея получить побои от этого громилы, но и она не удалась. Теперь Грег будет не просто зол, а уж обязательно придумает, как мне отомстить. Тайно или явно — тут уже все зависит от его несдержанности и недалекой фантазии.

Я сидела на краю кукурузного поля, глядя, как в небе перемигиваются звезды.

Стебли кукурузы безмолвно стояли в ожидании малейшего порыва ветерка, чтобы начать полночный разговор, но он все не прилетал, и вокруг застыла благостная, чуть душноватая тишина.

В комнату не хотелось. Все равно не засну, слишком много злости и возбуждения осталось после сегодняшней стычки. И чтобы побыть на свежем воздухе, пришлось крадучись перебираться по теням от кустов и деревьев к полю, где к этому часу никого не оставалось.

Едва светились вдалеке окна деревянного барака, в котором жила та часть охраны, что надзирала за полевыми работниками. Жуя соломинку, я смотрела на льющийся из окон желтоватый свет, и, словно кошка, автоматически прислушиваясь к звукам вокруг.

Ни шагов, ни голосов. Ничего.

Почему Халк не вызвал меня к себе после случившегося днем? Неужели не понял, что все это спектакль. Конечно, понял. Тут и сомнений быть не могло. Но тогда почему? Загадка…. Я вспомнила его хмурое лицо и плотно сжатые губы, которые намертво отпечатались в моей памяти от испытанного шока, стоило мне осознать, кто именно стоит за спиной.

От темного загара серые глаза его казались светлее, делаясь почти серебристыми. Отчего-то сразу всплыла в памяти случай, произошедший в клубе. Тогда я долго смотрела в эти глаза. А потом раздался негромкий пик, и с моего браслета ушли сразу пять баллов.