Все приключения Электроника - Евгений Велтистов

Так Электроник находил единомышленников в разных школах и городах, а иногда неожиданно и в соседних подъездах.

Позже Сыроежкин всерьез убедился, что существует «эффект Р. Электроника».

Снова позвонила Бублик и радостно выпалила в трубку:

– Ой, Сергей, у меня теперь неразлучная подружка Лена. Вот она рядом, дышит в трубку… Слышишь? Передай от нас Элеку большое-пребольшое спасибо. Мы и не знали, что живем в одном доме…

– Передам, – сказал Сергей. – А ты напиши о себе и

Лене и Айзеку Азимову.

– Ты имеешь в виду «эффект Р. Даниэля»? – Бублик рассмеялась.

– И Электроника, – добавил Сергей.

Он вошел в комнату, сказал Элу:

– Тебе привет от Р. Электроников… И от Бубликов…

Взрыв энергии

В четверг утром, как обычно, шло совещание в министерстве. Министр заглянул в сводки, отложил в сторону бумаги, задорно сказал:

– Это интересно! Что за взрыв энергии? Что скажете, товарищи?

– Разрешите, Георгий Петрович?

Из– за стола поднялся пожилой инспектор.

– Пожалуйста, Василий Иванович.

– Успеваемость в средних и даже старших классах неожиданно повысилась на восемнадцать процентов, – доложил инспектор.

Присутствующие оживились.

– Конкретные данные свидетельствуют, – продолжал инспектор, просматривая свои записи, – что процент четверочников и пятерочников возрос не только по математике, литературе, физике, но и по таким предметам, как прилежание, черчение и физкультура…

– И по пению! – прервал его инспектор по младшим классам.

– Да. И по музыке, и по рисованию, – подтвердил Василий Иванович.

Мимолетные улыбки участников совещания свидетельствовали, что опытный инспектор и его молодой коллега зарылись в сводках и цифрах, поверили приподнято-весенним рапортам школ и даже самого гороно – городского отдела народного образования, не перепроверили данные перед тем, как докладывать. Где это видано, чтобы ребята весной были прилежными, чтобы они пели хором, возились с красками и подтягивались на перекладине, когда каждый зеленый куст манит на улицу.

Василий Иванович сразу уловил ироничное настроение. Тем более что со своего председательского места министр бросил реплику: мол, прилежание дело индивидуальное, а потому достаточно сложное для обобщения. Инспектор был начеку, во всеоружии. Он вытащил из кармана пачку мятых листов и огласил некоторые личные свидетельства учеников:

– «Мы, девочки-хорошистки, дружно решили стать отличницами…»

«… Всем классом болеть за одного…»

«… Теперь К доске мы бежим бегом…»

«… А я решила догнать Электроника не только в учебе, но и в спорте».

Прочтя эти строки, Василий Иванович оглядел сидящих за столом и опустился на свое место.

– Позвольте, у меня тоже полно таких записочек! – проговорила заведующая гороно, роясь в объемистом портфеле.

– Это не записочки, уважаемая Ольга Сергеевна, а мысли вслух, – парировал инспектор.

За столом происходило нечто странное: участники совещания доставали из карманов, папок и портфелей листки с корявыми буквами и прилежными ученическими строками, передавали их министру.

– Что это еще за Электроник? – иронично спросил заместитель министра, вернувшийся только что из отпуска. – Насколько я помню себя с детства, никто в школе не относился серьезно к музыке, рисованию да и физкультуре. Одни лишь одиночки…

– Представьте, что сейчас все не так! – парировал инспектор. – Особенно в спорте.

Министр быстро просмотрел листки из школьных тетрадей, и глаза его сощурились.

– Как вы это оцениваете, Василий Иванович? – спросил он инспектора.

– Как метод Электроника! – высказался с места инспектор средних классов, наблюдая энергичные кивки инспектора младших классов. – Ребята называют именно его как пример для подражания.

Кое– кто приготовился записывать.

– Еще один метод? – вмешался в разговор заместитель министра, которому вкратце пояснили про Электроника. – На моей памяти были самые разные опыты… Может, хватит, товарищи?

Георгий Петрович встал с председательского места, обошел Т-образный стол заседания, остановился за спиной заместителя.

– Вы правы, Серафим Васильевич, – произнес он. -

Делать эксперимент бесконтрольным мы не имеем права. Но и проходить мимо того нового, что подсказывает жизнь, мы не можем…

Опять авторучки потянулись к блокнотам и застыли. Министр молчал, отыскивая глазами нужного человека.

– Гель Иванович, какими еще новыми, а точнее говоря, человеческими свойствами обладает ваш Электроник?

Только сейчас многие узнали знаменитого Громова – авторитетного специалиста в современной педагогической науке. Был он высок, осанист, спокоен. Но когда министр представил его собранию, Громов по-мальчишески покраснел, фальцетом ответил:

– Откровенно говоря, более никакими!… Пока никакими, – поправился профессор.

– Что же тут изучать… -пробормотал негромко заместитель министра, но его услышали все.

– Должен вас разочаровать, товарищи, – продолжал спокойно Громов. – Процент успеваемости может упасть, когда ребята забудут об Электронике и перестанут ему подражать. Да он и создан не как киногерой, он решает другую важную задачу…

– Какую? – спросили сразу несколько голосов.

– Простите, может, это звучит слишком общо или, с житейской точки зрения, чуть наивно. – Громов оглядел присутствующих. – Но для науки чрезвычайно важно. Робот стремится стать человеком. Настоящим человеком во всех его проявлениях. Проще говоря, он учится у ребят, а ребята – у него.

С минуту в зале стояла тишина: каждый осмысливал такую простую, доступную для любого из них, такую близкую и одновременно далекую для робота цель.

– А мы разве собрались здесь ради отметок? – спросил присутствующих Георгий Петрович. – Надеюсь, никто так не думает? Серафим Васильевич, – обратился он к заму, – скажи, пожалуйста: ты знаешь, что значит – настоящий человек?

– Вроде бы знаю… -Заместитель министра пожал плечами.

Участники совещания обменивались короткими репликами: что дальше, к чему ведет министр?

А тот сел во главе стола, постучал авторучкой по дереву крышки и метнул лукавый взгляд в сторону Громова.

– А я, представьте, так до конца и не знаю!…-Министр неожиданно улыбнулся. – И хотел бы уточнить для себя это важное определение.

Все с удивлением уставились на него. А он нажал на кнопку звонка, вызвал секретаршу, спросил:

– Товарищи, кто будет пить чай?…-И, увидев, как все обрадовались, сказал: – Зиночка, чаю всем!