Государственный переворот - Эдвард Николае Люттвак

«От геополитики к геоэкономике: Логика конфликта, грамматика коммерции», 1990

«Угроза американской мечте: как остановить превращение Соединенных Штатов в страну третьего мира и как выиграть геоэкономическую битву за экономическое превосходство», 1993

«Турбокапитализм: победители и проигравшие в глобальной экономике», 1998

Развал Советского Союза поставил в тупик многих американских стратегов и политиков. Для борьбы с «империей зла» были мобилизованы значительные финансовые, организационные, кадровые и интеллектуальные ресурсы. Так что самороспуск этой зловещей империи, пожалуй, оказался самым большим злом, которое она причинила армии американских военных, работников спецслужб и сотрудников интеллектуальных центров за весь период «холодной войны». Ведь они неожиданно утратили цель своей жизни, свою миссию, оказались перед угрозой лишиться любимой и хорошо оплачиваемой работы (победа обернулась если и не поражением, то существенными потерями). Можно сказать, что распад СССР нанес удар не только по этому сообществу, кормящемуся на «холодной войне», но и по всей стране в целом: военно-промышленный комплекс был и остается очень важным элементом в структуре организации административно-бюрократической системы Америки, а удар, нанесенный по важному блоку, способен дестабилизировать и всю систему в целом. И в данном случае опять срабатывает так любимая Люттваком парадоксальная логика стратегии: именно потому, что данный элемент был очень сильным и занимал в системе чрезвычайно важное место, его дестабилизация оказалась способной нанести системе такой ощутимый ущерб. Самороспуск Советского Союза можно рассматривать как особую форму военного маневра, который советские стратеги совершили случайно или по недоразумению.

В общем-то, не так сложно восстановить ход дальнейших событий. Американский ВПК совместно с ЦРУ, большим количеством консультационных, исследовательских центров, некоммерческих организаций и в совокупности с различными засекреченными подразделениями — весь этот бюджетный рай, образовавшийся в центре предельно либеральной страны, каковой являются США, — настигла угроза сокращений и возврата в суровый климат либерального капитализма. В не менее тяжелом положении оказалось и большое количество коммерческих компаний, портфель заказов которых в значительной степени формировался из правительственных центров, ориентированных на борьбу с СССР. Далее в среде этого сообщества стали разворачиваться два процесса. Во-первых, началась борьба за выживание — жесткая конкуренция за сокращающееся бюджетное финансирование и государственные заказы. Как известно, в такой борьбе чаще побеждают не те, кто обладает наиболее высокими профессиональными качествами, а те, кто силен в социальных играх, в подковерной борьбе и в интригах, то есть обладает хорошим социальным инстинктом и интеллектом. Во-вторых, началась консолидация лоббистских групп данного сообщества для совместного отстаивания своих сословных интересов.

Оставшиеся не у дел американские стратеги приступили к поиску нового врага и сфер применения своего опыта, накопленного в процессе противостояния СССР. Можно предположить, что военные операции НАТО в Югославии, Ираке и Афганистане, а также в Ливии и угрозы демократизировать Иран и Сирию — это серия таких попыток: военные стремятся показать, что их можно использовать для принуждения агрессоров к миру. Армия теперь борется не с «империей зла», а с вопиющей несправедливостью, которая все еще царит в мире, — с отдельными очагами авторитаризма, разбросанными по всему земному шару. Но так как американских налогоплательщиков трудно уговорить отдавать свои деньги на борьбу с какой-то эфемерной несправедливостью, то в Ираке стали искать оружие массового поражения, в Афганистане — убежище мирового терроризма, а в Иране — разработки ядерного оружия.