Александр Литвиненко и Полоний-210. Чисто английское убийство или полураспад лжи - Денис Гаев

Журналистов, «затаивших дыхание», вполне можно понять! Пять лет от них скрывали обстоятельства этого дела – и тут вдруг внезапно появилась надежда, что они их узнают.

И вот тут (внимание) и произошло самое неожиданное и интересное:

И тут мы воочию убедились в независимости британского суда: коронер Эндрю Рид, судейский чиновник невысокого ранга, прочитал адвокату Короны нотацию: «Как вы можете настаивать, чтобы г-жа Литвиненко представила доказательства участия иностранного государства, если ваши клиенты все эти доказательства засекретили!?».

Мы готовились к долгому судебному противостоянию, а получили все, о чем только могли мечтать. Дознание, постановил коронер Рид, будет всеобъемлющим, он затребует материалы не только полиции, но и спецслужб и сам будет решать, что секретно, а что нет. Он хочет знать, как радиоактивный материал, который в Англии не производят и не импортируют, оказался в Лондоне.

Мы выиграли первый раунд! Не пройдет и года, как мы узнаем всю правду.

Восхищаемся дерзостью Эндрю Рида! Трудно поверить: неужели в британской юридической системе действительно нашелся человек, который в расследовании преступлений руководствуется логикой, а не казуистикой? Согласимся: событие уникальное. Правда… ждать такого человека пришлось пять лет. Но лучше поздно, чем никогда!

К сожалению, не было видеозаписи событий, произошедших в этот день в зале суда Сент-Панкрас. Очень хотелось бы проверить, насколько рассказ Гольдфарба соответствует истине. Впрочем, еще больше – хотелось бы увидеть лица лондонских друзей Литвиненко (г-на Гольдфарба, Марины, и прочих) в момент оглашения коронером своего вердикта. На них ведь должна быть неподдельная радость, не так ли? Они столько лет пытались добиться от британских властей правды – и вот, наконец, добились ее! (То есть нет: еще, конечно, не совсем добились. Еще немножко придется потерпеть: до правды остался какой-то годик…)

Ну а мы, в России – тоже обрадовались, и тоже вооружились терпением. Нам самим было очень интересно увидеть: так как именно функционирует независимое британское правосудие? Тем более что это шоу нам обещали на протяжении последних пяти лет! Поскольку нам в этом деле была уготована исключительно роль зрителей – мы заняли свои места на галерке, устроились поудобнее, и стали ожидать продолжения спектакля.

Ждать пришлось не очень долго.

10.3. Какое отношение к «делу Литвиненко» имеет смерть певицы Эми Уайнхаус?

Странноватый вопрос, не так ли? Сразу скажем, что на наш взгляд – не имеет совершенно никакого. Но вот у британских властей, похоже, иное мнение.

Известная британская певица Эми Джейд Уайнхаус умерла 23 июля 2011 года (в возрасте всего лишь 27 лет). Ее смерть явно не имеет никакого отношения к политике, и ее совершенно определенно не травили полонием-210. (Если она и была чем-то «отравлена», то алкоголем и наркотиками – которыми, увы, травилась самостоятельно и добровольно.) Впрочем, одна связь с делом Литвиненко все-таки имелась: они оказались, в некотором роде, соседями по лондонскому округу Кэмден. Однако, именно это невольное «соседство» и сыграло в расследовании «дела Литвиненко» довольно пагубную роль.

Чтобы понять, как это произошло – процитируем фрагмент из статьи в Independent с очень красноречивым названием «Убийство Литвиненко: прошло шесть лет, ответов нет»^[86], опубликованной в апреле 2012 года:

В октябре 2011 года коронер суда Сент-Панкраса доктор Эндрю Рид (Andrew Reid) согласился на проведение дознания по поводу отравления, порекомендовав провести его в широком диапазоне и принять во внимание «весь комплекс обстоятельств», связанных с инцидентом. Уголовное расследование сосредоточилось исключительно на обвинениях в убийстве против Лугового, однако более узкое коронерское расследование могло бы выяснить, как умер Александр. Похоже, Рид предложил также оценить политические мотивы в этом деле.

В феврале этого года доктора Рида временно отстранили от работы, потомучто он назначил руководить коронерскими расследованиями (включая расследование смерти Эми Уайнхаус (Amy Winehouse)) свою жену, которая не обладает достаточной квалификацией. Между тем, правительство планирует провести секретные слушания по делам, касающимся разведки, и Литвиненко могут лишить возможности присутствовать на дознании по поводу смерти ее мужа.

Когда было объявлено о проведении расследования, говорит она, «я была полна энтузиазма и счастлива, поскольку вот-вот должны были назначить сроки. Рид мне понравился, потому что он очень серьезно отнесся к убийству Саши. Но сейчас маловероятно, что расследование начнется в этом году, и все внезапно стало менее ясно и понятно, чем прежде. Я снова не чувствую себя в безопасности».

Какое-то время она боролась с искушением потребовать провести это расследование. Те люди, с которыми она наладила тесные связи в Скотланд-Ярде, советовали ей не делать этого, будучи уверены в том, что им все же удастся привлечь Лугового к ответственности в уголовном суде. В 20°8 году Дэвид Милибэнд (David Miliband), занимавший в то время пост министра иностранных дел, посоветовал ей подождать и посмотреть, не улучшатся ли российско-британские отношения при президенте Дмитрии Медведеве в достаточной мере для того, чтобы добиться экстрадиции Лугового. Она признается, что надеялась на это, «однако, конечно же, Медведев просто грел место Путину».

Можно лишь удивляться какой-то младенческой наивности, с которой автор рассказывает об уловках британского «правосудия», с помощью коих они пытаются уйти от ответов на прямые вопросы. Уголовное расследование сосредоточилось «исключительно на обвинениях в убийстве против Лугового» – это невзирая на то, что «более узкое коронерское расследование могло бы выяснить, как умер Александр». Проще говоря, вопрос «как умер Александр» почему-то никого не волнует – но вот «обвинение в убийстве» уже выдвинуто! Расследование все никак не может установить, было убийство или его не было вообще – и никого при этом почему-то не смущает, что «убийца» уже назван. С беспредельным цинизмом «расследование» заявляет: «обвиняемый» назван, и этого вполне достаточно – не вздумайте даже интересоваться доказательствами его вины, а то вам же плохо будет…

Неужели подобное можно (хотя бы и в шутку) назвать «правосудием»? На наш взгляд, все это совершенно непохоже на функционирование цивилизованного института права – это намного больше напоминает действия организованной банды мошенников, твердо намеренных скрывать от общественности правду о «деле Литвиненко» до самой последней возможности. Тот факт, что вдова покойного принимает их «доводы» (или делает вид, что их принимает) – не делает суть этих «доводов» сколь-нибудь менее жульнической. А то обстоятельство, что к столь же мошенническим аргументам прибегает сам господин Миллибэнд – убедительно свидетельствует о том, что эта афера имеет покровителей на самом высоком уровне. (Об этом, впрочем, мы уже услышали непосредственно от г-на Гольдфарба).