Ястребы мира. Дневник русского посла - Дмитрий Рогозин

Если Россия нашла в себе силы затушить очаг войны и подавить мятеж бандформирований, то на Балканах конфликт тлеет до сих пор — и связан он с внутригосударственными, а не межгосударственными распрями (Косово, Македония). Эти распри НАТО успокоить так и не сумела. Зато разбомбила все, что попалось на глаза.

Так кто же он, современный зачинщик войны? Это прежде всего вызревшие в подполье экстремистские организации, возникшие на почве этнического, религиозного или политического радикализма и ненависти. Эти организации могут иметь местечковый или транснациональный размах. Да, иногда они пытаются присвоить себе некоторые функции государства, заставляя своего противника разговаривать с ними на равных. Вспомним хотя бы Хасавюртовский мир, подписанный Лебедем с Масхадовым, изображавшим «представителя руководства государства Ичкерия». Как правило, такой «интересной ситуацией» пытаются воспользоваться иностранные злопыхатели, подталкивающие власти государства к безнадежным переговорам с мятежниками. Это, между прочим, один из легальных методов непрямых действий против суверенного государства.

Целью такой «неклассической войны» становится подрыв государственности как таковой. Захват территории, удержание проживающего на ней населения под своим контролем — это все в прошлом. Никакие террористы или мятежники не собираются кормить оккупированное ими гражданское население. Для них это — заложники, не более того.

Порядок действий захватчиков нового типа также иной: сначала удовлетворяются частные интересы этнических или криминальных группировок, затем перекраивается политическая карта целого региона и только в последнюю очередь создается основа государственности (самый продвинутый проект такого рода — попытка создать на территории Чечни «независимую Ичкерию»). При этом объектом военного насилия становится не государство, а те или иные этнические группы, олицетворяющие собой это государство (например, русские на Кавказе или сербы в Косово). Ресурсы для ведения «неклассической войны» приобретаются за счет торговли рабами, оружием и наркотиками. Естественно, международное гуманитарное право в такого рода случаях не действует. «Неклассическая война» всегда предельно жестока и неразборчива в средствах. На такой войне происходит насильственное втягивание в боевые операции мирного населения и, как следствие, размывание различий между боевиками и мирными жителями.

Признаками поражения в «неклассической войне» являются не отступления по фронту, человеческие, материальные и территориальные потери, а разложение национального единства. В такой войне самым чудовищным образом проявляются хищнические интересы, способствующие дальнейшему наращиванию конфликта (расхищение бюджетных средств, организация новых каналов незаконной торговли оружием, образование неподконтрольных правоохранительным органам анклавов и т. п.).

Все это происходит на фоне провокационного спора политиков и дипломатов о «неразрешимом противоречии» между двумя концепциями государственного строительства — концепцией защиты суверенитета и территориальной целостности, с одной стороны, и концепцией права народов на самоопределение — с другой. Жонглирование обеими концепциями служит самым наглядным примером «двойных стандартов» и любимой игрушкой циничных манипуляторов, заинтересованных в повсеместном разжигании войны на территории страны, которую они хотят ослабить или даже погубить. Влиятельные западные круги, заинтересованные в разрушении сначала Сербии (на ней ставился первый эксперимент), а затем и России, превращали концепцию самоопределения в лозунг признания особых прав меньшинств в ущерб правам и интересам нации в целом, оправдывая тем самым вооруженный сепаратизм. Ох и недальновидны же эти граждане! Неужели непонятно, что джинн поощряемого извне сепаратизма не остановится на странах Южной Европы и России и неминуемо перекинется на Западную и Центральную Европу, не оставляя камня на камне?

Я уверен, что в вопросе соотношения права нации на самоопределение и права государства на сохранение территориальной целостности приоритет должен отдаваться принципу территориальной целостности. Исключение из общего правила, напомню, может быть только одно: национальное или религиозное меньшинство имеет право на реализацию принципа на самоопределение в полном объеме (т. е. вплоть до отделения и приобретения независимости) только в случае, если оно подвергается угрозе своего физического существования. Однако и это вполне гармоничное сочетание двух принципов международного права в последние два десятилетия стало объектом интриг.

В конце XX века США ни с того ни с сего возомнили себя гипердержавой, имеющей монополию на глобальное регулирование процессов самоопределения и пересмотра прав на суверенитет. Фактически Вашингтон пытается перекроить всю политическую карту мира, измельчая (атомизируя) крупные государства или растворяя их суверенитет в выстроенных в имперском духе международных организациях (классический пример — НАТО).

Таким образом, одна империя и, следовательно, один культурно-исторический тип пытаются навязать всему миру свой образ жизни, причем, мягко скажем, далекий от идеала. Это не может не вызвать сравнимый по силе дух сопротивления. США, конечно, наслаждаются силой и пируют, упиваясь своей глобальной финансовой и политической мощью. Но уже скоро это пройдет. Чума новых угроз подтолкнет Вашингтон к необходимости кооперироваться с растущими державами и в полной мере учитывать их интересы.