Пастух для крокодилов - Сергей Возный

Посвященная диким пчелам и необычному методу использования таковых при уходе от погони

Джунгли пАрили. Именно такой термин обычно использовал Богуславский применительно к своим ощущениям, вспоминая при этом сосново-березовый мир русской баньки. Сейчас, правда, ситуация усугублялась наличием рюкзаков, оружия и одежды на теле, а также полным отсутствием предбанника, куда можно слинять. Пахло тут, вместо смолы и веничков, исключительно прелью, плюс чьим-то пометом, смешанным с вездесущей муравьиной кислотой.

— О господи, а говорят, что у нас в городах воздух плохой! — выдохнула Кира, не сбиваясь с ритма ходьбы. — Этих бы экологов да сюда, в благословенный девственный лес!

Богдан, срубая тесаком очередной кусок лианы, подумал, что местечко, и впрямь, не для прогулок, вот только вряд ли коренной сайбанец с девушкой согласится. Его, сайбанца, из леса в Москву пересели на месяцок — помрет ведь бедняга! Как отшельники Лыковы, в свое время.

Богуславского, впрочем, данная тема волновала не очень — если на то пошло, адаптация российских горожан к джунглям сейчас представлялась куда актуальнее. Мужик с больным сердцем, девчонка, привыкшая к комфорту и горячей воде… надо, все же выяснить, из каких сфер занесло эту куколку на стезю телохранительства! Мелочь, от которой в решающий момент может зависеть многое.

— Богдан, а все-таки, кто это сделал? — «куколка» оказывается, успела сократить дистанцию и следовала теперь, вместе с клиентом, за самой богдановской спиной.

— Есть многое на свете, друг Горацио… — блеснул телохранитель стандартной цитатой. — Возможно, партизаны решили поохотиться на карателей, а может, каратели на партизан. Или жители деревни подстраховались от чужих.

— Дурдом! — проворчал Дмитрий Константинович, делая пару глотков из фляжки. — Такого, по-моему, даже на Кавказе нет!

Богуславский хотел ответить, что на Кавказе имеется кое-что повеселее небрежно натыканых мин, но решил не втягиваться в глуповатую дискуссию. Тем более, что одна из тех противопехоток, хоть и дилетантски установленная, едва не травмировала его, Богдана, самомнение. В прямейшем смысле слова. Потому и страховался теперь, утаскивая подопечных сквозь заросли, мимо звериных тропок, где других сюрпризов может быть выше крыши. Ветки, увитые лианами, летели под клинком вправо-влево, коридор получался шириною в Кутузовский проспект, и звуковое сопровождение было соответствующим. Ну, очень шумным! Через каждых минут пятнадцать Богдан прилежно сверялся с компасом и вслушивался, но ничего интересного не замечал. Живность приближение человека чувствовала издали (еще бы не почуять!), разбегаясь заранее, вверху кто-то мелькал время от времени, раскачивал ветви, вопил дурным голосом, однако разглядеть себя не позволял. Шут с ним, ежели так! И вновь — рушатся под ударами ветки, рукоять, обмотанная шнуром, норовит выскользнуть из ладони, пот по лицу градом, сквозь жирную краску. А москиты над ухом так и зудят! А комбез, хоть и «дышащий», но нет для него ветерка. Совсем нет. Ощущение закрытого дендрария или, на худой конец, оранжереи, где вентиляция проектом не предусмотрена. Банановый рай, короче — то самое место, о котором мечтают сограждане, утомленные долгой зимой.

— Слушай, а может это все для нас приготовили? — опять Кира со своими домыслами.

— Фигня! Откуда им знать, где мы высадимся?

— Сам же сказал, что место удобное!

— Фигня, тебе говорю!

Если честно, то сам об этом уже думал — привычная перестраховка. Если город, где ты живешь, постигло землетрясение (торнадо, сель, падение метеорита) — не сомневайся, целились в тебя! И Третья Мировая, коли уж начнется, так только чтобы тебя, неуловимого, ядерной боеголовкой накрыть! Про мелочи, вроде угона самолетов, сошествия поездов с рельсов и банальных нападений из-за угла даже речи не идет — и так все ясно, не правда ли? Ты — центр событий, вокруг тебя вращаются по орбитам чиновники и полицейские, катаклизмы и магнитные бури, президенты и сантехники, а все это вместе не что иное, как одна большая сложная комбинация чьих-то спецслужб. Против тебя, естественно, направленная.