Ураган. Книга 1. Потерянный рай - Джеймс Клавелл

Речь шла о крайне противоречивой и инновационной тайной операции КГБ, названной именем чешского бегуна на длинные дистанции и запущенной в 1965 году. С начальным бюджетом в десять миллионов американских долларов, выделенных из крайне скудных твердовалютных запасов, операция «Затопек» должна была наладить постоянное поступление самых современных и лучших западных технологий посредством простых коммерческих закупок через сеть подставных компаний, а не традиционным и очень дорогостоящим методом краж и шпионажа.

«Эти деньги – ничто в сравнении с тем, что мы выигрываем, – гласил его сверхсекретный первоначальный доклад в Центр, когда он впервые вернулся с Дальнего Востока в 1964-м. – Есть десятки тысяч продажных бизнесменов и просто попутчиков, которые продадут нам все самое лучшее и современное, если смогут на этом заработать. Прибыль, которая будет огромной для одного человека, для нас окажется пустяковым расходом, потому что мы сэкономим миллиарды на научных исследованиях и опытно-конструкторских разработках – миллиарды, которые сможем потратить на наш военно-морской флот, военно-воздушные силы и армию. И что столь же важно, мы сэкономим годы тяжелого, кропотливого труда и неудач. Почти бесплатно мы сможем оставаться наравне со всем, что произведут на свет их умы. Несколько долларов, переданных под их прогнившим прилавком, принесут нам все их сокровища».

Петр Мзитрюк наполнился теплым светом изнутри, когда вспомнил, как был принят его план, хотя – что было естественно и правильно – его руководство представило эту идею как свою собственную, так же как и он перенял ее у одного из своих глубоко законспирированных агентов в Гонконге, француза по имени Жак де Вилль, работавшего в большом конгломерате «Струанз», который открыл ему глаза: «Американский закон не запрещает продавать технологии во Францию или в Западную Германию или дюжину других стран, и законы этих стран не запрещают какой-либо компании поставлять ее в другие страны, где не действуют швейцарские законы против продажи товаров Советскому Союзу. Бизнес есть бизнес, Григорий, и на деньгах весь мир держится. Через одну только компанию Струана мы могли бы поставлять вам тонны оборудования, которое США запретили вам продавать. Мы же обслуживаем Китай. Почему бы и не вас тоже? Григорий, вы, моряки, ничего не смыслите в бизнесе…»

Мзитрюк улыбнулся про себя. В те дни он был известен как Григорий Суслев, капитан небольшого советского торгового судна, курсировавшего между Владивостоком и Гонконгом, – его прикрытие на сверхсекретной работе в качестве заместителя резидента по Азии в Первом управлении КГБ.

За годы, прошедшие после 1964-го, когда я впервые предложил эту схему, с гордостью думал он, при общих затратах на сегодняшний день в восемьдесят пять миллионов долларов операция «Затопек» сэкономила матушке-России миллиарды и обеспечила постоянный, неуклонно растущий приток разработанных в НАСА, Японии и Европе технических новинок, чудес электроники, оборудования, программного обеспечения, планов, роботов, чипов, микросхем, лекарственных препаратов и прочих всевозможных волшебных штуковин, которые можно было воспроизводить и тиражировать в свое удовольствие на оборудовании, разработанном тем же самым противником и приобретенном и оплаченном из ссуд, которые они нам предоставляют и которые мы не собираемся возвращать. Какие же они дураки!

Он едва не рассмеялся вслух. Что еще важнее, операция «Затопек» дает мне возможность продолжать свободно действовать и маневрировать в этом регионе так, как я считаю нужным, играть в большую игру, которую эти тупые британцы выпустили из рук.

Он смотрел на Абдоллу-хана, стоящего у окна, терпеливо ожидая, когда тот решит, какую услугу ему попросить в обмен на поимку диверсантов. Давай, Толстопуз, угрюмо думал он, называя Абдоллу тайным прозвищем, которое он для него придумал, мы оба знаем, что ты можешь поймать этих сукиных детей, если захочешь, – если они еще в Восточном Азербайджане.

– Я сделаю, что смогу, – произнес Абдолла-хан, все так же стоя спиной к нему, и Мзитрюку не пришлось прятать улыбку. – Если мне удастся перехватить их, что тогда, Петр?

– Сообщи Чимтарге. Он все организует.

– Очень хорошо. – Абдолла-хан кивнул сам себе и вернулся на ковер и подушки. – Значит, об этом договорились.

– Спасибо, – ответил Петр с большим удовлетворением.

Подобная окончательность в тоне Абдоллы-хана сулила быстрый успех.

– Этот мулла, о котором мы говорили, Махмуд, – сказал хан, – он очень опасен. И эта его банда головорезов. Мне думается, они угроза для всякого. Туде следует получить указание разобраться с ним. Тайно, разумеется.

Мзитрюк спрашивал себя, сколько известно Абдолле-хану об их тайной поддержке Махмуда, одного из их лучших и наиболее фанатичных новообращенных.

– Туде должна охраняться, и их друзья тоже. – Он увидел мгновенно промелькнувшее раздражение, поэтому пошел на компромисс и тут же добавил: – Возможно, этого человека могли бы перевести в другое место и заменить. Общий раскол и братоубийство будет только на руку врагу.

– Этот мулла на самом деле лжемулла, он ни во что искренне не верит.

– Тогда он должен исчезнуть. Быстро. – Петр Мзитрюк улыбнулся, Абдолла-хан – нет.

– Очень быстро, Петр. Навсегда. А его группа распущена.

Цена была высокой, но секция 16/а давала ему достаточные полномочия.

– Почему бы и не быстро и не навсегда, раз ты говоришь, что это необходимо? Я согласен… э-э… передать твою рекомендацию далее. – Мзитрюк улыбнулся, и на этот раз Абдолла-хан улыбнулся вместе с ним, столь же удовлетворенный.

– Я рад, что мы договорились, Петр. Становись мусульманином ради своей бессмертной души.

Петр Мзитрюк рассмеялся:

– Со временем. А пока становись коммунистом ради своих земных удовольствий.

Хан рассмеялся, наклонился вперед и наполнил рюмку Петра:

– Я не смогу уговорить тебя остаться на несколько дней?

– Нет, но спасибо. Когда мы поедим, думаю, я отправляюсь в обратный путь, домой. – Улыбка стала шире. – У меня много дел.

Хан был очень доволен. Значит, теперь я могу забыть об этом надоедливом мулле и его банде, и еще один гнилой зуб будет вырван. Но мне интересно, что бы ты сделал, Петр, если бы узнал, что твои диверсанты, капитан и солдат, находятся на другом краю моего поместья, ожидая безопасного прохода дальше? Но куда? В Тегеран или к тебе? Я еще не решил.

О, я знал, что ты придешь ко мне молить о помощи, почему же еще я стал бы держать их здесь целыми и невредимыми, почему еще я встретился с ними два дня назад в Тебризе и тайком привел их сюда, как не для тебя? Может быть. Жаль, что Вьена Роузмонта убили: он был полезен. Даже после смерти информация и предупреждение, содержавшиеся в коде, который он передал капитану для меня, были более чем полезны. Его будет трудно заменить.

Да, но также верно и то, что если ты принимаешь услугу, то должен и вернуть услугу. Этот неверный Эрикки – всего одна такая. Он позвонил в колокольчик и, когда появился слуга, приказал: