Ураган. Книга 1. Потерянный рай - Джеймс Клавелл

Оба незнакомца смотрели на него; тот, что был постарше, дружелюбно улыбался, и от этой улыбки у Эрикки мурашки пробежали по коже.

– Этот Ракоци, как он оказался в вертолете? – спросил хан.

– Он захватил капитана Петтикина на моей базе в прошлое воскресенье. Петтикин – один из наших пилотов, он прилетел в Тебриз, чтобы забрать нас, Азаде и меня. Мое посольство пригласило меня по поводу моего паспорта. Это было в тот день, когда большинство правительств, включая мое, приказали всем иностранцам, чье пребывание здесь не являлось необходимостью, покинуть Иран, – сказал Эрикки, без труда вставляя это преувеличение. – В понедельник, когда мы тронулись отсюда, Ракоци заставил Петтикина отвезти его в Тегеран на вертолете. – Он кратко рассказал о том, что произошло. – Если бы он не заметил финский флаг на крыше машины, мы были бы мертвы.

Человек с азиатскими чертами лица мягко рассмеялся.

– Это было бы огромной потерей, капитан Йокконен, – сказал он по-русски.

Тот, что был постарше, со славянской внешностью, спросил на безукоризненном английском:

– Этот Ракоци, где он сейчас?

– Не знаю. Где-то в Тегеране. Могу я спросить, кто вы? – Эрикки пытался выиграть время и не ждал, что ему ответят. Он хотел определить, был Ракоци врагом или другом этих двоих, явно советских, явно из КГБ или ГРУ, тайной армейской полиции.

– Пожалуйста, как его звали по имени? – спросил старший приятным голосом.

– Федор, как и венгерского революционера. – Эрикки не заметил никакой новой реакции и мог бы продолжать, если бы не был слишком умен, чтобы сообщать какую бы то ни было информацию КГБ и ГРУ.

Азаде сидела на коленях на ковре с прямой спиной, неподвижная, сложив руки на коленях, ее губы алели на бледном лице. Внезапно Эрикки стало очень страшно за нее.

– Ты признаешь, что убил этих людей? – спросил хан и съел еще один кусочек пахлавы.

– Я признаю, что убил людей около года назад, чтобы спасти вам жизнь, ваше высочество, и…

– И свою собственную! – сердито оборвал его Абдолла-хан. – Убийцы прикончили бы и тебя тоже. Это была воля Бога, что мы остались живы.

– Я не начинал той драки и не искал ее. – Эрикки старался подбирать слова с большой осмотрительностью, чувствуя себя поглупевшим, уязвимым и ни на что не годным. – Если я и убил тех остальных, то сделал это не по своей воле, а лишь затем, чтобы защитить вашу дочь и мою жену. Наши жизни были в опасности.

– А-а, ты считаешь, у тебя есть право убивать всякий раз, когда полагаешь, что твоей жизни угрожает опасность?

Эрикки видел, как кровь бросилась в лицо хану, видел, как оба советских гостя наблюдают за ним, и подумал о собственном наследии и рассказах своего деда о старых временах в северных краях, когда по земле ходили великаны и тролли и гули не были просто мифическими существами, о стародавних временах, когда земля была чистой и зло знали как зло, а добро как добро и зло не могло спрятаться под его маской.

– Если жизни Азаде или моей будет грозить опасность, я убью любого, – произнес он ровным голосом.

Трое мужчин на ковре почувствовали себя так, словно их пронизал ледяной холод. Азаде пришла в ужас от этой угрозы, а охранники, не говорившие ни по-английски, ни по-русски, шевельнулись, уловив в его словах холодную жестокость.

Вена на лбу Абдоллы-хана пошла узелками.

– Ты отправишься с этим человеком, – мрачно сказал он. – Ты отправишься с этим человеком и сделаешь все, что он скажет.

Эрикки посмотрел на человека с азиатскими чертами:

– Что вам нужно от меня?

– Только ваш опыт пилота и ваш двести двенадцатый, – ответил тот не без дружелюбия по-русски.

– Извините, двести двенадцатый проходит плановую проверку после полутора тысяч часов полетов, а я работаю на «С-Г» и «Иран лес».

– Двести двенадцатый полностью собран и уже прошел наземную проверку вашими механиками, а «Иран лес» передала вас в… передала вас мне.

– Чтобы делать что?

– Летать, – раздраженно сказал человек. – У вас что, со слухом не в порядке?

– Нет, а вот у вас, похоже, да.

Воздух с шипением вырвался меж губ азиата. Тот, что был старше, улыбнулся странной улыбкой. Абдолла-хан повернулся к Азаде, и она едва не дернулась от страха.

– Ступай к ханум и засвидетельствуй ей свое почтение!

– Да… да… отец, – запинаясь, пробормотала она и вскочила на ноги. Эрикки сделал в ее сторону полшага, но охранники были наготове, один из них держал его под прицелом, и Азаде сказала, чуть не плача: – Нет, Эрикки, это… мне… я должна идти… – Она выбежала, прежде чем он успел остановить ее.

Человек с азиатскими чертами лица нарушил молчание:

– Вам нечего бояться. Нам просто нужны ваши навыки.

Эрикки не ответил ему, уверенный, что его держат на поводке, что они оба, и он, и Азаде, попались в ловушку и погибли, зная, что, если бы в комнате не было охранников, он бы сейчас напал без всяких колебаний, убил бы Абдоллу-хана и, вероятно, этих двоих тоже. Три человека на ковре понимали это.

– Почему вы посылали за моей женой, ваше высочество? – спросил он тем же спокойным голосом, зная теперь ответ. – Вы прислали две записки.

Абдолла-хан ответил с издевкой:

– Для меня она не представляет никакой ценности, но она представляет ценность для моих друзей: чтобы заполучить тебя сюда и заставить хорошо вести себя. И клянусь Аллахом и Пророком, ты будешь себя хорошо вести. Ты сделаешь то, что нужно этому человеку.

Один из охранников чуть-чуть шевельнул своим короткоствольным автоматом, и произведенный им шум эхом прокатился по комнате. Человек с азиатскими чертами поднялся:

– Сначала ваш нож, пожалуйста.

– Вы можете подойти и забрать его. Если он вам действительно нужен.

Человек заколебался. Абдолла-хан вдруг расхохотался. Его смех был жестоким и резанул по всем ним.

– Нож вы ему оставите. Это сделает вашу жизнь более интересной. – Он повернулся к Эрикки. – Было бы мудро проявлять послушание и вести себя хорошо.

– Было бы мудро отпустить нас с миром.

– Вы бы хотели видеть вашего второго пилота подвешенным за большие пальцы? – Глаза Эрикки сделались еще более стеклянными. Пожилой гость нагнулся и зашептал что-то на ухо хану, не сводившему глаз с Эрикки. Рука хана поигрывала украшенным каменьями кинжалом. Когда человек закончил говорить, он кивнул. – Эрикки, ты скажешь своему второму пилоту, что он тоже должен быть послушным, пока находится в Тебризе. Мы отошлем его на базу, но твой маленький вертолет останется здесь. Пока. – Он жестом показал человеку с азиатскими чертами, что тот может идти.

– Меня зовут Чимтарга, капитан. – Человек был намного ниже Эрикки ростом, но сложения был крепкого, с широкими плечами. – Сначала мы от…