Столп огненный - Кен Фоллетт

Ролло схватил ее за руки. Она взвизгнула, принялась вырываться. Он был крепче и сильнее, но она боролась. Пиналась, отбивалась. Высвободила одну руку и снова напала, метя ему в глаза, но он сумел перехватить ее кисть.

Ролло толкал соперницу вперед, чтобы она очутилась спиной к ограде, но женщина неведомым образом ускользнула, и теперь уже за его спиной разверзлась глубокая пропасть, а женщина пихнула его изо всех сил. Однако ей было с ним не справиться, и она попятилась, громко взывая о помощи. Ветер уносил ее крики, и Ролло сомневался, что кто-либо придет ей на выручку. Он оттолкнул женщину в сторону, лишая равновесия, потом чуть не ухитрился перекинуть через ограду, но она сумела его одурачить, вывернулась, кое-как отползла. Затем вскочила, испуганно огляделась и побежала.

Он кинулся за нею, стараясь ставить ногу твердо, памятуя о том, что любой неверный шаг приведет к смертельному падению. Она добежала до двери первой, но порыв ветра снова захлопнул дверь, и женщине пришлось потратить время на то, чтобы ее открыть. Этой доли мгновения Ролло хватило, чтобы нагнать соперницу. Одной рукой он схватил женщину за ворот, а другой ухватился за подол ее юбки, оттащил от двери и выволок обратно на узкую галерею.

Ее руки бессильно болтались, пятки волочились по камням. Она попробовала снова его обмануть, внезапно обмякнув, но на сей раз у нее ничего не вышло. Так тащить ее было даже проще.

Ролло достиг места, где галерея сворачивала под прямым углом. Поставил ногу на ограду, попытался перевалить женщину вниз. В ограде имелись сливные отверстия для дождевой воды, и женщина уцепилась пальцами за одно из них. Ролло ударил ее, и она разжала пальцы.

Он толкал и толкал, и вот женщина повисла над пропастью, головой вниз. Она громко вопила, охваченная ужасом. Ролло отпустил ее ворот и взялся за лодыжки, чтобы полностью перевалить тело через ограду. Одну лодыжку он ухватил легко, но вот вторая никак не давалась. Тогда он с усилием поднял женщину за одну ногу. Она упорно продолжала хвататься за ограду обеими руками.

Ролло оторвал ее руку от камня, и женщина было начала падать, но в последний миг стиснула пальцами его запястье. Он чуть было не рухнул в пропасть вместе с нею. Хвала небесам, что силы оставили женщину и она разжала пальцы.

На мгновение Ролло застыл на краю, размахивая руками. В конце концов он удержался и шагнул назад.

А вот женщина, потеряв опору, мучительно медленно сползла с ограды. Ролло наблюдал с восторгом и ужасом, как она летит вниз, переворачиваясь на лету. Ее крики заглушались ревом ветра.

Она рухнула на крышу хоров. Тело подпрыгнуло, потом покатилось дальше вниз. Голова запрокинулась под неестественным углом. Наверное, шею сломала, подумал Ролло. Тело съехало по скату крыши, задело выступ, упало на крышу северного придела, покатилось дальше – и наконец замерло в неподвижности прямо посреди кладбища.

Среди могил никого не было. Ролло посмотрел в другую сторону: там были только крыши. Этой схватки никто не видел.

Он открыл дверцу, вошел в башню, закрыл дверцу за собой и стал спускаться по винтовой лестнице, так быстро, как только мог. Он дважды споткнулся и едва не упал, но не останавливался. Следовало торопиться.

Внизу он остановился и прислушался. Тишина. Ролло осторожно приотворил дверь. Никаких голосов, никаких шагов. Он выглянул в щелку. Собор казался пустым.

Ролло вышел в трансепт и тихо закрыл дверь.

Накинул колпак и быстрым шагом пошел вдоль южного придела. Добрался до западной оконечности собора и приоткрыл дверь. На рыночной площади были люди, но никто как будто не глядел в его сторону. Он вышел наружу и не задерживаясь направился на юг, мимо входа на крытый рынок, заставляя себя не озираться, – он не был уверен, что способен вынести чужой взгляд.

За епископским дворцом он свернул и двинулся к главной улице.

Ему подумалось, что надежнее всего немедленно покинуть город и никогда не возвращаться. Но здесь оставались люди, которых он знал, а уйти он все равно собирался утром, в компании других путников; если он сбежит прямо сейчас, это навлечет на него ненужные подозрения. С городской стражи станется отправить верховых на его поиски – с наказом привести обратно. Лучше задержаться и вести себя естественно.

Ролло повернул к рыночной площади.

Представление во дворе «Колокола» закончилось, зрители начали расходиться. Ролло заметил Ричарда Граймса, преуспевающего кингсбриджского строителя, заседавшего в городском совете.

– Добрый день, олдермен, – вежливо поздоровался он. Граймс запомнит, что видел Ролло идущим по главной улице со стороны набережной, и подтвердит, что у собора его не было.

Строитель немало изумился, узнав Ролло, и хотел было завязать беседу. Ему явно хотелось узнать, где Ролло пропадал все эти годы. Но тут с кладбища донеслись громкие крики. Граймс немедленно поспешил на этот шум, и Ролло последовал за ним.

Тело погибшей уже окружила толпа зевак. С первого взгляда было понятно, что руки и ноги женщины сломаны; половина ее лица пряталась под жуткой кровавой маской. Кто-то опустился на колени рядом и пытался нащупать биение сердца, но быстро осознал тщетность своих усилий.

Олдермен Граймс протолкался сквозь толпу.

– Это же Сильви Уиллард! Как такое могло случиться?

– Она упала с крыши, – ответила некая женщина. Ролло узнал Сьюзан Уайт, зазнобу своей молодости. Когда-то она была молодой и пригожей, а превратилась в седовласую пожилую кумушку.

– Вы видели, как она падала? – спросил Граймс.

Ролло затаил дыхание. Он был уверен, что никто ничего не видел. Но если Сьюзан смотрела вверх, пока они с женушкой Уилларда пихали друг друга, то вся его уверенность ничего не стоит.

– Нет, не видела, – отозвалась Сьюзан. – Но ведь и так понятно, верно я говорю?

Внезапно люди раздались в стороны, пропуская Неда Уилларда.

Тот уставился на изломанное тело на земле, а потом взревел, точно раненый зверь:

– Нееет!

Он упал на колени рядом мертвой женой. Ласково приподнял ее голову, увидел кровавую маску – и заплакал, тихо повторяя: «Нет, нет».

Плечи Неда тряслись от сдерживаемых рыданий.

Граймс огляделся по сторонам.

– Кто-нибудь видел, как она упала?

Ролло приготовился бежать. Но все молчали. Убийство сошло ему с рук.

Он сохранил свою тайну.

5

Марджери стояла и смотрела, как гроб с телом Сильви опускают в могилу. День выдался морозным и тихим, тусклое зимнее солнце порой выглядывало из-за туч. На душе у Марджери скребли кошки и выла вьюга.

Она всем сердцем сочувствовала Неду. Тот плакал, прикрываясь носовым платком, и не мог выдавить ни слова. Барни стоял справа от брата, Альфо – слева. Марджери знала Неда, знала, что он искренне любил Сильви. Он потерял не просто жену, но друга.