Цель номер один. План оккупации России - Михаил Антонов

Ну и, разумеется, для Н. Лосского идеал коммунистического общества – это торжество сатанократии^[27], хотя он и вынужден признать, что вера большевиков в победу коммунизма, в торжество справедливости – это тоже как бы религия. Если в Ленине, как в настоящем русском интеллигенте, он еще готов признать «искателя максимального добра для всего человечества», лишь избравшего ложный путь (не к Царству Божьему, а к обеспечению обилия материальных благ для всех), то уж Сталин для него – только честолюбец, властолюбец и карьерист. А советский строй, по его мнению, оскотинил русских людей. В этом Н. Лосский сходился с другим усиленно навязываемым сейчас авторитетом – Иваном Ильиным, но тот умер в 1954 году, до всемирного торжества русской мысли, науки и техники – открытия нами дороги в космос, а Лосский увидел даже полет Гагарина. И таких «исследователей» возводить в авторитеты?

Заметим попутно, что русская мысль давно уже установила, что пытаться строить общественную и государственную жизнь на основе Евангелия бессмысленно, ибо Христос сказал, что Царство Его – «не от мира сего». Наиболее полно эта идея раскрыта в трудах выдающегося русского богослова, профессора Московской духовной академии М. М. Тареева, опубликованных еще до революции. Он считал, в частности, крайне вредными до сих пор популярные попытки с детства прививать знание Евангелия, мудрость Которого и не всякому взрослому доступна: «Если бы внушить Евангелие кому-нибудь с детства, с первых дней сознания воспитать его в истинно христианском духе, то ведь это вырос бы жалкий уродец, никому и ни на что не годный»^[28]. Показал он и несостоятельность идей Достоевского о мессианском призвании России, проистекавших из того, что великий писатель в понимании православия русского народа стоит на высоте древних еврейских пророков, которые предназначали еврейскому народу великую миссию – благовествовать всему свету мир, правду и спасение.

ОШИБОЧКА КЛАССИКА

В 1914 году появилась статья Владимира Ульянова (Ленина) «О национальной гордости великороссов», которая долгие годы, уже в советское время, служила одной из основ идеологического воспитания трудящихся нашей страны. Ленин видел основание для чувства нашей национальной гордости в том, что насилия, гнет и издевательства, которым подвергают нашу прекрасную Родину царские палачи, дворяне и капиталисты, «вызвали отпор из нашей среды, из среды великорусов», и эта среда выдвинула Радищева, декабристов, революционеров-разночинцев, а затем и социал-демократов. «Необходимо длительное воспитание масс в смысле самого решительного, последовательного, смелого, революционного отстаивания полного равноправия и права самоопределения всех угнетенных великороссами наций». Но и эта задача воспитания была поставлена так же абстрактно, как и сформулированная тремя годами позже в книге «Государство и революция» задача построения идеального советского государства. Но государства особого: во-первых, без постоянной армии (замененной вооруженным народом – даже попытка была такую «армию нового типа» создать в лице т. н. Красной Гвардии). Во-вторых, без чиновничества (а с народными представителями, которых можно отозвать или сменить в любое время, причем получать они должны не более заработной платы рабочего, без каких-либо «представительских»). В-третьих, без тюрем и пр. В-четвертых, организованного как одна контора и одна фабрика. И т. д., и т. п. Утопичность этих представлений жизнь показала уже сразу же после взятия власти большевиками.

После победоносного окончания гражданской войны, вызвавшей к жизни эпоху «военного коммунизма», Ленин по существу стал лидером меньшевистского крыла в РКП(б), выдвинув идеи нэпа, культурной революции, строя цивилизованных кооператоров, то есть «теорию малых дел» в новой упаковке. В его «Письме к съезду» содержится, например, пожелание «защитить российских инородцев от нашествия того истинно русского человека, великоросса-шовиниста, в сущности, подлеца и насильника, каким является типичный русский бюрократ».

Ясно, что при такой установке пролетарского вождя воспитание чувства национального достоинства у русских людей становилось чрезвычайно односторонним, если вообще возможным.

НЕ НАРОД, НЕ КЛАСС, А ЦИВИЛИЗАЦИЯ!

Как мы видим, у Лосского речь идет о характерах народов, а у Ленина на первый план выступает классовое начало, пролетарский подход. Но и то, и другое оказывается недостаточным для объяснения такого явления, как дух народа и неразрывно связанное с ним национальное достоинство. Недостающее звено было гораздо раньше найдено русским публицистом и социологом Николаем Яковлевичем Данилевским, который в своей книге «Россия и Европа», вышедшей еще в 1869 году, изложил теорию так называемых «культурно-исторических типов» (или цивилизаций), развивающихся подобно биологическим организмам. Согласно этой теории, история человечества – это сосуществование или смена таких цивилизаций, вступающих в борьбу за существование подобно биологическим видам. У каждой из них – своя система ценностей, скрещивания культур невозможны.

У древних евреев, по Данилевскому, культура была построена на религиозной основе, у древних греков – на красоте, у римлян – на достижении политического могущества. Эти три цивилизации можно назвать одноосновными. А западноевропейские народы создали двухосновную романо-германскую цивилизацию, соединив политическое могущество с культурой, прежде всего промышленного и научного характера.

Данилевский выражает «надежду, что славянский культурно-исторический тип в первый раз представит синтезис всех сторон культурной деятельности» и «будет полным четырехосновным культурно-историческим типом». Для этого высшим сословиям России, «привыкшим презрительно смотреть на все русское», надо избавиться от «затемнения своеобразного русского взгляда на вещи европейничаньем».

Основоположники славянофильства романтически смотрели на Европу, рассчитывая, что со временем Россия, восстановив свою самобытность, поможет своим европейским странам-сестрам подняться в духовном отношении. А Данилевский говорит о «коварстве Европы», об исторически сложившихся агрессивности и эгоизме европейцев. Европу это привело к колониализму, угнетению, а то и поголовному истреблению других народов, нещадной эксплуатации наемных работников, навязыванию своей веры огнем и мечом.

Хотя пионером цивилизационного подхода в науке был именно Данилевский, это открытие чаще всего связывают с именами немецкого философа и историка Освальда Шпенглера (1880–1936) и английского историка и социолога Арнолда Джозефа Тойнби (1889–1975). Зато Шпенглер в своем знаменитом труде «Закат Европы» прямо сказал, что Европа исчерпала свой творческий и жизненный потенциал, и после 2000 года мировое лидерство перейдет к России. В наши дни наиболее известным представителем цивилизационного подхода стал С. Хантингтон, предсказывающий, что главные события XXI века будут связаны с конфликтами цивилизаций, о чем будет сказано в дальнейшем.