Пустой трон - Бернард Корнуэлл

– Не по душе мне это, – проворчал я.

– Что именно? – спросила Стиорра.

– Твоя вылазка во дворец. Слишком опасно.

Она смерила меня терпеливым взором из-под капюшона плаща:

– Так, может, поедешь сам, отец? Поедешь и начнешь битву?

– Ты говоришь прямо как мать, – проворчал я, и это не было похвалой.

Но девочка, разумеется, права. Я не смогу ворваться, не будучи узнан и остановлен, и что тогда? Сумею ли я пробиться во дворец Этельреда и найти его дочь? В здании не только воины Этельреда, но также дружинники Этельхельма и Эдуарда. Видимо, именно присутствие короля Уэссекса сделало стражу у дворцовых ворот столь бдительной. Заметив наше приближение, двое караульных выдвинулись и перегородили арку тяжелыми копьями, но отступили, когда мы приняли в сторону и поехали по улице, идущей вдоль стены, приближаясь к месту стоянки третьей моей повозки.

– Так что ты будешь делать? – спросил я у Стиорры.

– Разыщу Эльфинн, предложу уехать с нами и, если она согласится, уведу за собой, – заявила дочь так, будто проще и представить ничего нельзя.

– А если она откажется?

– Нет. Эльфинн терпеть не может Эрдвульфа.

– Тогда действуй.

Служанке Хелле предстояло идти вместе со Стиоррой, потому как знатной женщине не полагается путешествовать без спутницы. Сопровождать их назначили двух воинов, Эдрика и Кенвульфа, – оба давно служили у меня. Был риск, не слишком большой, что их опознают как моих дружинников, но я предпочел опытных бойцов паре молокососов, способных потерять голову в случае опасности. Естественно, можно было просто сказать, что кобыла – подарок от меня, но подобная щедрость могла возбудить подозрения, лучше выдать ее за подношение Этельфрита из-под далекого Лундена. Я не верил в способность стражи у ворот сообразить, что новость о свадьбе никак не могла успеть дойти до Этельфрита. Замерзшим и несчастным бедолагам-караульным наверняка будет все равно, от кого лошадь – от Этельфрита или от Духа Святого.

– Вперед! – велел я всей четверке. – Идите, и все.

Я слез с коня. Боль была такая, что пришлось на несколько ударов сердца прислониться к седлу. Открыв глаза, я увидел, что Стиорра сняла тяжелый темный плащ и предстала в белой накидке и кремовом платье, с серебряными украшениями и венком в волосах. Она расправила по крупу кобылы складки белого плаща и скакала, держась ровно и уверенно. Хелла вела в поводу предназначенную в подарок лошадь, а Кенвульф и Эдрик ехали по обе стороны от моей дочери.

– Она похожа на королеву, – негромко заметил Финан.

– Промокшую королеву, – заметил я.

Дождь припустил еще сильнее.

Стражники по-прежнему перегораживали арку, но одна наружность Стиорры заставила их развести копья. Они уважительно склонили голову, признав ее за знатную госпожу. Я видел, как она разговаривает с ними, но слов не слышал. Затем пять коней и четыре всадника исчезли в высоком каменном проеме.

Я шел вдоль по улице до места, с которого открывался вид на дворец. Позади арки простирался поросший травой двор. Слуги сновали по нему, водя оседланных коней, а у дальних от ворот строений располагались по меньшей мере еще двенадцать стражников. Но если не считать этой чересчур многочисленной охраны, иной суеты не замечалось. Там царило такое спокойствие, что я испугался, не состоялось ли уже венчание.

– Когда свадьба? – поинтересовался я у одного из копейщиков.

– Когда господин Этельред решит, – процедил он сквозь зубы. Парень не мог видеть моего лица, укрытого под глубоко надвинутым капюшоном.

– Он, может, ждет, когда дождь кончится? – Стражник помоложе оказался более словоохотливым.

– Этот на целый день зарядил, – возразил старший. – Будет поливать до самой ночи.

– Тогда господину Эрдвульфу придется обождать, а? – насмешливо воскликнул молодой.

– Чего ждать-то? Он берет что хочет. Бедная девушка к утру едва ли ходить сможет.

Вот еще одна тревога. Не затребовал ли Эрдвульф невесту раньше времени? Если она в его палатах, Стиорре до нее не добраться. Я шлепал по разлившимся лужам. С капюшона стекали капли дождя. Я потуже прихватил плащ фибулой, чтобы скрыть кольчугу и висящий на боку Вздох Змея.

Стиорра и Хелла спешились и вошли внутрь, но не через сложенные из римского камня двери большого зала, а нырнули в дверку, ведущую в низкое и длинное бревенчатое здание. Караульные остановили их, но потом пропустили. Кенвульф и Эдрик ждали близ входа. Оба были при мечах. Входить в строения дворца с оружием воспрещалось, этих двоих никто не тронет, пока они не попытаются проникнуть внутрь. Я отправил Ситрика заглянуть в церковь.

– Проверь, все ли там готово к венчанию, – велел я.

Дождь перешел в ливень, вода ручьем бежала по сточной канаве на главной улице и лилась с крыш.

– В такую погоду девчонка не высунет носа из дому, даже чтобы на единорога поглядеть, не то что на какую-то лошадь, – буркнул Финан.

– Отец Пирлиг видел единорога, – сообщил я.

– Неужто?

– В горах. Утверждает, он был белый и скакал как заяц.

– Уважает он эль, этот отец Пирлиг.

– В Уэльсе много странных существ водится, – пробормотал я. – Змеи с двумя головами. По его словам, рог у единорога был красный.

– Красный?

– Как кровь. – Я наблюдал за дальней дверью, у которой собрались в кружок караульные. – Эльфинн выйдет, если Стиорра скажет, что мы здесь, – сказал я, надеясь, что прав.

– И если ее не сторожат.

Не стоило мне разрешать Стиорре входить туда. Все это мокрое утро было сплошным безумием. Я ничуть не лучше Брайса – слепо сунулся на место действия, не продумав всех деталей. Я позволил Стиорре уговорить себя, потому что у нее имелся хоть какой-то план, но теперь, глядя на стражников во дворе, я жалел о своем порыве.

– Мы можем вытащить ее, – произнес я.

– Одолев всех этих дружинников? – поинтересовался Финан.

– Да их всего два десятка, – ответил я. Двое располагались у ворот, остальные во дворе.

– Двадцать – это которых мы видим. Большинство ублюдков попряталось от дождя. Однако ты настаиваешь?

Я покачал головой. Тут были не только воины Этельреда, но и западные саксы. Допустим, я буду чувствовать себя хорошо, не согнусь пополам от боли, взмахнув Вздохом Змея, и сумею пробиться во дворец. Дворец! Кучка вонючих бревенчатых домишек вокруг руин римского дома. Я представлял удовольствие, которое испытает Этельред, захватив Стиорру. Он приходился мне двоюродным братом, и мы с детства ненавидели друг друга. Мне придется выкупать ее, и сделка обойдется недешево.

– Я болван, – пробормотал я.

– Не стану спорить, – отозвался Финан. – Но твоя дочь умнее. Похожа на свою мать.