Тени Солнца - Уилбур Смит

Брюс не ответил. Он зажег сигарету и, глядя мимо Хендри, ждал, когда к ним придут остальные.

— Ну так что, Брюс? Забудем? — не отставал Хендри.

— Нет, Хендри. Я даю тебе священную клятву и призываю Бога в свидетели. — Брюс не смотрел на Уолли. Он боялся, что убьет его, если они встретятся взглядом. — Вот тебе мое обещание: я сделаю так, что тебя повесят. Не расстреляют, а именно повесят. На добротной пеньковой веревке. Я послал за Хейгом и Раффараро, так что свидетелей будет предостаточно. Первое, что я сделаю, как только мы вернемся в Элизабетвиль, — передам тебя властям.

— Ты что, серьезно?

— Серьезней некуда.

— Черт подери, Брюс…

Появились Хейг и Раффи. Сначала они бежали, но потом резко остановились, в недоумении переводя взгляд с Брюса на два маленьких трупа, лежащих на дороге.

— Что случилось? — спросил Майк.

— Хендри их застрелил, — ответил Брюс.

— Зачем?

— Спроси у него.

— В смысле просто убил их, расстрелял?

— Да.

— Боже, — сказал Майк хриплым от шока голосом, — Боже мой…

— Пойди взгляни на них, Хейг. Посмотри и запомни.

Хейг направился к детям.

— Ты тоже, Раффи. Будете свидетелями в суде.

Майк Хейг и Раффи подошли к тому месту, где лежали тела, и остановились, глядя на них. Хендри неуклюже повозил ногами по пыли и продолжил перезаряжать винтовку.

— Да черт побери! — взорвался он. — Что вы раскудахтались! Из-за двух-то балуба.

Майк Хейг медленно повернул голову. Лицо у него пожелтело, только на носу и щеках под кожей слегка пульсировали крошечные вены. Губы побелели. Каждый его вдох отдавался рыданием в горле. Все еще тяжело дыша и не в состоянии вымолвить ни слова, он пошел на Хендри, на ходу снимая с плеча винтовку.

— Хейг! — резко окликнул его Брюс.

— На этот раз ты… ты… негодяй… И это последний… — выдохнул Хейг.

— Осторожнее, пижон! — предупредил его Хендри.

Он отступил, неловко пытаясь засунуть заряженный магазин в винтовку.

Майк Хейг поднес штык к животу Хендри.

— Хейг! — закричал Брюс.

В этот момент Майк атаковал — с удивительным для его возраста проворством, наклонившись и бормоча бессвязные ругательства, которые переросли в оглушающий рев.

— Ну, давай! — ответил Хендри и сделал шаг вперед.

Они сошлись, и Хендри отразил штык прикладом. Острие прошло ему под мышку. Противники столкнулись и под весом Хейга подались назад. Хендри бросил винтовку и обхватил руками шею Хейга, отклоняя его голову назад на нужный ему уровень.

— Майк! Он будет бить головой!

Брюс узнал приготовления к приему, но было уже поздно. Голова Хендри метнулась вперед, и стальная каска пришлась как раз на переносицу Хейга. Майк вскрикнул, отпустил приклад, и винтовка упала на дорогу. Он поднял руки и закрыл ими лицо. Между пальцами текла кровь.

Хендри снова замахнулся головой, как кувалдой, обрушивая сталь на лицо и пальцы Хейга. Майк охнул.

— Коленом его, Майк! — заорал Брюс, пытаясь уловить момент и вмешаться, но противники кружили колесом, и он ничего не мог поделать.

Готовясь к следующему удару, Хендри запрокинул голову и широко расставил ноги. И тут ему в пах со всей силы впилось колено Майка. Рот Хендри раскрылся в беззвучном крике. Уолли согнулся пополам, обеими руками держась за низ живота, и медленно осел на пыльную землю.

Ослепленный болью Хейг, у которого по лицу текла кровь, схватился за брезентовую кобуру.

— Я тебя пристрелю, свинья!

В руке у него голубым отблеском сверкнул пистолет — уродливый, короткоствольный.

Брюс подскочил к Хейгу и, нащупав большим пальцем нервное сплетение на локте, надавил. Пистолет выпал из оцепеневшей руки Майка и повис на ремне, болтаясь у колена.

— Раффи, останови его! — крикнул Брюс, потому что Хендри, пересиливая боль, скреб пальцами по лежащей в пыли винтовке.

— Есть, босс!

Раффи быстро наклонился над скорчившимся телом и, ловким движением отстегнув ремень кобуры, выдернул пистолет. Порвавшийся ремень щелкнул, как бич.

Все замерли: Брюс держал Хейга сзади, Хендри скрючился у ног Раффи. Раздавалось только хриплое прерывистое дыхание.

Брюс понял, что напряжение Майка пошло на убыль и сумасшествие покинуло его. Керри отстегнул его пистолет и бросил на землю.

— Отпусти, Брюс. Все нормально.

— Уверен?

— Да, все в порядке.

— Если опять начнешь, я тебя пристрелю. Понял?

— Да. Я на секунду потерял рассудок.

Брюс выпустил Майка.

Все собрались вокруг стоявшего на коленях Хендри.

— Если ты или Хейг начнете опять, ответите мне головой, — сказал Брюс Керри. — Ты меня слышишь?

Хендри взглянул на него сощуренными от боли глазами и не ответил.

— Ты меня слышишь? — повторил Брюс.

Хендри кивнул.

— Хорошо. С этого момента, Хендри, ты под открытым арестом. Лишних людей у меня нет, конвоировать тебя некому, так что если хочешь — беги. Местное население с удовольствием тебя примет. Они даже устроят банкет в твою честь.

Хендри оскалился, обнажив зубы с грязно-зеленым налетом.

— Помни мою клятву, Хендри, как только мы вернемся…

— Уолли, Уолли, ты ранен? — Андрэ, бежавший от самой станции, упал на колени рядом с Хендри.

— Отвали, отстань от меня, — рявкнул на него Хендри.

Андрэ отпрянул.

— Де Сурье, кто дал тебе право оставить пост? Возвращайся на поезд.

Андрэ неуверенно поднял голову, а затем снова взглянул на Хендри.

— Де Сурье, ты меня слышал? Ступай. Ты тоже, Хейг.

Хейг с Андрэ скрылись за зданием станции, а Брюс снова взглянул на детей. На щеке мальчика были следы крови и шоколада, глаза широко распахнуты в немом удивлении. По трупам уже ползали мухи.

— Раффи, принеси лопаты. Похорони их вон там. — Он указал на аллею кассий. — И поторопись.

Он говорил быстро, боясь, что голос выдаст его чувства.

— Хорошо, босс. Я все устрою.

— Пошли, Хендри, — рявкнул Брюс.

Уолли Хендри, тяжело поднявшись, покорно поплелся за ним.