Последняя мировая война. США начинают и проигрывают - Сергей Глазьев

Вводя экономические санкции, США рассчитывали именно на такое поведение российского регулятора. Американские рейтинговые кампании поддержали этот ультиматум снижением кредитного рейтинга России почти до «мусорного». Эти обстоятельства очевидно подстегнут вывоз капитала. Если политика денежных властей не изменится, можно уверенно прогнозировать дальнейшее ухудшение положения российской экономики. С учетом того, что до конца 2015 года внешним кредиторам придется вернуть еще около 150 млрд. долл., денежная база может дополнительно сократиться на 10–15 %, что повлечет соответствующее падение деловой и инвестиционной активности. Государству придется тратить валютные резервы или смириться с волной банкротств неплатежеспособных заемщиков, среди которых могут оказаться системообразующие предприятия, в том числе задействованные в выполнении государственного оборонного заказа. Вместе со снижением нефтяных цен все это создает угрозу новой волны девальвации рубля.

Вместо того, чтобы включить, наконец, механизмы стабилизации валютного рынка, денежные власти придумали новое оправдание своего попустительства спекулянтам, дав им заодно новый ориентир — биржевые цены на нефть. Создается впечатление, что российские денежные власти цепляются за любое правдоподобное объяснение падения курса, чтобы оправдать свою пассивность. Фактически не они, а спекулянты управляют валютно-финансовым рынком, а ЦБ лишь фиксирует удобные для них ориентиры. После отмены валютного коридора таким ориентиром и стали цены нефть, падение которых таким образом автоматически тянет вниз рубль. Однако на самом деле не падение цен на нефть, а именно манипуляции рынком являются главной причиной недопустимо высокой волатильности курса рубля. Зная методику работы ЦБ и используя его как «болвана» в преферансе, контролирующие МБ спекулянты играют с курсом рубля без особого риска, опуская его все ниже на радость Обаме и с выгодой для себя. Ни в одной нефтедобывающей стране мира, включая Нигерию, с несравнимо менее развитой экономикой, падение цен на нефть не вызвало такого резкого падения национальной валюты (Табл. 9).

Российская финансово-экономическая система имеет куда более высокий запас прочности, чем любая из указанных в таблице стран. И по уровню развития, степени диверсификации и емкости внутреннего рынка она тоже их превосходит. Но сведение денежной политики к обслуживанию валютно-финансовых спекуляций нивелирует эти преимущества. Уже после того как ЦБ поднял ключевую ставку процента до 8 %-го уровня, превышающего рентабельность производственной сферы, он переключил денежные потоки на обслуживание валютно-финансовых спекуляций. А когда он поднял ее до 17 % и одновременно стал изымать деньги из экономики, предлагая коммерческим банкам их размещать на депозите под 16,79 % годовых, реальный сектор оказался вовсе отрезанным от кредита.

Таблица 9. Динамика курса валют в нефтедобывающих странах мира в 2014 г.

Биржа стала основным в российской экономике центром привлечения денег, стягивая на себя всю ликвидность и образовывая тем самым гигантский спекулятивный вихрь. За прошлый год объем совершаемых на ней операций был в 10 раз больше совокупного экспорта страны, в 5,5 раз больше общей задолженности государства, банков и компаний перед иностранцами. В течение этого года, на фоне падения инвестиций и производства, оборот МБ удвоился, а сама биржа стала самой высокоприбыльной организацией в стране, показывая доходность около 80 %.

Вся финансово-экономическая система страны стала вращаться вокруг МБ, ориентируясь на доходность валютообменных операций и обслуживая спекулянтов. В результате она стала критически зависеть от поведения последних. Это и предопределило эффективность американских санкций, с объявлением которых международные спекулянты бросились валить рубль. В расчете на сохранение условий движения капитала неизменными американские рейтинговые агентства прогнозируют снижение российского ВВП в этом году на 4–5,5 %, Мировой банк — на 2,9 %, МВФ — на 3 %^[238].

Такого развития событий, без сомнения, можно легко избежать, как нетрудно было предотвратить и случившийся в прошлом году валютный кризис с погружением экономики в рецессию. Ведь падение инвестиций и производства происходит на фоне недогруженных на треть производственных мощностей (Рис. 19), 20 %-ной скрытой безработицы, нереализованного научно-технического потенциала.

Рис. 19. Уровень загрузки мощностей в 2014 г., %.

(Источник: Институт народнохозяйственного прогнозирования РАН)

Расчеты ведущих специалистов в области прогнозирования показывают возможности устойчивого роста российской экономики на 6–8 % в год^[239]. Но для этого денежно-кредитную политику нужно изменить — ввести валютное регулирование и контроль, прямые и косвенные методы снижения утечки капитала, предоставить производственным предприятиям длинные и дешевые кредиты, обязав банки контролировать их целевое использование. Это потребует отказа от догм рыночного фундаментализма и перехода к прагматичной политике развития экономики на основе активизации имеющегося научно-производственного потенциала. Соответствующие предложения многократно обсуждались в научном сообществе и представлялись в докладах ученых секции экономики РАН^[240].

Но, прежде чем снова о них говорить, следует разобраться с причинами столь упорного продолжения нынешней политики, несмотря на ее очевидную пагубность.